Но их не было. Каждая ветвь обрубалась так, словно бы троюродные братья бывшего, нынешнего или будущего императора не размножались вообще. На какое-то время я зависла над схемой, пока не обнаружила внизу приписку, что полное фамильное древо перевёртышей хранится в личной библиотеке императора. И до меня дошло, что на всеобщее обозрение выставлены лишь ближайшие родственники прямой правящей ветви, поскольку всего в этой семье могло быть многие сотни, а то и тысячи перевёртышей, это ж никакого учебника не хватит! Поэтому дальних родственников просто оставили в покое.
Я отыскала на схеме принцев Ройстона и Филандра. Ректор оказался племянником нынешнего императора Мелануира, а Ройстон — его правнуком от старшего сына, но младшего внука. Теперь стало понятно, почему он «в теории наследный», но править не будет. Чтобы Ройстон стал императором, нужно, чтобы умерли два его кузена, не считая все старшие поколения. Для людей подобное не редкость, для бессмертных — нонсенс. Поэтому он наслаждается статусом принца — или не наслаждается, учитывая личину, — и при этом над ним не висела Дамокловым мечом перспектива будущего управления Империей, как над беднягой Даританом. Правда, случится это почти через две тысячи лет, до Даритана должны «отслужить» ещё трое, да и срок Мелануира закончится не скоро. Но Шолто время от времени вздыхал по будущей потере свободы уже сейчас.
Рассмотрела древо внимательнее. У каждого семейного перевёртыша было от одного до трёх сыновей, лишь у первого императора Эзалстана было три брата. У ректора было два сына, двадцати семи и двенадцати лет, совсем малыши. Шолто-Даритану было сорок семь, даже меньше, чем я думала, Унреку-Ройстону — двести шестьдесят два.
Пока я рассматривала таблички знакомых перевёртышей, мне всё время казалось, что что-то в этой схеме не так. Это не считая «обрубленные ветви», с ними я разобралась. Стала всматриваться внимательнее, и глаз зацепился за табличку нынешнего императора — она была крупнее остальных, он всё же правящий, а учебник относительно новый. Я ещё раз перечитала её: «Мелануир, восьмой император, родился…» Стоп! Почему восьмой? Он прапрадед Шолто, а тот — в одиннадцатом поколении. Мелануир должен был быть седьмым.
А с другой стороны… Быстренько подсчитала — нет, сейчас править должен именно восьмой. Может, с поколением ошиблась? Пересчитала их, ведя пальцем по странице — одиннадцать.
Ничего не понимаю. Спросить бы у кого, да урок идёт, неудобно. Стала рассматривать древо подробно, читая таблички всех императоров. И вскоре нашла «ошибку».
В одном месте привычная схема дала сбой. Третьим императором был Девиор, внук Эзалстана, а вот четвёртым — не его сын, а младший брат Леланод. Потому что сыновей у Девиора не было. И жены тоже, ведь сведения о жёнах так же вносились в древо. В младших поколениях холостяки не были редкостью, но лишь среди тех, кому было меньше пятисот лет. А Девиору было почти четыре тысячи — и жены у него не было.
Почему-то стало очень его жалко. Столько лет не может найти свою любимую. Интересно, почему?
— Габи! — на моё плечо легла рука, заставляя вздрогнуть, оторваться от своих мыслей и вернуться в этот мир. — Пойдём, мы проводим тебя.
— Спасибо, — я улыбнулась Унреку и быстро собрала свои вещи. Большинство студентов уже покинули аудиторию, остальные толпились возле дверей. И только я даже не заметила, что урок уже закончился.
Глава 18. Взрыв. Часть 2
В знакомой просторной комнате меня дожидался дракон, а так же два удобных мягких кресла, которых в прошлый раз там не было. Там, собственно, прежде вообще никакой мебели не было, но теперь я с удовольствием уселась, радуясь, что не придётся весь урок провести на ногах.
— А как мы будем развивать мой дар? — поинтересовалась я, поскольку представления не имела, как это возможно в принципе. Индивидуальные занятия для студентов с редким видом магии — это понятно, но у меня-то не магия!
— Никак, — усмехнулся дракон, поняв моё недоумение. — Дар зеркальщика невозможно развить или потерять, для него не нужно учить формулы и тренироваться, чтобы освоить что-то новое. Защитникам приходится отдельно осваивать щиты от воды, огня, летящих камней или проклятий, а так же многое другое, и не важно, как именно это было в них послано. Ты от всего этого защищена — если всё это послано магией. Или беззащитна — если имеет место простое физическое воздействие. Никакими тренировками, никакими формулами это не изменить.
— Тогда зачем?..
— Чтобы соблюсти формальности, — дракон пожал плечами, весело улыбаясь. — Занятия магией быть должны — вот мы и позанимаемся. Как именно — будем знать только мы с тобой. А мы можем в это время просто общаться — думаю, мы найдём темы, интересные нам обоим. Но, если хочешь, могу немного покидать в тебя водяными шарами.
— Не надо, — не удержалась от улыбки.
— Я тоже думаю, что не стоит, это абсолютно ничего не даст, кроме того, что я вымокну. Ты — зеркальщик, условно — защитник, но это не делает тебя магом. И никогда не сделает.
— Такое чувство, что о моём даре вы знаете больше, чем я сама.
— Мы бывали в вашем мире и общались с зеркальщиками, к тому же нам хорошо знакома магия, есть возможность сравнивать. Общался, конечно, не лично я — к моменту моего рождения последний артефакт перехода был давно утерян, — но некоторые мои старшие родственники, а так же перевёртыши — их ровесники. Правда, по их рассказам, зеркальщики не были похожи на людей, которые населяют весь ваш мир, но это их особо не удивило — в нашем мире тоже много рас, которые не спутаешь с людьми.
— Да, это были не люди. И даже не земляне, — я решила ещё немного приоткрыть завесу тайны своего происхождения. — Они прилетели с далёкой планеты, их корабль потерпел крушение, и они жили здесь в ожидании помощи. Один из них полюбил земную женщину, и их сын стал родоначальником семьи моей мамы. И этот зеркальный дар — его наследие.
— Так твои предки — не только перевёртыши, но и пришельцы с небес?
— Да. Потому и процент нечеловечности у меня такой… неровный, — улыбнулась я.
— Ты говорила, что в вашем мире есть способ летать даже бескрылым. Но неужели корабли могут летать по небу или даже на другие планеты?
— Это особые корабли. Космические. Называются «ракеты». Они такие… закрытые, — я сложила ладони, пытаясь изобразить что-то вроде капсулы. — Внутри есть воздух, и там безопасно, а сзади двигатель. Там горит топливо и толкает ракету вперёд.
— Горит и толкает? — нахмурился дракон.
— Ну… я и сама всего не знаю, но считайте, что это такая магия. Сложно объяснить.
— Хорошо, будем считать, что эти ра-ке-ты… я правильно сказал? — Я кивнула. — Что они летаю на магии. У тебя есть иллюзия ракеты?
— Я поищу, но не уверена, что есть. Разве только в фантастических фильмах. Хотите, я вам лучше самолёты покажу. И вертолёты. И где-то у меня есть видео… иллюзия, как мы на дельтапланах летаем.
Следующие полчаса я показывала дракону технику — летающую и не только, — нашего мира. Для простоты восприятия, мы решили считать, что внутри каждой машины находится некий артефакт, заставляющий её работать. Собственно, так оно и было, возжелай местные соорудить вертолёт, они скопировали бы внешний вид, а вместо двигателя поставили бы артефакт, заставляющий лопасти крутиться. А топливом служила бы магия, которой этот артефакт время от времени подзаряжали бы, как делают со всеми местными артефактами.
Хотя, учитывая то, что здесь в ходу порталы, а так же существует телекинез и левитация, вряд ли возникнет необходимость в вертолётах. По словам лорда Линдона, чтобы поднять в воздух эту махину, даже без груза, понадобится магии в несколько раз больше, чем для того, чтобы просто переместить в нужное место то, что туда перевёз бы вертолёт. Это в нашем мире альтернативы нет, а здесь это совершенно не актуально.
После того, как дракон признал большинство летающих аппаратов моего мира бесполезными для этого — либо слишком энергозатратными, либо плохо управляемыми, как например, воздушные шары, — мы немного поговорили о моей семье, точнее — о перевёртышах. Я рассказала, что знаю всё о маминых предках, а вот с отцовскими проблема — кем был мой прадед, не знала даже прабабушка. Просто была встреча в лесу со странным незнакомцем, в которого она влюбилась без памяти с первого взгляда, и который очень быстро исчез — это всё, что она смогла рассказать. А вскоре и сама умерла, рожая моего деда, который и стал родоначальником семьи перевёртышей в нашем мире.
