и, разворачиваясь на лету, резко метнулся в сторону. На месте, где я парила секунду назад, ярким пурпуром расцвела упокаивающая печать.
Тид пришел к нам сам.
Альд резко дернул моей головой, видимо, осматривался в попытке понять, где остальные. Выяснилось это быстро. Рыжик лежал ничком на земле, как и Линс. Не двигались, но еще были живы. Маг воздуха, медленно сползая по стеночке, держался за горло и силился сделать хотя бы вдох. Мэб же, с перекошенным от ярости лицом, припав на одно колено, опирался о булаву в попытке подняться.
И тут я увидела виновника происходящего. Тид неспешно вышел из-за угла дома и двигался все так же легко и грациозно, как и при жизни. Не будь у его ауры характерного зеленоватого отблеска, я бы ни за что не подумала, что он — мертварь. Правда, когда он повернул голову в мою сторону, я поняла, что при ближайшем рассмотрении за живого я бы его наверняка не приняла. На месте глаз зияли провалы, а некогда красивое лицо — сплошь исполосовано. Тид явно использовал магическое зрение: несмотря на то, что Альд держал мое тело совершенно неподвижным, мертвый чернокнижник безошибочно определил, где я нахожусь. Видимо, подселенец понял это одновременно со мной, и едва мертварь сделал шаг ко мне, как полная неподвижность моего тела сменилась резким рывком за угол.
— Что ты?..
— Увожу от живых.
— Думаешь?..
— Знаю.
— Но...
— Не мешай!
Последний ответ Альд рявкнул так, что мне на секунду даже стало обидно. Однако, подселенца с головой оправдало то, что в следующий миг он ловко увернулся от возникшего перед нами буро-зеленого облака. Все произошло так быстро и внезапно, что я даже испугалась уже после — вспомнив, как в среднемирье подобные облака в буквальном смысле растворяли плоть и кости бледных тварей. И насколько мучительно погиб друг моего наставника, по чудовищной случайности попав в собственную ловушку.
— Не фони.
— Что?
— Сохраняй спокойствие, твой эмоциональный фон мне мешает.
Теперь голос подселенца был холодным и сосредоточенным. Но при этом я опять ощутила отголосок его чувства вины. Вспомнился предыдущий мертварь и реакция Альда на него. Пожалуй, лучше действительно сосредоточиться...
Зловещие шипящие звуки заклинания, и едва показавшийся из-за угла мертварь кулем рухнул на землю под тошнотворный хруст собственных костей.
... например, на зеленых травинках, мягко поглаживающих плюсневые кости и фаланги моих свободно висящих в воздухе стоп.
Тид пробулькал что-то неразборчивое и... поднялся на ноги. Закрытые переломы стали открытыми и засветились холодной зеленью. Альд пробурчал что-то на священном языке и явно не слишком цензурное, учитывая ситуации, в которых я эти слова уже слышала. Мертвец заковылял в нашу сторону и, жутко улыбнувшись, вытянул вперед правую руку...
... какой интересный цветочек возле ноги мертваря. Никогда таких не видела — половина белая, половина красная, будто...
Из открытых переломов Тида на землю лилась кровь — не ручьем, как это было бы у живого человека, а скорее вязкими неестественно алыми каплями, резко выделявшимися на фоне зеленой травы и белых цветов. Альд рявкнул какую-то и вовсе немыслимую для произношения комбинацию звуков, и чернокнижник сипло закричал, схватившись за голову. Голос мертвеца был одновременно похожим на тот, что я слышала совсем недавно, и совершенно другим. И от этого стало как-то особенно жутко. Но теперь, видимо, мои эмоции уже не так сильно мешали подселенцу — зазвучал знакомый речитатив упокаивающего заклинания.
Непонятным было лишь то, что при умении упокаивать нежить на расстоянии, Альд явно намеревался прикоснуться к Тиду. Да и использование самого простого заклинания... Будто совсем неопытный ученик. Даже я перед смертью умела это делать хоть и с прикосновением, но быстро и молча!
То, что произошло дальше — оказалось еще менее понятным. Заклинание было почти завершено, и до притихшего мертваря оставался всего шаг или два. Собираясь прикоснуться к нему, подселенец вытянул мою левую руку.
Тид вскинул голову и уставился провалами глаз нам в лицо. Неравномерно потемневшие губы растянулись в широкой ухмылке, из уголка рта потекла все та же неестественно яркая кровь.
— Госпо... дин, — неожиданно разборчиво прошептал мертварь, но от этого еле слышного слова Альд запнулся.
Не страшно, с кем не бывает. Даже со скольки-то-там-летним личем, наверное, если его так накрывает чувством вины от необходимости упокоить мертваря. В конце концов, можно начать читать заклинание заново.
Вот только Тид исчез. Просто исчез, оставив после себя лишь кровавые следы на примятой траве.
Видимо, опасаясь ловушки, Альд отшатнулся, отлетев назад. Это было ошибкой. Ловушка оказалась позади — простенькая, судя по тому, что чернокнижник успел ее установить в считанные мгновения. Магическое ослабление, насколько я смогла понять по резкому ухудшению зрения и слуха. Наверное, не так уж и страшно для лича, но подселенцу хватило.
Издав странный хрип, он вернул мне управление телом, и к неприятным ощущениям от получения контроля прибавилась еще и острая ноющая боль во всех костях сразу. Ах вот почему Альда так скрутило. Я-то хоть в своем теле, да и ощущение знакомое — будто в детство вернулась. Только матушки с ее компрессами не хватает.
— Кристалл... — голос подселенца казался измученным.
— Я поняла, о чем ты, но сам же говорил — он может навредить.
— Я... просто напоминаю, чтобы... ты использовала его при истощении. Лучше так рискнуть, чем гарантированно... рассыпаться.
