Один Буккер отреагировал странно.
— Я бы налил, но вот товарища вашего знаю мало. Поговорить надо, познакомиться поближе…
— Ну, нальешь — и поговорим, — от выпитого Ивана постепенно терял способность фиксировать взгляд. — Кто же говорит по трезвяни?
— Ты тут мне на Ивана не наезжай, не наезжай! — Петр по праву друга решил защитить гостя. — Он там, в городе, вон как терпит! Ему это вон как нужно! Или надо. Он, может, и нам поможет! Ты не смотри, что он не здешний! Наливай!
Иван не стал дожидаться и достал из сумки последнюю пол-литру.
— Только, чур, рыбу проверить надо! — Он все же хотел придерживаться своего плана. Рыболовецкого.
Казалось, все только и ждали его слов.
Дойти до речки оказалось не просто. Сказывалась нетвердость походки. Вася, тот вообще заснул на ходу и упал. Наибольшую пользу принес Мокей. Он осторожно вошел в воду и стал что-то нашаривать на дне. При этом он вытягивал вперед подбородок, стараясь не намочить бороду.
— Ты че, Мокей? Чешисся? — спросил Петр, пытаясь тем временем вставить весла в уключины. — Или так просто?
— Раки тут, раки! — Мокей произнес это так, что у Ивана перед глазами сразу возникла пенная кружка пива и остро пахнущий лавровым листом таз, полный красных, лоснящихся от самодовольства раков.
— Петя, на хрен рыбу, давай раков наберем! В городе они ж на вес золота!
— Ну, раков так раков, — Петр был готов на все.
Возня с ловлей раков заняла минут пятнадцать. В корнях под водой действительно была прорва живности. А выпитое накануне в значительной степени притупляло боль в пальцах, страдавших от рачьих клешней.
Всех удивил закемаривший Вася. Пока рыбаки хлюпались вдоль берега, он, непонятно где найдя силы, проснулся и пошел проверять удочки. А там уже трепыхалось несколько карасей, которых он сразу же пустил на уху. В итоге, когда рубашка, использованная как мешок для отловленных членистоногих, наполнилась и слегка протрезвевшие рыбаки устремились к костру, их встретил божественный запах ухи.
— Ну, Василий, ну ты прям гигант! — Петр похлопал по плечу Васю. Или Стаса. Кто их разберет.
Загремели алюминиевые миски. Иван, как ни напрягался, не мог вспомнить, откуда они тут взялись. Уху споро поделили, разлили последнюю бутылку Ивана и пустили по кругу стеклянную перечницу. Буккер, пока все перчили уху, невнятно бурчал и прочищал горло, словно готовился произнести тост. К Ивану перечница пришла последней. Как водится, после первого же движения крышка и хорошая жменя черного перца упали прямо в миску. Иван сделал вид, что так и надо.
Уху хлебали быстро и вкусно. В какой-то момент Ивану показалось, что спиртное совсем выветрилось и теперь можно нормально порыбачить. Но эти мысли сразу же перебил Стас.
— Буккер! Хватит душу томить! Пора!
— Что пора, что пора? — Буккер нервно закричал. — Ты своим «пора» неподготовленного человека совсем угробишь.
Но тут Мокей повел себя совсем неадекватно. С воплем «А итить его в пропеллер!» он рванул на себе фуфайку вместе с рубашкой, оголив тощую грудь. Голый бледный живот резко контрастировал с загорелым лицом.
— Наливай, Буккер, нашу! Сегодня, чую, точно выйдет.
Буккер молча достал из необъятного кармана пыльника здоровенную бутылку с мутной жидкостью. В свете костра бутылка флуоресцировала ярко-голубым светом. «Какой безумный анти-стокс», — пронеслось в затуманенной голове Ивана.
Буккер плеснул в стакан Мокею.
— А что, он один будет? — Ивану показалось несправедливым, что налили только Мокею Александровичу. Пусть он и старший.
— Не замай, паря!!! — Мокей сделал рукой жест, долженствующий показать, что все порядке. — И до тебя дойдет очередь!
Дед опрокинул стакан жидкости и заколдобился. По ребристому торсу Мокея пробежала пульсирующая дрожь, он закатил глаза и резко выпрямился. С легким хлопком за его спиной раскрылись гигантские отблескивающие белым крылья.
— Бля-а-а-а! — завыл Мокей и побежал в темноту.
— Не хватит разбега, — спокойный голос Петра был почти неслышен в Мокеевых воплях. — Ой, не хватит. Стар он, мышца не та.
Мокея было хорошо видно при свете костра. Он бежал, спотыкаясь в луговой траве. Взвившиеся было за спиной крылья стали опускаться ниже и ниже, до тех пор, пока крайние маховые перья не чиркнули траву. Так крылья буревестника чиркают поверхность моря, когда тот куражится в полете. Но здесь вышло совсем по-другому. Так и не разогнавшись, Мокей стал заплетаться ногами и через несколько шагов упал ничком.
— Да не дергайся, — Вася остановил вскочившего Ивана. — Спит человек. Проверено.
— Ну вы, блин, даете, — только и смог выговорить Иван. — Что за хрень тут у вас творится?
— А дай я! Сегодня запросто!!! — истерично закричал Буккеру Петр.
Буккер слегка нетвердой рукой налил и Петру. Тот уже было поднес стакан зелья ко рту, но тут Вася истошно завопил:
— Рубаху сыми, а то крылья обломаешь, как Сидор тогда!
Предупреждение сработало. Петр, не выпуская стакана, одной рукой расстегнул рубаху, успевшую высохнуть после раков, сбросил её на землю — и уж тогда хлебнул.
Несмотря на меньшие по сравнению с Мокеем годы, Петр оказался послабей. Крякнув, он секунду прислушивался к ощущениями, а потом, все ещё держа стакан в руке и не меняя позы, упал носом вниз. Хорошо, хоть мимо костра. На неподвижном теле развернулись такие же, как у Мокея, серебристо-белые крылья.
— Ну что же за напасть, — Буккер всхлипнул, — так никогда мы и не взлетим? Говорил Зосима — с дерева надо.
«Зосима, это, наверное, тот, утренний, ольховый», — подумал Иван.
— А что потом с крыльями? — задал он дурацкий вопрос Буккеру.
— Как что? Знамо дело, рассасываются, — сообщил тот, наливая очередной стакан. — Как протрезвеешь, так и рассасываются.
— А если на лету? — появился у Ивана новый логичный вопрос.
— Так, наверное, в лепешку, — мрачно предрек Вася. — Только все равно, не взлетим! Сволочь ты, Буккер! Народ искушаешь!
— Будешь? — Буккер предложил налитый стакан Ивану.
— Без парашюта — нет! — нетвердым языком твердо отказался Иван.
Упоминание парашюта внезапно пробудило Петра ото сна. Он приподнял голову, обвел невидящим взглядом пространство вокруг и изрек:
— Где мой парашют, сволочи? — и опять затих.
— Ну и народ кругом! Не зря вам наши Москву сожгли. Пьянь сплошная, как с вами светлое потом строить? — Буккер спрятал в карман бутыль, скинул пыльник и, оттопырив мизинец, поднес стакан ко рту, франтовато отставив при этом локоть. — За наше будущее!!!
Буккер, как оказалось, был крепче всех. Он почти спокойно поставил стакан на землю возле костра и, повернувшись лицом к реке, произнес:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
