Когда черных в кругу осталось примерно человек двадцать, я прокричал Лару, чтобы их не убивали. На минуту бойня остановилась, окруженные скалили зубы и рычали, готовые дорого продать свою жизнь. Я вчера потерял четырнадцать воинов и парочку сегодня, а при нашей катастрофической нехватке воинов эти черные могли стать пополнением. Еще раз сказав Лару, чтобы их не убивали, послал за Канком в крепость Уильяма. Заодно и винтовки надо было отнести в дом, раз бойня закончилась. Тиландер без напоминания передал пулемет, что я вчера ему вручил и на мой вопрос, почему не использовал, коротко ответил, что патроны надо беречь.
Канк появился быстро и я вместе с ним прошел в круг, который расступился, пропуская меня. Дикари стояли, озираясь, но на их лицах не было страха.
— Канк, скажи им, что я им дарую жизнь, если они готовы стать моими воинами.
Мальчик перевел, дикари начали выкрикивать угрозы, но напасть не решались. Один из них бросил несколько фраз и Канк перевел:
— Ты должен принять вызов и победить одного из них. Тогда они готовы признать тебя вождем, — блин, опять вызов, у меня костяшки пальцев болели так сильно, что утром пришлось их растирать. Но к моему удивлению, бой был с оружием. От дикарей вышел вперед мужчина, который в мое время мог бы считаться жертвой анаболиков — настолько могучие мышцы бугрились под черной кожей. Все остальные дикари опустили оружие и их лица приняли заинтересованное выражение.
Дикарь был вооружен каменным топором: на довольно тонкой, не больше четырех сантиметров толщиной, палке, был прикручен увесистый заостренный с двух сторон камень. Мне эта конструкция показалась довольно хлипкой. Мой меч был наточен прекрасно: я повертел его в руках, вызывая вибрацию воздуха и удивлённый выдох дикарей. Перекачанная громила рванулась вперед, замахиваясь для удара. Отступив в сторону, встретил его встречным ударом по тонкому топорищу, перерубая хлипкую палку. Восхищенный вздох вырвался из глоток дикарей. Посчитав, что, обезоружив дикаря, выиграл бой, я, не поворачиваясь к нему, уже вкладывал меч в ножны, когда из десятков голосов вырвались предостерегающие крики. Интуитивно отскочил влево: дикарь с такой силой собирался опустить на мою голову остаток каменного топора, что не удержался на ногах и упал на четвереньки.
Его следовало проучить, да и нападать со спины подло: перехватывая рукоять меча, обеими руками изо всех сил с оттяжкой рубанул по мускулистой шее замершего на карачках дикаря. Лезвие меча перерубило и мышечный слой, и позвонки, даже оставило след на земле. Голова убитого откатилась на пару метров, а тело упало, заливая землю кровью.
— Уррр, — выдохнули дикари, бросая свои топоры и дубинки. Один из дикарей, молодой и худощавый произнес пару слов.
— Он спрашивает, как зовут их нового вождя? — обратился ко мне Канк.
— «Макс Са», ты знаешь, что им сказать, Канк, — мне не терпелось убраться от трупа, эта войнушка меня вымотала основательно, столько трупов я не видел даже в кино.
— Лар, — позвал я своего командующего, — организуй три отряда по десять человек, пусть проверят каждую хижину, каждый уголок. Может еще остались враги, которые не участвовали в битве. Пока не проверят все до самого перевала, ни одного человека из крепости не выпускай.
— Хорошо, Макс Са.
— Хад, возьми с собой воинов и проверьте животных. Если все убиты, посмотри, можно ли использовать мясо, — не дожидаясь ответа от старосты, нашёл глазами Тиландера:
— Верни наших эвакуированных и плавсредства на место и присмотри место, куда можно выкинуть трупы врагов. Если при этом удастся убить парочку акул, что прибудут лакомиться трупами, будет прекрасно — жир и шкуры акул нам не помешают.
— Понял, сэр, — козырнул американец.
— Гор!
— Да Макс Са, — откликнулся заместитель Лара, такой же огромный, как и мой командующий.
— Черные пленники на тебе, накорми их и пусть таскают трупы и выбрасывают в море там, где покажет Герман. Гера, — исправился я, вспомнив как зовут Тиландера местные.
— Уильям, Раг, — за вами контроль уборки трупов и захоронение наших воинов. Мне нужны цифры, какие потери у нас и у врага. И еще Раг, я хочу, чтобы к перевалу отправились лазутчики и выяснили, где находятся женщины и дети этой орды, что напала на нас. Они не могли в таком количестве выступить в поход: думаю это все племя или союз племен, которые годами шли сюда, чтобы отправиться дальше. Думаю, они в долине, произведи разведку так, чтобы их не спугнуть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Оба ушли, чтобы сразу приступить к исполнению поручений. У меня дико болела голова, накатывала тошнота. Если вселенные параллельны, в моей тоже существовал подобный вождь Сих. Но там не было меня и огнестрельного оружия, а значит земной Сих благополучно ушел на запад и его огромное племя впоследствии дало начало многим народам. Даже по самым скромным прикидкам, убитых врагов было порядка пяти сотен, это просто гигантская армия по меркам каменного века. И теперь она мертва и не будет убивать неандертальцев или потомков кроманьонцев, которые ушли на северо-запад ранее. А значит, я уже коренным образом изменил Историю, и кто знает, какие чудеса будут в этом мире спустя тысячи или десятки тысяч лет.
Глава 28. Зализывая раны
Я доплелся до своей спальни, не обращая внимания на восторженные крики женщин и детей, что приветствовали меня внутри крепости. Воздух был насыщен запахом смерти, этот запах проникал повсюду, вызывая удушливое желание вырвать и забыть обо всем. Сейчас мне надо было побыть одному: воспитанный в традициях помогать человеку, закончив медицинский институт, я не был готов к убийствам людей, тем более к массовым. Трупы с оторванными конечностями, с ранами в груди, куда свободно мог пройти кулак взрослого человека и наконец, отрубленная мной голова. Не знаю, что это было, усталость или стресс, но я отрубился, лишь только прилег в своей комнате.
Когда я проснулся, на улице было темно. Выглянув в окно, увидел, как на востоке начинает светлеть полоска неба, окрашивая горизонт в красноватый цвет. Это получается, что я проспал с обеда до утра следующего дня. В соседней спальне спали Миа, Нел и дети. Стараясь не шуметь, вышел во двор: дремавший часовой проснулся и всем своим видом показывал, что готов к труду и обороне. Надо бы ему сделать замечание, но в душе было такое безразличие, что я просто присел на бревно. Итак, что я имею после шести лет пребывания на Земле?
Изолированный и защищенный посёлок оказался не столь надежным, как мне представлялось, и дикарь, у которого было побольше интеллекта чем у соплеменников, нашел слабое место. И не пойди он на поводу у своего либидо, желая непременно получить Мию, наше положение оказалось бы куда хуже. При внезапном ночном вторжении мы просто не успели бы организоваться и оказать достойный отпор.
При таком превосходстве в числе все наше огнестрельное оружие не помогло бы. Два крыльевых пулемета, снятые с самолета, не были приспособлены к стрельбе вручную, надо будет заняться их переделкой. Патроны под винтовки Рейзинга израсходованы практически наполовину, хорошо, что Тиландер сэкономил патроны своего пулемета. Группа дикарей, что обходила крепость мимо скотного двора, отвлеклась от цели, что позволило эвакуироваться Выдрам и они не приняли участия в первом бое, когда мы еле выдержали натиск врага. Цепь случайностей здесь сыграла нам на руку.
Со стороны скотного двора донеслось мычание нескольких буйволов, которое захлестнуло меня радостью. По крайней мере несколько буйволов еще живы, даже хотел сходить, чтобы лично пересчитать, оставшуюся живность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Макс Са, почему ты встал так рано, тебе плохо? — спросила Нел, неслышно появившаяся в дверном проеме.
Все хорошо, садись со мной, Нел, — я обнял за плечи жену, которая присела рядом. — Нел, может нам переехать в другое место жить? — я впервые озвучил мысль о переезде.
— Зачем, тебе не нравится наш Плаж? — она удивленно смотрела на меня.
