— Или не человек! — перебил меня Генер и пояснил: — Ни у кого не хватит денег на такую аферу! Да и смысла нет, если ворочаешь такими суммами денег; а вот если это королевство все свои ресурсы бросило, то вполне возможно.
— Но зачем? Зачем королевству, да еще неизвестно какому, это надо? — удивился я.
— Эх, отец мог бы пролить свет на эту историю. Давай сначала к нему заглянем? Вдруг он в просветлении будет, — предложил глава ночной гильдии.
«Что-то он слишком со мной доброжелательный какой-то», — вдруг подумалось мне. Беседы ведет, тайнами делится. А ведь меня толком и не знает! К чему бы это? Может, в лоб спросить? Генер молчал, ожидая моего ответа, я же отвечать не спешил, прикидывал так и этак. Но ни к чему не пришел; решился и задал вопрос в лоб:
— Скажи, ты вот — глава ночной гильдии, а обхаживаешь простого артефактчика. Почему, зачем тебе я?
— Эх, Рэн, ты далеко не так прост, как хочешь казаться. Друзья твои опять же… Но, честно говоря, мэр обрадовался, когда к нему заявился молодой парень с навыками артефактчика и рыскача. Мне, да и городу, нужны такие, как ты. Сейчас же я в тебе нуждаюсь больше всего, мэр и капитан в курсе моих проблем, поэтому тебя и встретили так ласково. Конечно, твою историю проверили. Лично проверял! Хоть и есть в ней непонятные моменты, признали, что ты сможешь быть полезен. Эта вылазка была проверкой, и, по чести сказать, ты выдержал ее. Мало того, ты сумел добыть необходимый мне артефакт! Если сможешь его активировать и вылечить моего отца, то… проси что угодно — все исполню; что в моей власти, конечно. Вот как-то так, — закончил Генер и протянул руку: — Принимается?
— Частично. Я хотел бы оставаться сам по себе; если проблемы меня заинтересуют, то поучаствую в их решении, если нет… — Я в свою очередь протянул руку, но задержал ладонь сантиметрах в двадцати от ладони главы ночной гильдии.
— Принято! — улыбнулся Генер и с силой пожал мою руку.
Мы скрепили наш договор кружкой вина, которого в бутылке оставалось только по полчашки. В это время и Бурк подошел.
— Ночевать будем или в путь тронемся? — спросил он.
— Поехали, нечего тут делать, — скомандовал Генер, — тем более уже светает, дорогу видно.
Через полчаса мы неспешно ехали по лесу: светать-то уже начало, но быстрая скачка могла привести к летальному исходу — видно было еще не очень хорошо. Как ни странно, но дорогой мы в основном молчали. Я обдумывал разговор с Генером, он тоже о чем-то размышлял, а Бурк, как обычно, был молчалив.
— Давай к отцу заедем, — предложил Генер, когда мы миновали городские ворота.
Я молча кивнул. Хотелось посмотреть на его отца: может, он что и рассказать сможет. Да и решу я тогда окончательно, как дальше быть. Артефакт восстановления находился пока у меня, Генер брать его не захотел, объясняя, что денег он за него еще не заплатил.
Дом, где проживал отец Генера, меня поразил. Я рассчитывал увидеть что-то подобающее титулу главы ночной гильдии, а тут добротный каменный дом всего в один этаж и с тремя комнатами. Расположен он был за внушительным забором, но территория двора внутри — маленькая: сотки три, не больше. Была там еще небольшая конюшня, но коней своих мы оставили на попечение Бурка и привратника.
— Я тут не живу, но иногда ночую. Одна комната — для отца, вторая — моя, а третья — для присматривающей за отцом семейной пары, — пояснил мне Генер.
Внутри дома обстановка скромная, но не дешевая. Дама, ухаживающая за отцом Генера, ушла за продуктами, так сказал ее муж-привратник, по совместительству управляющий и конюх. А вот отца Генера мы застали в редкие минуты просветления. Сухонький и высокий старик читал книгу.
— Сын! — воскликнул он, когда мы вошли в комнату. — Как же я рад тебя видеть!
— Отец! — Генер сглотнул ком в горле. — Здравствуй. Как ты себя чувствуешь?
— Как обычно, — махнул рукой старик. — Ты же знаешь. Помнишь наш последний разговор?
— Какой? — удивился Генер.
— Молодой человек, — обратился ко мне старик, мягко улыбнувшись, — простите меня великодушно, но времени у меня очень мало, может, еще и познакомимся, — и отвернулся к сыну. — Я просил тебя, чтобы ты дал мне возможность хотя бы на мгновение увидеть внука или внучку!
— Но я же не женат, — растерянно ответил Генер.
— Так в чем же дело — женись! — то ли приказным, то ли шутливым тоном воскликнул старик.
— Но на ком? Я еще не встретил на своем пути достойной женщины! — возразил Генер.
— Значит, плохо ищешь! — припечатал старик. — Это моя последняя просьба к тебе. Пожалуйс…
Старик не договорил, его взгляд потускнел, из глаз пропала искра жизни, и только по тому, как вздымается грудь, было понятно, что он жив. Генер тяжело вздохнул и опустил голову.
— Теперь он будет так сидеть, пока его не положат спать или не покормят с ложечки протертой пищей, как какого-то младенца. К сожалению, поговорить толком мы не успели. Пошли. — Генер направился к выходу.
Я же окинул взглядом отца Генера и решил, что постараюсь помочь. Осталось уговорить Анлусу, сорваться с ней к Креуну. О черт! Я забыл про короля и свой визит к нему! Хотя время пока есть: если поспешить, то можно все успеть. Так, а как быть с Кин и Гунером?
— Рэн, о чем задумался? — прервал мои размышления Генер.
Я с удивлением обнаружил себя верхом на Вороне, который скосил морду в мою сторону и скалил свои белоснежные зубы.
— Генер, я принимаю твое предложение. Постараюсь сделать все, что смогу, но мне необходимо время, — ответил я главе ночников.
— Спасибо, Рэн. Я на это и надеялся!
— Артефакт восстановления мне будет нужен, возможно; вернее, если уговорю Анлусу, то уеду с ней и артефактом. Прошу за мной не следить и никого не отправлять в качестве сопровождающих и охранников.
— А если не уговоришь?
— Уехать придется все равно, только не спрашивай куда — не скажу. А Анлусу уговорить надо, не смогу я — придется тебе! — усмехнулся я.
Генера от моих последних слов аж передернуло.
— Может… ты сам уговоришь? — неуверенно произнес он.
— А если нет? И вообще, что у вас там за разговор-то состоялся, вы же оба на себя непохожи были!
— Да так… — Генер покрутил пальцем в воздухе, а потом неожиданно для меня признался: — Очень уж строга твоя сестра, а с женщинами я воевать никогда не мог.
Моя сестра строга? Это что же она ему сказала-то? И почему Генер не хочет с ней поговорить снова? Уж не боится ли он ее?
— Генер, ты что же, Анлусу опасаешься? — сдерживая улыбку, спросил я.
Услышав мой вопрос, даже Бурк глаза вытаращил: мол, главе — такой вопрос?! А вот Генер ответил что-то невнятное. Так я и не понял, то ли он признавался, то ли отнекивался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
