Читаем без скачивания Прометей: повелитель стали (СИ) - Рави Ивар

Сойдя с верблюда, развязал мальчика и аккуратно собрал веревку. Бер внимательно смотрел на меня, не предпринимая попыток бежать. Сдернув его с верблюда, поставил на ноги, развернул лицом к югу:

— Ты свободен, можешь идти куда хочешь, мне не нужны трусливые воины, — Бер прекрасно понял меня и, вырвавшись из моих рук, отбежал метров на пятьдесят. Я взобрался на Дрома и неспешно тронулся в обратном направлении, сдерживаясь, чтобы не оглянуться. Верблюд прошел не меньше трехсот метров, прежде чем я услышал легкий топот ног: «Сработало». Но все равно сдержал себя, пока мальчишка не обогнал медленно идущего верблюда и не остановился в десяти метрах впереди.

— Я воин! — русский он коверкал безбожно, но понять его было можно.

— Уходи, ты свободен, — вальяжно проплыл на Дроме мимо мальчишки. Это было жестоко — оставить безоружного подростка в наступающей темноте, но другого варианта не было. Либо он сломается и покорится, либо сгинет, как погибали многие в этом жестоком мире. Бер снова обогнал верблюда и остановился. Он молчал, но на лице был написан вопрос «Неужели ты бросишь меня так?» Только когда он обогнал меня в третий раз, я остановил верблюда и спросил:

— Чего ты хочешь?

— Я воин! — упрямо повторил мальчик и показал на меня, — хочу ты, — на этом его знание русского языка исчерпывалось и Бер залопотал на своем.

— Ты хочешь со мной? — спросил подростка. Показывая рукой в сторону Плажа. Он кивнул и смело подошел к верблюду: свесившись, рывком поднял и посадил его впереди, лицом к себе. И тут произошло неожиданное: мальчик обнял меня и зарылся у меня под мышкой. И хотя не было слышно звука, я догадался, что он плачет.

— Все хорошо, Бер, — легонько погладил его по голове.

— Я воин, — сдавленным голосом отозвался Бер, не поднимая головы.

— Ты воин, — согласился я, — ты будешь великим воином, если будешь слушать меня, — с этого дняБер все время был рядом, он старался как никто, чтобы выучить язык, на тренировках выкладывался так, что даже Лар стал его выделять и показывать уважение. Прошел еще один месяц, за который мы успели построить два форта: первый в горной ряде, второй — на берегу реки Литани.

Форт на перевале закончили быстро: стройматериалы были близко и вся рабочая сила также была под рукой. Он был построен из камней и скорее представлял из себя высокую стену, которая перегородила выход из ущелья в самом узком месте. К стене примыкали две комнатки для дозорных. Теперь в долину можно было попасть, только пройдя сквозь ворота в стене.

Отныне, здесь постоянно дежурили шесть человек, которые могли удержать даже многочисленную армию противника. Стенобитных орудий еще не было, а взять приступом четырехметровую стену под обстрелом — было практически нереально. Уникальность форта была в том, что подход к нему был такой узкий, что только два человека могли атаковать одновременно.

Форт на Литани строился дольше и также должен был стать непреодолимым препятствием для атакующих. Он был возведен на самом высоком месте нашего берега реки и с него отлично просматривалась вся река на сотни метров вверх по течению. Дальше глубина была солидная и не было опасений, что реку перейдут. Форт построили в виде длинной узкой казармы, бойницы которой практически все были на южной стороне.

Рядом построили небольшой загон для двух верблюдов, чтобы в случае атаки можно было отправлять гонцов в Плаж. Первоначально, у меня была идея переселить сюда часть Выдр под руководством Тиландера и перевести сюда «Акулу». Но внутренний голос был против такого варианта, подтачивая меня сомнениями. Как поведет себя американец, получив Форт и людей, которые непосредственно связаны с ним. Не проснется ли в его душе желание воцариться на престоле. Чтобы не искушать Тиландера властью и самому спокойно спать ночами, я отмел этот вариант.

Вместо этого, на форт был командирован Раг со своей семьей и десятью воинами со своими семьями. Когда я их проведал через неделю, был приятно удивлен чистотой и порядком. Раг обустроил два туалета, а хижины расположил за северной стеной форта, обезопасив их от прямого контакта с возможным противником. Поручил рагу сделать загон для мелкого рогатого скота. Пообещав ему несколько свиней, чтобы при форте было свое домашнее мясо. Форт со временем должен был превратиться в полноценное поселение, поэтому нуждался в названии. Но Рагу очень нравилось название Форт, поэтому решил оставить так, как есть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Второй самолет, привезенный нами с Кипра, также был разобран до винтика и наше огнестрельное оружие пополнилось еще тремя пулемётами калибра 12.7 и пулеметом калибра 7.62. Теперь арсенал был солидным: одних пулеметов было восемь, шесть из которых крупнокалиберные. Четыре крыльевых пулемета калибра 12.7 пока лежали мертвым грузом. У них не было системы ведения огня, как на обычных пулеметах, и приводились они в действие хитрой системой гидропривода. Тиландер обещал с этим разобраться, но пока ничего дельного придумать не смог. Таким образом, помимо винтовок Рейзинга, моих двух пистолетов ТП-82 и пистолета Босси, у нас в наличии было два крупнокалиберных и два ручных пулемета. Патронов к крупнокалиберным хватало, было неиспользованных пять лент на четыреста патронов каждая и шестая, где оставалось больше половины патронов. Патронов калибра 7.62 было меньше — всего два съемных коробчатых цинка по сто двадцать патронов каждый.

После отражения атаки Уильям и Рам ковали кирасы для оставшихся воинов и перешли к ковке прямых обоюдоострых мечей с длиной клинка от сорока до пятидесяти сантиметров. Длина клинка получалась произвольно, в зависимости от качества и объема стали. Уже больше десятка воинов, не считая мой ближний круг, получили мечи и отрабатывали навыки.

Что-то из приемов фехтования вспомнил я по фильмам, кое-какие моменты еще с уличных драк палками подсказали американцы. В общем получилась солянка приемов, главным образом направленная на то, чтобы парировать удар дубины или каменного топора и поразить противника колющим ударом. Я тоже пользовался мечом, потому что обещанной мне катаны пока не дождался.

Беременность Мии протекала спокойно и уже солидно округлившийся животик намекал на скорые роды. Тем не менее, она носилась как угорелая, практически не пропуская ни одного дня, чтобы не устроить тренировки своим воительницам. Несмотря на все их старания, лучники превосходили арбалетчиц как в дальности, так и в скорострельности стрельбы. Миа также часто ходила на охоту и в один из дней принесла маленьких слепых котят серого цвета, чья мать неосторожно попалась ей на глаза.

Не знаю, как выглядели кошки на моей Земле в каменном веке, но эти котята были точной копией обычной домашней кошки. Убитую кошку моя охотница тоже принесла, чтобы скормить собакам. Это была самая обычная кошка серого окраса с черными тигриными полосами. Котята были совсем маленькими и Нел мучилась с ними, пытаясь напоить их молоком, давая облизывать его с пальца. Котят всего было четверо: один самец и три самочки.

За эти два с небольшим месяца после того, как саранча уничтожила всю растительность, зеленый цвет вернулся обратно. Трава росла даже гуще, а деревья и кустарники приоделись так, словно вырвались из долгой спячки. Наше поголовье скота сильно поредело: теперь у меня было всего пять буйволов, четверо из которых были самками, по десятку коз и овец. Две свиноматки снова принесли потомство и количество свиней резко возросло до тридцати.

Форт получил от меня двух овец, двух коз и беременную свинью. Периодически, раз в несколько дней, я отправлялся в Форт, чтобы проверить, как у них идут дела. В последний приезд удивился, когда увидел, что Раг вспахал и подготовил поле для ячменя, площадью около гектара. Две молодых рыбака из бывшего племени Выдр, что не сошлись с суровым Наа, попросились переехать в Форт, чему я обрадовался. Таким образом, у моих людей начинала формироваться принадлежность к этносу, стоявшему выше родо-племенных отношений.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С другой стороны, Форт получал двух рыбаков, что существенно улучшало их возможности в ловле рыбы, к которой Русы уже привыкли. Обоим рыбакам я вручил ножи и дал Рагу один топор, чтобы они могли сделать себе лодку. Кроме этого, снабдил веревкой, что плели женщины. Практически во всех поездках меня сопровождал Бер, который, лишь очень устав, соглашался сесть на верблюда. Большей частью он бежал рядом, не отставая, даже когда Дром шел рысью.