Котяра открыл один глаз и смерил меня недовольным взглядом: мол, не видишь, что я занят?
— Понятно. — Я отнял руку. — Когда закончишь свои дела, возвращайся.
Яго очень внимательно слушал мои слова.
— Вы хотите поймать призрака, который на меня напал? — поинтересовался он, заглядывая в глаза.
— Хочу. Чтобы он больше не обижал маленьких мальчиков!
— Я уже большой, — заспорил мальчишка. — Мне шесть лет! И я ничего не боюсь, только… — он запнулся, — только есть хочется немножко.
Вот бес! Как же я не подумал! Поминальная трапеза состоялась уже вечером, до этого в замке по традиции никто ничего не ел. И мальчишку просто забыли покормить. Или не забыли? Мезмиру-то куда-то увели, значит, о девочке подумали. А о нем? Что-то мне подсказывало, что, кроме Линды и «погибшего» Робера Берканы, о нем в замке вообще никто не заботился. Кому нужен деревенский сирота, когда свои наследники, законные, подрастают?
— Пошли со мной, — решился я. — Поживешь в моей комнате, я что-нибудь придумаю…
— Нет. — Яго крепко прижал к себе кота и бросил на меня упрямый взгляд. — Я Линду подожду. Она ведь придет! Куда она ушла?
— Линда придет очень не скоро. — Я вспомнил, что девушку, когда выпустят из подземелья, сразу отведут к алтарю. — Я пока позабочусь о тебе. Кроме того, с нами пойдет Буян. И Зверь… когда еще раз сходит на разведку, — добавил я, обращаясь к коту. Тот намек понял и соскользнул с детских колен, направляясь к выходу.
Утихший дождь не думал возобновляться — природа словно вылила на землю все запасы влаги. Только с веток деревьев еще срывались капли да в воздухе висела мелкая морось. Набухшие почки были готовы прорваться, выпуская наружу молодую листву, — дни стояли теплые, и не было сомнений, что вот-вот все вокруг зазеленеет. На березах, ольхе, кустах орешника уже висели сережки. В серьгах стояли вербы над разлившимся ручьем.
Всадник сдержал бег коня, озираясь по сторонам. Ручей впадал в речку, которая текла прямо к Брезеню. Берега его густо поросли ивами и ольхой, но, чем дальше от воды, тем заросли становились реже. Забираться в чащу человеку не хотелось — конь не пройдет. А спешиться и месить грязь ногами? Премного благодарны! И куда дальше? Оставаться и ждать встречи здесь или проехать чуть-чуть вперед?
Весенний лес почти прозрачен, лишь легкая зеленоватая дымка заметна в кронах, и все видно далеко. И еще одного всадника нельзя было не заметить.
Он правил конем с осторожностью, нарочно стараясь выбирать, где кусты и деревья стояли гуще, словно не хотел, чтобы его видели. Но, заметив, что его ждут, отбросил осторожность и поскакал напрямик.
Двое мужчин остановили коней вплотную друг к другу и некоторое время молчали.
— Ну как там? В замке? — произнес опоздавший.
— Нормально. Робин убит.
— Вот как? И кто?
— Не знаю. Никто не знает. Некромант пытался допросить труп, но…
— Некромант? — Опоздавший мужчина подался вперед. — Он-то здесь откуда?
— Руна пригласила. Якобы встретила на улице Брезеня, когда ездила к своей кормилице в гости, и он согласился помочь.
— Некромант. — Мужчина помолчал, думая о своем. — И как его зовут?
— Мэтр Белла. Имя тоже называли, но я забыл.
— Йож?
— Да, точно!
Надо было видеть лицо приехавшего вторым мужчины! На нем отразилась целая гамма чувств — от растерянности и недоумения до сдерживаемой ярости. Его собеседник смотрел растерянно:
— Что-то случилось?
— Пока нет. Но когда случится, будет поздно.
— Мне тоже этот Белла показался подозрительным.
Они еще помолчали. Потом тот, что приехал вторым, развернул коня, направляясь своей дорогой.
— Будь осторожен! — крикнул ему вслед первый всадник.
— Ты тоже! — через плечо отозвался тот.
Оба разъехались в разные стороны. Но первый проехал всего ничего, когда за спиной услышал приближающийся топот копыт. Всадник хотел оглянуться, посмотреть, кто скачет, но его конь внезапно понес. Словно сорвавшись с цепи, он ринулся вперед. Мужчина попытался как-то сладить с взбесившимся животным, но тщетно. Жеребец мчался, не разбирая дороги, и, запнувшись копытом о торчащий корень, кубарем полетел по земле вместе с всадником.
По пути завернув на кухню, я решительным тоном потребовал для голодного ребенка каши и хлеба с молоком. Пришлось немного припугнуть задерганных слуг посмертными карами, но в конце концов ужин оставленному без присмотра и ухода Яго принесли. Сейчас мальчик спал на моей кровати, а я сидел рядом и напряженно размышлял.
Подумать было о чем. За последние сутки удалось узнать много нового и интересного о семействе Беркана. Странно, но эту фамилию несколько раз упоминали на нашем факультете в Колледже. Эх, знал бы заранее — ни за что не выкинул конспекты по окончании учебного заведения! Оставил ведь только практические тетради и полевые заметки с практики, а записи лекций и теоретический материал отправил на помойку. А ведь там было что-то, напрямую связанное с некрополем. Это же не просто храмовый комплекс, это еще и жуть какое древнее сооружение. Что-то такое тут существовало еще до того, как был построен замок.
Кстати, крыло некрополя с трех сторон окружали храмы: примыкавший вплотную храм Смерти, Прове-справедливого и Дивы-жизни. В саду тоже были какие-то захоронения — то ли дальней родни, то ли прислуги, то ли случайных людей. Как бы то ни было, здесь нашел свой последний приют достаточно разношерстный народ. С ними бы поговорить, может, они что-нибудь знают.
Но как и когда это сделать? Бежать сию минуту нет возможности — теперь на моем попечении ребенок. Днем мальчишку еще можно чем-то занять, отправить к слугам, а вот ночью куда девать? Вряд ли Яго окажется столь смелым, что в шестилетнем возрасте захочет прогуляться по кладбищу. Хотя…
Я уже совсем решился и протянул руку, чтобы потрепать мальчика по плечу: «Слушай, как тебе понравится пойти и немного поиграть среди могилок?» — когда странный звук привлек мое внимание.
Сначала на ум пришел Зверь. Черный кот удрал, стоило нам переступить порог комнаты, и отправился бродить по своим делам. Но потом я сообразил, что ни один кот так стенать не станет. Тем более что Буян никак не отреагировал на звук — то ли пес-нежить утратил часть слуха, то ли просто не воспринимал его источник как угрозу.
Первым делом я схватился за нож. Так и есть! Лезвие светилось слабым зелено-голубым светом — верный признак того, что поблизости появились гости из иного мира. Пес-нежить не считался — при приближении к нему свечение не менялось. Значит, зачарованный клинок реагировал на что-то за порогом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
