«Похоже, огненный маг уничтожает её специально. Он тоже решил, что она представляет опасность».
«С этим вмешательством в природу слишком много проблем. Человеку должно строить свою среду существования, а затем управлять своей эволюцией, как это делаем мы»
* * *
Адриан брёл через ледяную бурю и чувствовал, что сменил один ад на другой. Льдинки постоянно кружили вокруг него. Вначале, когда парень ещё не понял, в каких условиях оказался, льдинки даже оставили несколько порезов на лице. Затем пришлось прикрыть лицо платком, а потом прикрываться ещё и локтем. Силы были на исходе, но искатель упрямо брёл вперёд, надеясь дойти до какой-нибудь двери или ангарных ворот. Вдобавок, силы высасывал ледяной вихрь.
«Я сделал это!» — пытался подбодрить себя парень. «Я сразился с мастером огненной магии и выжил, даже поразил его мощнейшим электрическим зарядом! Интересно, как он там, кстати?»
Парень остановился и посмотрел назад, сложил пальцы одной из рук во всем известный жест и расхохотался:
— Выкуси, ублюдок! Нас так просто не взять! Не важно, как ты силён, всегда можно победить силой ума!
Льдинки снова замолотили по лицу и снова пришлось прикрыть его рукой.
— Проклятье, однако, нужно как можно скорее найти безопасное место. Будет тупо кончиться после победы посреди ледяного шторма. Не так должны умирать герои! — процедил сквозь зубы Адриан.
Однако на одном упрямстве долго не продержишься. Силы неумолимо оставляли его и вскоре пришлось опуститься около стены, свернувшись калачиком.
«Это конец…» — с грустью подумал искатель. «Всё-таки я был слишком самоуверенным. Надо было согласиться на помощь Гендиануса. Если выживу, при столкновении со следующими проблемами приму любую помощь, которую предложат… Жалко оставлять мать… Интересно, будет ли грустить этот рыжий идиот, и ещё парочка типчиков в башне? Хотя вряд ли… Я вёл себя с ними не очень хорошо».
В отчаянии Адриан ещё раз осмотрелся по сторонам. И заметил огромные ворота.
«Неужели это наш ангар? Но я же свалился с другой стороны! В нашей стороне были мана-боты, поэтому я побрёл в другую сторону!»
— Эээ-э-э-э-й! — заорал парень. — Есть тут кто-нибудь? Гендианус, Кейси, Просперо! Я этого огненного кретина таки взгрел!
Ответом ему было молчание. А ведь даже на крик в таком состоянии требовалось тратить драгоценные силы. Неожиданно Адриан вспомнил, что брёл с другой стороны фермы и это, скорее всего, ворота в другой ангар или купол. Блондин чуть не заплакал, но вместо это закусил себе губу, а потом сплюнул.
— Да идите вы нахрен! — снова проорал он. — Что это ещё шутки? У нас тут серьёзное дело! Холодно снаружи, вообще-то!
И неожиданно ворота начали подниматься. Кто-то схватил парня за руку и потащил в здание. Адриан обрадовался и расхохотался.
— Выкусите! Мы ещё повоюем! Мы ещё взгреем всех кого надо!
Из-за отчаянного положения к нему начало подкатывать безумие. Поэтому он не понял, что тащила его не человеческая рука, но некие лоскуты тьмы. А оказавшись в помещении, парень услышал неожиданно знакомый голос:
— Адриан. Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть, сын. Это большая удача.
* * *
Нерта стояла в помещении с большим круглым столом и десятком стульев вокруг него. Перед столом висел большой экран, по обе стороны ещё два, на другой стене карта мира — пять континентов с выделенным красным цветом северным континентом — их общим домом. На карте было отмечено даже расположение лаборатории — в одном из южных районов выделенного континента. Напротив стены с картой большое панорамное окно, за которым сейчас скрывалась бесконечная тьма Бездны.
«Спайервит, мир наш родной. Когда ты уже настрадаешься? Эта долгая ночь для тебя слишком затянулась» — грустно подумала Нерта, а затем собралась с духом и осмотрелась. «Что ж, это последнее место из тех, которые я осмотрела. Однако вряд ли всё началось именно здесь. В комнатах заседаний проходит только принятие решений. Чистая формальность. А вот прийти к своим решениям элиты могут намного раньше в собственных уютных особняках. Но может, я здесь могу найти след к первоначальному месту».
Учёная привычно начала обыск помещения. Она не осматривала объекты лично, а вызывала образы с помощью псионики, простирая руку в сторону выбранного объекта и вызывая некое облачко тумана, в котором затем и мелькали образы. Казалось, будто она смотрит множество призрачных сценок одна за другой. Вот в одной сценке президент корпорации принимает учёных и даёт им трудное, судя по их реакции, поручение. Трудное с моральной точки зрения. В другой сценке беседует с советом директоров. По потокам данных, видимых в этом режиме зрения, Нерта поняла, что эта сценка была раньше первой. А вот президент корпорации с весьма нервным видом проверяет бумаги. По его поведению и всё тем же потокам данных Нерта понимает, что компания переживает не лучшие времена, находится на грани банкротства.
«Но действительно ли отправная точка здесь?» — подумала учёная.
А ещё помимо образов и потоков данных в этом режиме зрения можно было увидеть линии связей, соединяющих всё сущее воедино. Объекты, явления, существа, законы, представленные теми же потоками данных, даже мысли, чувства и самые потаённые желания мелькавших перед взором людей. Потоки данных неизменно сопровождали линии, двигаясь во всех мыслимых и немыслимых направлениях. Иногда даже один поток мог скрывать в себе другие целыми массивами. Учёная чувствовала себя очень неловко наблюдая за всем этим, но потом убедила себя, что это ради благого дела.
Однако сейчас ей следовало пойти дальше. Нерта высвободила ещё немного ментальной энергии, сформировала её в линию связи и направила к образу президента корпорации в последнем видении. Она хотела перейти на более личный уровень президента. Во-первых для того, чтобы понять его мотивы, а во-вторых для того, чтобы убедиться, не кроется ли источник трагедии здесь.
Поначалу на личном уровне всё было вроде бы в порядке. Нерта увидела счастливую семью, о которой мечтали, мечтают и будут мечтать многие. Муж и жена любят друг друга, оба по-своему талантливы, у обоих есть своё дело, оба даже умеют сочетать дело с заботой о близких. Забота о близких оказалась умеренной и не вызывающий проблем. На первый взгляд на личном уровне не было ничего достойного внимания, но у Нерты всегда был страх ошибиться. Она считала, что занимается слишком серьёзными вещами, чтобы позволять себе ошибки. Она перебирала линию за линией, поток за потоком, пока наконец, не поняла. Семья вроде бы сохраняла благодетельный для всех окружающих образ, но на самом деле возгордилась и стала ставить себя выше остальных. Эта гордыня в конце концов привела президента к принятию решения о бесчеловечных экспериментах. Не банкротство компании, не давление других директоров, не согласие научного отдела.
— Как всё в итоге оказывается просто, — печально произнесла женщина. — Но теперь меня ждёт следующий шаг.
Она направила ещё немного ментальной энергии в линию, соединившую её и президента корпорации. Затем произнесла заклинание:
— Эйкон Грегора Авитуса! Отныне связаны мы линией судьбы! Внемли моему зову! Подчинись моей воле! Явись ко мне! Явись ко мне! Явись ко мне!
По образу пробежал волна энергии. Другая. Третья. Вдруг образ задёргался, как будто его сотрясали конвульсии. Голова после этого дёрнулась в одну сторону, в другую. И вот во взгляде появляется некоторая осмысленность. Но Нерта знала, что та осмысленность была ложной. Эйконы были лишь копией, но копией, связанной с изначальным образом глубинными связями.
— Смертная! — жутко искаженным голосом произнёс дух. — Знаешь ли ты, что иногда не стоит тревожить прошлое?
— У меня достаточно сил, чтобы избежать последствий!
Нерта парализовала духа своей силой. Как и прежде, для этого ей не требовалось совершать жестов и выкрикивать заклинаний. Просто высвободила свою волю и направила на цель.
