Мем обнимал Декси, она же, расстегнув ему ширинку, засунула руку ему в штаны. Мем упоенно целовал ее. Они были слишком увлечены ласками, чтобы обратить внимание на скрип двери; Лукреция Борджиа немного полюбовалась на них, а потом бегом преодолела расстояние до раковины и отвесила Декси сокрушительную оплеуху. Следующий удар достался Мему.
– Ах ты, негодница! – Она снова замахнулась на Декси, но та увернулась. – И ты хорош, Мем! Значит, на Декси у тебя хватает пороху? Сейчас же пойду к массе Уоррену и расскажу ему, что происходит, стоит мне на минуту отвернуться. Знаете, что он сделает? Он прикажет выпороть вас обоих, да так, что кожа повиснет клочьями! Пора поощипать вам перышки. Мем целует тебя взасос, а ты лезешь ему в штаны. Хороши! Раз ты уже выросла и пристаешь к Мему, значит, пора тебя брюхатить. Давно пора! Почему ты не несешь хозяину пунш, Мем?
– Чайник был пустой, приходится ждать, пока он закипит. – Он застегнул ширинку. – А ты не совалась бы в чужие дела, Лукреция Борджиа. Уж больно ты любопытна! Если ты меня выдашь, я тебя тоже не пощажу. Уж я-то знаю, чем вы занимаетесь с Эрастом! Я подсматривал за вами, когда вы спрятались в коптильне. Будто не знаешь, что Эраст покрывает Мей-Белл! Как ты думаешь, что скажет масса Уоррен, если узнает, что он тратит силы на тебя? Что?
В этот раз Мему удалось поставить ее на место. Лукреции Борджиа ничего не оставалось, как прикусить язык. Она обернулась к своим близнецам, которые сидели у печи и теребили друг друга за пальцы ног.
– Живо надевайте штаны! Чем вы лучше своего папаши? Такие же бесстыжие! Куда это годится – щеголять по дому голышом? – К Мему она обратилась более кротким тоном: – Ступай принеси пару вязанок дров. Бедный хозяин совсем замерз: ведь ты забыл развести огонь и натопить в комнате! Я сама смешаю ему пунш. Вода уже давно вскипела – вы были так заняты, что и не заметили. Как тебе не стыдно, Мем: взрослый мужчина, а польстился на такую уродину, как Декси!
Она достала из буфета флинтглас, а с полки – сосуд с кукурузным виски. Отмерив щедрую порцию спиртного, добавила патоки, долила горячей воды и размешала пойло пальцем, заодно определив его температуру. Бросив на Декси испепеляющий взгляд, она поставила стакан с пуншем на блюдце, напомнила провинившейся помощнице о салате, который надо как следует помыть и приготовить со специально припасенным окороком.
– Только сперва вымой руки с мылом, а уж потом трогай еду! Ты лазила в штаны к Мему, а он вечно грязный и вонючий. – С этими словами она под шуршание своего накрахмаленного передника покинула кухню.
В дверях гостиной она мгновенно переменилась лицом: его выражение стало сострадательным. Максвелл жадно схватил стакан с пуншем.
– Воистину, Лукреция Борджиа, у тебя пунш гораздо вкуснее, чем у Мема!
– Так и есть, сэр, масса Уоррен, сэр. Позвольте кое-что вам сказать.
– Так и знал, что ты что-то задумала, иначе не стала бы суетиться здесь, разводить огонь, делать мне пунш, проявлять обо мне заботу. Ты – хитрющая подлиза, Лукреция Борджиа! Ладно, выкладывай. Если ты хочешь подсказать мне, чтобы я велел выпороть Мема, то знай, что я не могу позволить ему простаивать ни дня. Какие еще козни у тебя на уме?
Она изобразила оскорбленную добродетель и посмотрела на хозяина, уперев руки в бока.
– Что вы, масса Уоррен, сэр, какие там козни! Ничего похожего. Просто я вспомнила, что у массы Хаммонда послезавтра день рождения. Шестнадцать лет – совсем взрослый мужчина! Я испеку ему мой коронный кекс. Или вы считаете, что лучше фруктовый пирог? Изюма, смородины и лимонов у нас достаточно. Пирог получится – объедение!
– Испеки и то и другое. Хам обожает фруктовый пирог, а я любитель твоих кексов. – Потрескивающий огонь в камине, горячий пунш, сметливость Лукреции Борджиа, напомнившей ему о дне рождения сына, – все это мгновенно настроило его на благодушный лад. – Когда ты порадуешь меня новой парочкой близнецов, Лукреция Борджиа? Мне бы очень хотелось, чтобы к одной паре добавилась вторая. Представляешь, какая это была бы гордость для Фалконхерста – две пары близнецов? Не знаю, получится ли у вас с Мемом еще разок. Не отлынивайте и беритесь за дело. Желаю новых близнецов – и точка.
– Если положиться на Мема, то я вообще больше ни разу не рожу. Он только и может, что отвернуться и заснуть. Где ему! Он тратит все силы на других девок, а на меня его уже не хватает. Мне нужен новый мужчина, масса Уоррен, сэр, иначе какие там близнецы…
В таком добром расположении, как сейчас, Максвелл ни в чем не мог ей отказать. Он дал ей обещание, что поразмыслит по этому поводу.
Она решила не торопить события и не требовать от него немедленного решения. Ей еще представится случай напомнить ему об обещании. Сейчас же она спешила выложить ему нечто важное. Она собиралась просить не за себя, а за другого – редчайший случай для Лукреции Борджиа. Впрочем, речь шла о Хаммонде, которого она боготворила.
– Так насчет дня рождения массы Хаммонда, масса Уоррен, сэр…
– Что еще?
– Могу я вас спросить, какой подарок вы ему приготовили?
– Опять твое несносное любопытство, Лукреция Борджиа! – От его недавнего благодушия не осталось и следа. – Зачем тебе знать, что я подарю сыну на день рождения? Ну, скажем, негра… Ему только их и подавай.
– Негра? – Она пренебрежительно фыркнула. – Этого добра у него столько, что он уже не знает, что с ним делать. Одри у него в слугах, Дит в сожительницах. Еще у него есть я, двое моих близнецов. Да и на плантации плюнуть некуда – того и гляди попадешь в негра. Так и путаются под ногами. Зачем ему еще?
Максвелл стал молча раскачиваться в кресле, искоса посматривая на свою кухарку. Он был согласен с ее доводами. По правде говоря, он еще не думал о подарке для сына. Хаммонд не представлял себе жизни без чернокожих, однако одним больше, одним меньше – велика ли разница? Ему так или иначе принадлежали все негры Фалконхерста. Золотая монета с орлом, которую отец мог бы ему презентовать, стала бы просто бесполезными деньгами: у сына все равно не было возможности их потратить. Вдруг – по чистой случайности, разумеется! – Лукреции Борджиа известно, чего Хаммонду на самом деле хочется? Максвеллу, ясное дело, было очень не по нутру спрашивать ее об этом, потому что в результате она лишний раз продемонстрировала бы свое всеведение, однако существовали и иные способы выведать у нее необходимые ему сведения, не задавая вопрос в лоб.
– В таком случае пошлю его в Бенсон, справлю для него новый костюм. Там есть неплохой портной. Костюмчик получится – пальчики оближешь! Предположим, из синего сукна. Будет такой смотреться на Хаммонде?
