достойная, но трубы перевозить на нем было крайне проблематично, они банально могли скатиться при движении. Поэтому днем мы выезжали на трассу на КАМАЗе, а в ночное время нас сопровождал МТЛБ (какая ни есть, а все-таки броня).
Помещение, которое было выделено для размещения трубопроводчиков, состояло двух комнат, кладовки и отгороженного угла для приема пищи. Приготовление пищи на ГНС-47, как и на ГНС-46 осуществлялось на улице. Давно была затея построить летнюю кухню, для чего достаточно было возвести 1,5 стены, чтобы отгородить место приготовления от места приема пищи, сделать навес или хотя бы маскировочную сетку в качестве защиты от солнца. Теперь, получив в оперативное управление КАМАЗ, как только появилось бы свободное время от перекачки, срочно нужно было съездить в горы за камнем.
Сказано – сделано. В кабину КАМАЗа при трех посадочных местах помещается четыре человека, а при желании и более, четыре часа ушло на дорогу, погрузку и разгрузку камня. Через два дня стены для новой кухни-столовой были готовы, осталось накрыть их маскировочной сеткой и перенести обеденный стол и стулья. Всеми продовольственными вопросами занимались два гагауза28 (это фактически, молдаване, плохо говорившие по-русски, но очень добросовестные и исполнительные). Двоюродные братья Петя и Коля призывались из одной деревни, прослужили к моменту моего появления на ГНС-47 полгода. Они каждое утро приносили простоквашу и готовили завтрак, обед и ужин.
Как только начал созревать кишмиш местные крестьяне на взаимовыгодных условиях стали снабжать нас этим виноградом. Каждый день вместе с простоквашей гагаузы приносили ведро винограда. В первое время вкусный сочный виноград был в радость, через неделю аппетит пропал. Братья-гагаузы были еще те виноделы, приспособили 40-литровый бак с крышкой для виноматериала. Излишки винограда стали отправлять в него. Через три-четыре дня бак был наполнен виноградом, тщательно утрамбован деревянным бревном и выставлен на солнце. Еще через три дня виноматериал пробродил, и получилось молодое вино зеленоватого цвета. Не ранее чем через две недели, когда полученный продукт отстоялся в банках и приобрел красновато-оранжевый оттенок, его можно было пить.
Получилось всего два дня «выходных» без перекачки, во время которых мы успели построить летнюю кухню. Возобновилась перекачка – опять начались пробоины, наезды на трубопровод, изредка – прострелы. Очередная авария произошла на заправочной станции практически в центре Чарикара. Случилось замятие трубопровода, и, как следствие, начал бить фонтан керосина. Остановили перекачку на три часа. Случилась пробоина на обочине дороги, керосин фонтаном забил на три–четыре метра, опять вынужденная остановка на два часа. Пока производили демонтаж и монтаж трубопровода все, кроме водителя, искупались в керосине, пришлось возвращаться в кузове автомобиля. Сказать, что какие-то там «неумехи», так ведь нет. Трубопровод лежал на обочине дороге в канавке, похожей не на лужу, а на ручей или озеро. Подойти к трубе и не промочить обувь, было невозможно. Дальше больше, при расстыковке труб опять летели брызги во все стороны, начинали заводить трубы для стыковки – вновь фонтан.
Приехали, помылись, сменили одежду. Два часа перекачки, опять потеря давления, выезд в сторону 45-го отдельного инженерно-саперного полка (45 оисп), который находился практически в прямой видимости по диагонали от нашего гарнизона. В месте перехода трубопровода через дорогу, идущую от 45 оисп, тяжелая гусеничная техника продавила закопанный под дорогой трубопровод, образовалась протечка, которая вытекала на обочину. Когда мы подъехали, стало понятно, что за полчаса не устранить. Пришлось ставить задвижку и ехать в полк просить помощь. Следовало переделать переход через дорогу. Мое появление приняли откровенно безрадостно. Больше часа разбирались, кто виноват и что делать. Саперы приняли позицию «ваша труба вам и делать». Остался один аргумент, что мы готовы делать, но у меня четыре бойца и две лопаты, у вас специализированная техника (бульдозеры, землеройные машины, экскаваторы и т.д.) и личного состава около 1,5 тысяч человек. Кто быстрее справиться? Мы бы выкопали траншею за полдня, и весь полк бы встал, ведь дорога была одна. Аргумент подействовал, саперы выделили технику и бойцов, через три часа сделали новый проход под дорогой, а мы уложили в нем новый трубопровод вместо раздавленного ранее.
Вечером тоже дня на пост привезли кинофильм. Явление было редкое. В «Ленинской комнате» на стену повесили белую простынь – экран, установили три ряда стульев. В первом ряду было отведено место для комбата ст. лейтенанта С. Зверева, командира огневого взвода лейтенанта Евгения Савельева (фамилия изменена), командира танковой роты капитана Валентина Стулия и мне, командиру трубопроводного взвода 2-й роты 3 отпб Г. Кулакову. На втором ряду были стулья для сержантов и старослужащих, дальше для всех остальных, кто не был в наряде. Фильм был один из популярных в то время – «Спортлото-82».
К началу фильма все стулья были заняты. В кино явилась совсем другая жизнь, Черное море, люди со своими проблемами, как получить по билету «Спортлото» 20 000 рублей, девушки в купальниках – как все это было далеко от нашей действительности. Пока смотрели фильм, начало покачивать. Первым отреагировал комбат Серега Зверев: «Так, стоп кино, все на выход». Кинофильм остановили, вышли из помещения, и только тут мне стало понятно, что земля под ногами уже подпрыгивала. Раньше мне некогда не приходилось ощущать землетрясение. Вот оно, оказывается, как происходит: земля под ногами подпрыгивает, висячие предметы раскачиваются. Через полчаса все закончилось, и мы досмотрели фильм.
На следующий день перекачка шла в штатном режиме. На обед были приготовлены щи без капусты, с тушенкой, картошкой и луком. Похлебка от гагаузов была относительно хорошая. Я обедал вместе с бойцами, на столе всегда лежал репчатый лук, крупно порезанный на четыре части, это «лакомство» было обязательно к ежедневному приему. Не хочешь заболеть тифом или «желтухой» – ешь лук. Чеснок к нам попадал можно сказать никогда. Бойцы к этому правилу привыкли быстро и сами в качестве закуски к похлебке с удовольствием ели лук. После обеда нужно было съездить на ГНС-48 оставлять бойцов без присмотра нельзя.
Загрузили в кузов КАМАЗа на всякий случай с десяток труб. Они могли пригодиться, да и на баграмском повороте не остановили бы. Мы проехали буквально
2–3 км от гарнизона, слева по ходу движения стоял танк. Я удивился, что он там делал, ведь не на этом месте был пост. Подъехали ближе. Увидев приближающий автомобиль, от танка отошел воин и стал махать рукой, прося остановиться. Остановились, спрашиваю: «Боец, что случилось?». В ответ он сообщил: «У нас беда. Сначала наш боец подорвался на мине, его пошел вытаскивать лейтенант и тоже подорвался. Сможешь отвести лейтенанта в госпиталь в Баграме?».
