К сегодняшнему дню она уже научилась поднимать несколько десятков одновременно.
Внешница знала, что этим такие способности не исчерпываются – местные, обладающие похожими дарами, могли бросать огромные камни, переворачивать машины или вырывать части тел у врагов на расстоянии. Но для правильного использования нужна была практика и помощь так называемых знахарей. Которые очень редко попадали к ней и почти всегда очень плохо сотрудничали.
Идущий впереди солдат поднял руку в приказывающем остановиться жесте. Крис шла, как особо охраняемая персона, в самой середине группы, прикрываемая еще и с боков бойцами. Связь поддерживалась с помощью какого-то хитрого излучения, идущего буквально от шлема к шлему, а вот с базой – через беспилотник, который висел в воздухе неподалеку, одновременно показывая, что происходит впереди. Правда, сейчас связь должна была исчезнуть из-за наличия вблизи аномальной зоны, но это ненадолго.
- Госпожа директор, прямо по ходу движения идет бой. Разведчики передали, что слышат выстрелы, но пока не понятно, кто в кого стреляет. Картинка с дрона ничего не показывает, так как там лес. Моя рекомендация – временная остановка, пока дрон не снизится и мы не сможем понять, что там происходит.
- Насколько далеко до предполагаемой точки встречи? – внешница спросила не потому, что она забыла все объяснения, полученные перед вылазкой. Нет, ей важно было оценить реакцию командира группы и по его ответам определить, нет ли необходимости его отстранить, если станет понятно, что он не до конца компетентен.
Вдруг ей пришло в голову, что чувствовала себя намного уверенней, если бы командиром был Стоун.
- До точки встречи примерно семь километров, это если по прямой. Но ожидаемое время прибытия при прежнем темпе движения – три часа. Но мы должны получить сигнал, подтверждающий условленное место именно там, где сейчас идёт бой.
Крис поняла, что нужно было поручить это другому офицеру. Сейчас она ясно видела, как неуверенно двигается её «безопасник» и как неумело он пытается переложить ответственность за принятие решения, продолжать движение или нет, на неё. Хотя это должно быть в его компетенции. Очередная ошибка, которую она сделала из-за эмоций.
Что же, нужно будет его заменить. Может быть, даже сейчас.
- Капитан, пришлите мне своего заместителя. Я вижу, что вы не располагаете пока нужной информацией, поэтому прошу вас лично возглавить разведку того, что происходит впереди. Возьмите с собой двух бойцов и проверьте, что там происходит.
Офицер несколько секунд стоял молча, пораженный таким приказом, но Крис спокойно давила его взглядом и тому ничего не оставалось делать, как, вскинув руку к виску, ответить: - Госпожа директор, я всё сделаю, - и повернувшись кругом и сделав знак двум бойцам отправится вперёд.
«Надо было не брать никого из офицеров безопасности, я бы лучше справилась» - такая мысль пришла в голову Крис и она опять поняла, что Стикс влияет на неё сильнее и сильнее.
Глава 20. Восстание
Умник в очередной раз, наверно в миллионный или миллиардный, потянулся своим даром к системе управления замком. Он проделывал это при каждой возможности, но чаще всего это заканчивалось включением ошейника и потерей сознания и попытку приходилось прерывать. Но он никогда не отчаивался. Управление замком было двойным, но про механическую часть многие внешники забывали или просто ленились её включать, поэтому открыть дверь можно было с помощью электричества.
Иногда он сам себе казался не человеком, а роботом, способным монотонно и скрупулёзно делать одно и тоже, невзирая ни на какие внешние обстоятельства. Впрочем, разве не повторение раз за разом опытов в лаборатории чаще всего приводили к успеху ученых?
Самое удивительное, что Умник даже не испытывал особой ненависти к своим мучителям.
Нет, его понимание побудительных мотивов их поступков не заходило слишком далеко и если бы всех этих «коллег» поставили перед ним, он с огромным удовольствием ударил бы каждого тем оружием, которое использовал против зараженных. Но и только.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он не стал бы исследовать, куда лучше нанести удар или проверять, сколько раз нужно ткнуть клевцом в ногу, чтобы убить. Прикончил бы каждого и спокойно после этого бы заснул.
Умник знал, что в истории его Земли тоже были моменты, когда одни люди вдруг решали, что только они и есть самые лучшие и самые правильные. А все остальные вроде бы как и нет. Недочеловеки. Поэтому с ними можно делать всё, что угодно. Проводить опыты, исследовать, сколько может выдержать организм в холодной воде или насколько эффективна та или иная смесь газов для быстрого отравления.
Но тем «сверхчеловекам» уже другие, в числе которых были и предки Умника, доходчиво объяснили, что за такое поведение нужно платить и теперь там, где когда-то существовали подобные идеи, мало кто может даже подумать о чём-то похожем. Очень уж хороший получился тогда урок.
А вот здесь некому его преподать и вот поэтому внешники просто не относятся к местным как к равным. Умник не разу не слышал о теории «копий», но догадывался, что это тоже могло помогать такому отношению к нему и другим пленникам. Нелюди, поэтому чего их жалеть.
Сколько прошло времени с того момента, как их на пути в стаб перехватил отряд муров, он уже точно не помнил. Не получалось у него высчитывать каждый день, хотя и старался. Но много, очень много. На несколько месяцев больше, чем ему хотелось.
Повернувшись на другой бок, Умник опять ушел внутрь себя, включил дар, и, не потревожив ошейник, подключился к энергопотокам своего бокса. Этот фокус стал у него получаться после прошлого выезда на профилактику трясучки, когда их в очередной раз засунули в передвижные боксы, а затем погрузили в автомашины и куда-то повезли. Это продолжалось несколько дней и это был уже седьмой раз, когда он попадал на такие поездки.
Будучи ученым, он тщательно анализировал всё, что мог увидеть и понять. Увы, не так много можно увидеть, постоянно находясь в боксе, но несколько раз, когда он был объектом изучения своей быстрой регенерации, Умник слышал переговоры его коллег, сидевших за приборами или входившими к нему, чтобы поправить датчик или настроить сенсор. Получалось, что они искали изменения в структуре паразита, которые должны были происходить после выездов. Хотели научиться перезаряжать его самостоятельно.
Сам бывший космонавт замечал, насколько становится бодрее и сильнее после поездки. Даже дар, который он тренировал, сразу начинал откликаться легче и оперировать им становилось не пример проще.
И вот, когда их привезли обратно в последний раз, у него наконец получилось. Он смог активировать свой навык и прикоснуться к линии электроэнергии без последствий в виде включения ошейника, а потом, также аккуратно дотянутся до системы управления светом в его боксе. И выключить её.
Это достижение так восхитило и одновременно напугало его, что ошейник тут же выдал разряд, прерывая работу дара. Но и здесь получилось по-другому – Умник впервые не потерял сознание от такого мощного воздействия. Наоборот, он смог каким-то образом погасить удар и даже как-то впитать его, усиливая себя. Пленник тут же включил свет обратно и замер, надеясь, что его поступок не будет обнаружен.
Внешники держат в плену иммунных, подобных ему, уже много лет. Поэтому у них просто обязаны быть способы не допустить такого развития событий, при которых он или кто-то другой мог бы вырваться с помощью своего дара. Но что это за способ?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И тут Умник со всей отчётливостью понял, что самый лучший выход – это уничтожение иммунного до того момента, как он сможет это сделать. До того момента, когда дар станет настолько сильным, что будет представлять опасность. То есть стоит внешникам обнаружить такое проявления дара и всё. Он труп.
