по его просьбе в здании всеобщей церкви. Эти сообщения я читал в трапезном зале, сидя в одиночестве за столом. От первого письма мне стало тошно, второе вовсе отбило аппетит. Проигнорировать приглашение благородного не получится, ибо из-за Хубара мне всё равно придётся зайти в церковь.
К Густаху в архив я попал не сразу. Матонов у входа удивила огромная связка кож кракчатов за моей спиной. Охранники потребовали развернуть каждую, и только после этого послали одного из стражей в архив.
Когда я зашёл в пристройку, то наставник от вида связки аж обомлел, но вскоре бросился проверять кожу, попутно благодаря меня за помощь академии, архиву и ему лично. А когда всё проверил, то десять штук спрятал под дальний стол. Оставшиеся три он собирался сегодня же принести в одну из академических мастерских.
— Начнём сегодня? — наставник кивнул на один из столов со всем необходимым для создания книг.
— Хотелось бы, но меня вызвали в церковь.
— Значит, начнём послезавтра. Работы на целый день, Ликус, вряд ли даже на обед сможешь уйти. А учебник нужный тебе я уже приготовил, — на полке одного из стеллажей лежала толстая кипа листов, связанная верёвками. — Дам совет, лучше сначала полностью восстанови его, а потом изучай. Удобней же в комнате будет, да? — на последней фразе наставник подмигнул мне, что для него крайне несвойственно.
— Случилось что-то хорошее?
— Меня в магистрат несколько раз вызывали. В основном интересовались этой розовой… глиной. Никто так и не смог понять, что это.
— Эксперимент прошёл удачно?
— Пройдёт в этом налиме, когда ученики на клаш уедут. В магистрате, кстати, говорили и о тебе. Магистор Кузаун имел некоторые сомнения в твоём успехе, но даже он надеялся на лучший исход, — Густах перевёл взгляд на добытую кожу и закивал головой. — Это исход великолепный.
— Я так счастлив, что смогу удовлетворить магистрат, — я не скрывал сарказма в голосе.
— Зря ты так, Ликус. Тебе не стать частью академии, это верно, но академия договорённости исполняет. Ведь магистор Кузаун дал тебе знания смыслов заклинаний?
— Это потому, что будущий магос может угодить в засаду и умрёт раньше, чем хоть что-то исследует.
— Но ведь ты хотел изучить заклинания. Ты об этом интересовался, когда нас представили.
— Логично, — я несколько секунд размышлял, но так и не нашёл что ответить. — Так из-за чего магистрат тебя вызывал?
— Мы говорили о твоём будущем, — Густах достал с полки всё необходимое для чаепития и зажёг нескольких свечей. — Ты выполнил задание магистрата на желчный мешок ондатры, добыл заллаю для матонов, сделал правильный выбор. А этой кожи хватит на сорок книг, или тринадцать, если брать самые большие. Магистрат надеялся на что-то подобное и предусмотрел это. Теперь никто не усомнится, что ты сможешь принести обработанную пластину Аклаской полёвки скверны. А раз так, то тебе пора думать о жезле. Архимагистор сказал, что твой посох обычен. Это правда?
Я перевёл взгляд на посох. Сидя на стуле, я по привычке поставил его между ног и опёр на левое плечо. Это очень удобно, да и посох всегда под рукой.
— Он необычен и важен для меня, но архимагистор прав, магического в нём мало.
— Именно об этом со мной говорили в магистрате. Магистор Кузаун продолжит обучать тебя и поможет выработать личный узор. Насчёт Хлар’ана не мне тебе рассказывать. Я же возьмусь помочь и объяснить тебе всё, что касается магических жезлов. Ты ведь уедешь на два года, так ведь?
— И в эти два года мне нужно найти всё необходимое для жезла?
— И для посоха, если это тебе нужно.
Я ненадолго задержал взгляд на посохе, размышляя, что утяжеляющие полоски и острое основание с набалдашником на свободном от скверны материке так просто не сделать.
— Да, это всё нужно, но у меня есть вопрос: что такое пертуберенция?
— Пертуберенция магической энергии? — переспросил Густах. Долгие секунды наставник смотрел мне в глаза, живым пронзительным взглядом будто выискивая во мне ответы на замысловатые вопросы. — Когда я объяснял тебе циркуляцию энергии в печатях, то назвал три принципа их построения.
— Энергия всегда должна течь от начала фразы рун в её конец; с какой скоростью энергия вышла из сигила, с такой скоростью она должна войти в следующий; и энергия должна свободно проходить через все круги и группы рун, то есть не делать замыкающих и концевых сигилов.
— Это всё касается только печатей на листах магической бумаги.
Густах на листе бумаги нарисовал геометрически выверенное скопление кругов, овалов и соединяющих их волнистых линий. Его личный магический узор.
— Бумага плоская, и магическая энергия перетекает в чернилах, с помощью рун и сигилов обретая форму заклинания. Энергия в бумаге всегда течёт в одной плоскости, но с обычными вещами всё гораздо сложнее, — Густах свернул лист в трубку так, что магический узор оказался снаружи. — Это твой будущий жезл. Внутри него много каналов для тока магической энергии, но расположение каналов можно узнать только при магической оценке. Они могут идти вдоль жезла, тогда течение энергии будет прямоточным. Могут располагаться поперёк или под углом, тогда течение будет вихревым. Если же структура каналов неоднородна, то энергия будет течь прерывистыми волнами, накапливаясь у неоднородного участка и выплёскиваясь гейзером. Это всё я сейчас объяснял о собственных каналах жезла, но прибавится внешнее течение энергии от твоего личного магического узора. Как в них будет течь энергия — зависит от тебя, но размещать их придётся в строгом соответствии с каналами жезла. И ты должен будешь учитывать возвратное смещение энергии. Пертуберенцию. Представь поток воды, но в его центре вдруг появляется песок как отдельный внутренний поток. В середине пути он закручивается в сложный узел, выворачивается наизнанку, расширяется, обволакивает водный путь и как кожа идёт обратно, забирая с собой воду. А потом вновь разворачивается и идёт обратно, проходит дальше узла, сужается и всё возвращается в норму. Песок — это твоя магическая энергия, а вода — каналы. Но пертуберенцию вызывает вода.
— И это всё нужно учитывать, создавая жезлы?
— Не только жезлы, а вообще любое магическое изделие. Или же наргодат, это дворфийский.
Путь, магия, рука — подумал я, сразу распознав значение сказанного Густахом слова. Это меня несколько удивило, и обнадёжило, что хотя бы один язык не придётся учить заново.
— Путь, магия, руки. Управляя магией руками, примерно такой смысл у этого слова. Дворфы величайшие в магическом ремесле.
— Я уже слышал, что за запечатанными заклинаниями следует обращаться именно к ним.
— Ты, — Густах на секунду перевёл взгляд на связку кожи. — Ты ведь не просто так
