«Убийцы на службе закона», — так гласила вырезка из статьи, где четверокурсник в звании младшего сержанта после встречи с журналистом в одном из городских питейных заведений затащил того в подворотню, а после, переломав ноги и руки, бросил избитого умирать.
После этого случая активность клуба журналистов сильно упала, исполняющая роль вице-главы, девушка уже на следующий день принесла публичные извинения за клевету в адрес военных, но, со слов Ани, дело своё не бросила и по-прежнему тайком продолжала следить за действиями отдельных личностей.
— Я бы хотела попросить тебя вступить к ним в клуб, втереться в доверие огнеголовой и попытаться выведать у той информацию по поводу связей учащихся с преступным миром. Понимаю, звучит мелко, но поверь, братишка, в твоей текущей физической форме потолок — это сражение с третьекурсниками. Я слышала о твоих похождениях, но прошу, не зазнавайся, непобедимых нет, есть только непобеждённые.
Аня перевела от греха подальше мой блок на сотню, дала пару пилюль, опасение к коим вызвало у сестры саркастический смешок, а после, уложив меня в одной из комнат, отправилась на кухню обсуждать с Катей какие-то свои дела.
Утро следующего дня. Геройская академия, общая комната клуба журналистики.
Молодая девушка, учащаяся второго курса, с неким недоверием и опаской поглядывая на меня, искала на полках анкету для вступающих. Тану, шведку с еврейскими корнями, сильно удивило появление в их опустевшем офисе добровольца первогодки. Сразу спросив, в курсе ли я произошедшего на кануне, вынудила меня соврать, а после, во всех деталях и подробностях, о которых даже сёстры мне не говорили, пересказала историю «бедного главы». Повесив девушке на плечо щуп, попытался считать мысли, но, увы, от неё шёл такой фон, словно сейчас передо мной был не человек, а кукла. Единственное, что получилось выведать, — и то разве что благодаря собственной наблюдательности — так это женский интерес к романтике. В руках черноволосой кучеряшки с серыми глазами красовалось одно из произведений Шекспира.
— Я больше люблю романтические истории и предпочитаю не лезть туда, где лишний раз могут врезать по шее… — согласившись на предложенную девушкой чашечку чая, проговорил я, получив очередной недоверчивый взгляд со стороны.
— Странно слышать подобное от сильнейшего парня первого курса. Любите жёлтую прессу, уважаемый Александр Тэн? — Фамилию девушке я не называл, а это значило, что меня ещё на пороге срисовали, и все эти недоумевающие взгляды и вопросы о том, кто я и что, были лишь для отвода глаз.
— Нет, скандалы — не моё. Им я с большей радостью предпочту увидеть в новостной колонке историю со счастливым концом. — Сделав полглотка, вернул любезно предоставленную чайную кружечку обратно на маленькое блюдце. Щуп, висевший всё это время на плече девушки, дрогнул, а после того, как я подписал бланк о вступлении, растворился вместе с самой Тану, которая уже через пару секунд вошла в те же двери, что и я немногим ранее. Пытаясь понять полную картину происходящего, вновь тянусь к ней своей невидимой конечностью и после касания пытаюсь наладить ментальную связь.
Десятки мыслей, идей, чужих переживаний и чувств снежным комом по нарастающей заполняют мою голову, отчего та, словно раздуваясь, начинает становиться всё тяжелее и тяжелее. Поспешно оборвав щуп, закрыв глаза, начинаю массировать виски, мне наконец-то удалось заглянуть в разум человека, но вот только его чертоги оказались настолько огромны, что, где и как найти там нужную мне информацию, не перегрузив при этом свою черепушку, стало следующим вопросом по осознанию данной способности.
— А как вы только что были здесь, а после… — Пытаясь привести собственное сознание в порядок, растерянно жестикулируя пальцами, тыкал то на стеллаж, то на дверь я.
— Извините, Александр, просто практически все мужчины, бывшие в нашем клубе под тем или иным предлогом, его покинули, собственно, как и девушки. А те, кто приходит, обычно либо начинают угрожать, либо и вовсе руки распускают, вот и приходится использовать двойника… — улыбнувшись, проговорила девушка, подняв подписанный мною листок. — Тана Зинг, прозвище Фальшивка, но если можно, то лучше по имени, ибо последнее для меня, как клеймо, от которого не изизбавиться. Вояки повесили… — робко, всё так же протягивая руку, сказала она.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Александр Тэн, пока ещё просто Алекс или как вам будет угодно. — Поднявшись, ответил полупоклоном, как тут было принято, и крепким рукопожатием. — А насчёт хамоватых военных не переживайте…
— Старших сестёр о помощи попросите? — всё так же держась за мою руку, показывая свою неслабую осведомлённость, спросила девушка.
— Удивлён, что вы об этом знаете, и нет, думаю, сам разберусь. Теперь мы с вами коллеги, а коллег в беде не бросают…
После моих слов лицо девушки облилось румянцем, а взгляд перекочевал куда-то в сторону. Поспешив разорвать прямой зрительный и физический контакт, аккуратно поправив за ушко прядь своих волос, та кивнула, в спешке застучав туфельками на низком каблуке по направлению к двери.
— Работа журналиста редко вынуждает нас посещать общую комнату, поэтому все, включая заместителя главы, предпочитают работать дистанционно, сюда же в основном прибывают с докладами и готовым материалом. Также тут можно отдохнуть и встретиться со старшими для обсуждения тех или иных вопросов. Можете осмотреться у нас, Алекс, а я пока отнесу заявление главе, а после и нашему куратору… — создав максимально нейтральную и даже какую-то холодную мину, кинула на последок Тана, громко хлопнув за собою дверью.
Поначалу она казалась мне совершенно обыкновенной девушкой, но тот её взгляд в конце слегка настораживал. Вполне возможно, она каким-то образом почувствовала мои посягательства на её разум, а быть может, при помощи дедукции установила причинно-следственную связь между мной и моими сёстрами.
«Чёрт, как же сложно иметь дела с умными людьми…» — вспоминая всё ту же Ванессу, что на протяжении всего первого занятия сверлила меня вопросительным и неким злобным взглядом, подумал я.
* * *
Тана Зинг.
Едва двери успели закрыться, как мои ноги от волнения тотчас подкосились. Александр Тэн, тот самый, что один на один более пятнадцати минут сражался с героем Капканом и, более того, умудрился одержать пару личных побед над второкурсниками. Прозванный в журналистских кругах Невозмутимым принцем, он первый, кто решился на контакт и смог приструнить буйную Бессмертную, а также каким-то непостижимым образом умудрился разрушить невидимую преграду между величественной Ультрамарин и другими учащимися.
Этот взгляд и жар его руки за секунду растопили лёд моего журналистского тела. Я никогда не думала, что этот день наступит, ведь все мужчины одинаковы, но не он… Решительный, сильный, а ещё такой простой…
В очередной раз вспомнив крепкое и одновременно нежное рукопожатие, а также его уважительный поклон, я захотела отмотать время назад и ещё разок познакомиться, быть может, даже чуточку поближе. Вспоминая слова Александра о коллегах и их помощи друг другу, захотела влипнуть в какую-нибудь историю, пусть бы меня били, даже и пытали, если бы только он пришёл мне на помощь, поднял на руки и прошептал: «Прости, что так поздно…»
— А-а-а-а… — Упёршись в стену спиной, смущённо краснея и крепко прижимая к себе заявку, сползла по той, плюхнувшись жопой на холодный пол. Столь дебильные, суицидальные мысли для меня были вновинку, но идея о том, что он, как и я, любит романтику и всякие дурные истории, лишь подталкивала к созданию подобной очень драматической и связывающей судьбы воедино истории. — Может, всё-таки вернуться к делу военной кафедры и позволить ему меня спасти?.. — вспоминая просьбу зама главы, с ужасом перед возможной опасностью подумала я.
Глава 52 — Поединок.
Потратив всё обеденное время на ожидание Таны и заполнение последних формул, я попрощался с, как оказалось, крайне разговорчивой журналисткой. После чего с лёгким трепетом и предвкушением отправился на тренировочную арену, где меня ожидал наставник Оливер со своим заранее подготовленным специальным сюрпризом.
