— Вы серьёзно? — я обвела рукой пустынный коридор. — Да вас боятся все, смотрите, спрятались по комнатам, носа не высовывают. И это у себя в общежитии. Вы можете представить, что кто-то из них пришёл бы к вам жаловаться на педагога? Это же абсолютно невозможно!
— Боятся? — ректор на полном серьёзе удивился. — Но ведь ты-то не боишься.
— Нет, — я чуть смущённо улыбнулась. — Я же говорила — вы очень похоже на того, кого я знаю всю жизнь, кто всегда был моей защитой, и кому я доверяю, как… как собственной маме. В общем, не получается у меня вас бояться. А вот к директору школы, в которой учусь в своём мире, я бы в жизни не подошла по своей воле.
— Даже если бы заметила какую-то несправедливость? — усмехнулся ректор.
— Я бы рассказала родителям. Пусть взрослые сами разбираются.
— Допустим, меня боятся, — судя по интонации, ректор всё ещё не до конца поверил в мои слова. — Но почему не сказали Ройстон с Даританом?
— Не знаю. Может, не хотели беспокоить, а может, мне со стороны заметнее, а они считают, что всё нормально. Я ведь и сама вряд ли бы к вам с этим подошла, но раз уж разговор зашёл — сказала, что думаю.
— Мне нужно всё это обдумать, — мужчина встал и направился к выходу, потом остановился, оглянулся. — Да, я ведь что ещё сказать хотел. Боюсь, завтра здесь уже не поместятся все желающие увидеть удивительные иллюзии твоего мира. Не возражаешь, если перенесём показ в другое место?
— Нет. Я могу показывать фильмы где угодно, хоть на улице.
— Думаю, до этого не дойдёт, — усмехнулся мужчина. — Я подыщу что-нибудь в главном корпусе. До завтра, Габриель. Кто-нибудь придёт, чтобы проводить тебя. — И ушёл, качая головой и бормоча: — Меня боятся! Кто бы мог подумать?!
Я тоже поднялась и пошла к своей комнате, но тут дверь напротив приоткрылась, и раздался шёпот:
— Господин ректор ушёл?
— Ушёл, — подтвердила я.
Из двери выскочила девушка и рванула в сторону туалета. Другие двери тоже стали открываться, из них высыпали ведьмочки. Ещё пара последовала за первой, остальные столпились вокруг меня.
— О чём вы разговаривали? — поинтересовалась Рына.
— Следующий сеанс будет не здесь, а в другом месте, — сообщила я самое для них главное. — Пока не знаю где, но помещение будет больше этого.
— Вот и хорошо, — кивнула орчанка. — Слухи о твоих иллюзиях расходятся, как круги по воде, в следующий раз здесь стены сломать могут.
— А что у тебя там? — полюбопытствовала Мабелла, указывая на мешок, в который я так и не заглянула.
— Не знаю, — понимая, что любопытство окружающих нужно удовлетворить, я вывалила содержимое на ближайшее кресло.
В мешке оказалась красная спортивная форма. С юбкой и туфлями, похожими на балетки, вместо ботинок, которые, кстати, оказались удобнее моих кроссовок. Вспомнив, чем девушки занимались на физкультуре, я решила, что юбка мне особо не помешает.
— Господин ректор сказал, что я буду заниматься с девушками.
— И правильно, — кивнула Рына. — Не дело это, чтобы такая маленькая, слабенькая девочка вместе с парнями корячилась, даже если она в штанах.
Удовлетворив любопытство насчёт разговора с ректором и содержимого мешка, ведьмочки разошлись по своим делам кто куда. А я вернулась в свою комнату, убрала посуду, собрала сумку с учебниками и рухнула на кровать. Наконец-то этот безумно долгий день закончился.
Глава 18. Взрыв. Часть 1
День четвёртый
На следующее утро я снова встала по своему будильнику немого раньше общей побудки. Учитывая, что легла довольно рано и после вчерашних приключений спала без задних ног, я прекрасно выспалась и была готова к новым свершениям, которые обещали быть гораздо более щадящими, чем вчерашние.
А ещё — меня ожидало занятие с лордом Линдоном. Наверное, стоит называть его мысленно магистром Ардериком, или даже просто по имени, но я уже привыкла и решила, что мои мысли всё равно никто не слышит, так какая разница?
За завтраком Унрек и Шолто выпытывали у меня подробности происшествия на зачёте. Сказали, что слухи витают в воздухе, но толком никто ничего не знает, не идти же к четверокурсникам с расспросами. В основном говорят про получивших пять и шесть баллов за зачёт, но ещё и про какую-то мутную кровавую историю.
Я рассказала всё, без утайки. Кроме разговора с лордом Линдоном о том, что я тоже частично перевёртыш. И о его странной реакции на фотографию Хизер тоже умолчала, хотя и было жутко любопытно, что же с ним случилось. Вдруг они знают? Но нет, это мне показалось слишком личным, чтобы рассказывать даже друзьям.
Уже под конец завтрака ко мне подошла Салина, попросила прощения и поблагодарила за то, что уговорила дракона её не отчислять. Я с улыбкой заверила, что зла на неё не держу, с трудом удержавшись, чтобы не поблагодарить в ответ.
Первым уроком была история императорской семьи. Осознав, что мало что понимаю из рассказа учителя, словно открыла книгу на середине — слова понятные, а вот события не очень, — я открыла учебник на «Предисловии» и зачиталась. А урок для меня запишет мультибраслет, я продолжала включать его в режиме видео, выходя из общежития.
Оказалось, что когда-то на территории обеих Америк обитали лишь небольшие разрозненные племена и королевства — зависело от развитости местных цивилизаций, некоторые были совсем дикими. Тогда все местные расы жили обособленно, практически не контактируя друг с другом, разве что воюя за охотничьи угодья, но и это случалось редко — население было малочисленным, земли и природных ресурсов хватало с избытком.
И вот однажды две семьи — перевёртыши и драконы, — которое отличались от всех остальных обитателей будущей Империи невероятной силой, скоростью, неуязвимостью и бессмертием — плюс ещё множеством плюшек, тут я при желании и сама могла учебнику подсказать, — а так же, в отличие от остальных обитателей этого мира, обладали не одним видом магии, а множеством, взялись объединять разрозненные королевства, пока не создали единую Империю. После этого императором был избран Эзалстан, самый старший перевёртыш, и случилось это около четырёх тысяч лет назад. А точнее — четыре тысячи двести семьдесят пять лет. Потому что сейчас шёл четыре тысячи двести семьдесят шестой год, в Империи именно от того события летоисчисление и велось. И «современная» история — тоже.
Спустя примерно тысячу лет бессмертному императору надоело править, и он передал трон и корону старшему сыну. Это я образно, поскольку корон и тронов, как символов власти, здесь не водилось. А так же отсутствовали всякие скипетры, державы, ритуальное оружие, головные уборы, печати и прочие атрибуты верховной власти.
Наверное, потому, что не нужен был никакой символ этой самой власти, поскольку никем она не оспаривалась, захватить её извне тоже было невозможно, а внутри семейства перевёртышей правление Империей считалось чем-то вроде работы, даже повинности, от которой хитрые драконы вовремя увильнули. Я это поняла потому, что после отречения Эзалстана, его потомки передавали этот самый «трон» от отца к старшему сыну каждые пятьсот лет, при том, что прежний император, да и его предшественники, оставались молодыми и полными сил. Просто не хотели править дальше.
И если подумать, управление такой огромной Империей — скорее обуза, чем удовольствие. Я бы тоже не захотела. По крайней мере, не дольше, чем положено.
В конце первой главы я нашла сложенный в несколько раз вклеенный лист, развернув который, обнаружила генеалогическое древо императорской семьи. Оно показалось мне каким-то неправильным, и я не сразу поняла, в чём дело. Оно напоминало однобокую ель — от главного «ствола» в одну сторону отходили «ветки» почти одной длины, это было совершенно не похоже ни на то древо, что составлял мой отец, ни на все те, которые я видела где-либо прежде. Вглядевшись внимательнее, поняла, что каждое поколение ограничено троюродными братьями, а учитывая, что Шолто, он же принц Даритан, был представителем одиннадцатого поколения, внизу древа должны были обитать пяти, восьми, а то и десятиюродные братья.
