- Больше никого не сожрет.
- Ты уверен?
- Был бы уверен - давно бы домой улетел.
- Ох, Дан, - посетовал Саймон Корнилович, - до чего же у меня работа нервная!
- У тебя? - поднял брови Даниил Петрович.
- А у кого же? Как только экспедиция с инспектором - так просто хоть ложись и умирай! Ничего не знаю, ни о чем мне не говорят, все тайны какие-то, заговоры... а потом вдруг - бабах! Взрыв, фейерверк, пальба со всех сторон!
- Никакой пальбы в этот раз не будет, - заверил его Ольшес. - У Лепски и пистолета-то нет.
- Как это нет? А Читу он что, из пальца подстрелил?
- А, ну да. Я забыл. Но это ведь просто энергетическая пулялка, и все.
- Ах, разумеется. Вам, инспекторам, циклобласт подавай, тогда вы, пожалуй, согласитесь - это оружие.
- Ну, во всяком случае, похоже на него.
- Данила! - взревел командир экспедиции. - Прекрати надо мной издеваться!
- Саймон, что с тобой? - обеспокоился инспектор. - С чего ты взял, что я над тобой издеваюсь?
Винклер горестно покачал головой и ничего не ответил. Он вспомнил о погибшем альпинисте Кхоне Лорике, чье тело захватил неведомый йогин, и подумал о том, что если на Минаре пересеклись кармические линии трех бывших магов и одного активно действующего, то по сравнению с тем, что эта команда в состоянии натворить, выстрел из циклобласта, способного сжечь целую планету, и вправду может показаться не более чем хлопком мухобойки. Да если еще йогин выйдет из пассивного состояния и примется за дело...
Саймон Корнилович решил, что надо бы спросить Данилу, когда можно ожидать начала основных событий... но инспектор уже исчез.
Впрочем, командира это ничуть не удивило.
12.
Эрик сел и осторожно повернул голову вправо, потом влево... Голова отозвалась взрывной болью. Эрик, застонав шепотом, чтобы не усугубить положение дел, попробовал осторожно пошевелить руками. Руки были на месте. Ноги, как выяснилось чуть позже, тоже. Ага, значит, змеи до него так и не добрались. И скорпион не сумел его тяпнуть, хотя и старался изо всех сил. Ну, Эрик и не сомневался в том, что одержит победу над нечистью...
Скульптор медленно опустился на четвереньки и отправился в долгий и сложный поход через мастерскую, стремясь к спасительной цели. Мысли Эрика, раздробленные и рассеянные, то обращались к событиям вчерашнего дня, то пытались сгруппироваться вокруг работы - в те моменты, когда Эрику приходилось преодолевать какой-нибудь вставший на пути инструмент вроде вонзившегося в пол штихеля... но в основном в голове скульптора мелькали обрывки идеи врага.
Врагами, кажется, были Мрачные Карлики... вот только он забыл, почему. Эрик попытался сосредоточиться на неприятных человечках - но тут же решил, что лучше немного подождать. Вспомнить он всегда успеет. Сейчас не это главное.
В бутылке с ромом было полным-полно пауков и тараканов. Скульптор с отвращением отшвырнул бутылку, и она покатилась по пятнам пролитой и рассыпанной краски. Эрик, уставясь на нее бессмысленным взглядом, тихо застонал. Придется идти на кухню...
Добраться до кухни оказалось не так-то просто. В коридоре сидел невесть откуда взявшийся отвратительный черно-зеленый бородавчатый осьминог. Он вытягивал щупальца, пытаясь дотянуться до скульптора, и Эрику пришлось красться вдоль самой стены, уворачиваясь от мерзких желтых присосок. Но Эрик проявил характер и справился с задачей.
Приоткрыв дверь в кухню, он осторожно заглянул внутрь. Вроде бы никого...
Эрик крадучись подобрался к шкафчику, медленно открыл дверцу... нет, никаких сюрпризов. Схватив бутылку, Эрик жадно глотнул - и тут же все его внутренности стиснула жестокая судорога. Скульптора вывернуло прямо на пол. Впрочем, ему было не привыкать. Немного отдышавшись, Эрик выпил воды из-под крана и снова приложился к рому. На этот раз помогло. Головная боль отступила, руки немного окрепли... и Эрик снова вспомнил о враге.
Карлики?... Нет, он никак не мог сообразить, при чем тут мрачные малыши. Мрачные-премрачные... м-м-м...
И вдруг на него снизошло озарение.
Мюррей!..
Его единственный и настоящий враг - Мюррей Лепски!
Это он во всем виноват. Он и его дурацкий булыжник. Точно-точно. Ведь Лепски когда-то подсунул в скульптуру Эрика какой-то камень... нарочно, чтобы напакостить, чтобы испортить великое произведение... Тут в памяти Эрика всплыло вчерашнее нашествие змей... а, ну да, все правильно. Мюррей подослал Карликов, а Карлики принесли змей. Все сходится!
Открытие так ошеломило Эрика, что он не устоял на ногах и сел на пол.
Мюррей... Жизнь Эрика была прекрасна, пока в нее не затесался этот трижды проклятый программист.
И чего он привязался к Баху?
Ну да, на самом деле, кажется, Лепски не запихивал камень в "Лотос". Он зачем-то дал камень Эрику, а Эрик расколотил тот дурацкий булыжник, вот только он забыл, почему он это сделал... да, собственно, какая разница? Как будто мало вокруг всяких камней! Разбили один - возьми другой. И не приставай к человеку. Можно подумать, Эрик испортил уникальный бриллиант, какую-нибудь там "Звезду Египта" или "Графа Орлова"!
Но Лепски - последний гад и последнее ничтожество, и он из-за паршивого кремня или что там такое было способен просто уничтожить творческую личность, выматывая из нее душу... и уж сколько времени это тянется? Не сосчитать! И при этом Мюррей полный дурак. Он и не понял сразу, что Эрик вложил в "Лотос пришлого бога" только половину камушка. Хо-хо! Да он вообще ничего не соображает, этот Лепски! И Эрик ему покажет, где раки зимуют. Уж получит этот Лепски, уж он пожалеет, что подстраивал Эрику все эти пакости!.. Уж он так пожалеет...
Эрик впал в глубочайшую задумчивость.
Как бы ему покрепче отомстить Мюррею?
Идея родилась не сразу. Но зато она была такой безупречной и блистательной, что Эрик взвыл от восторга.
Ну конечно!
Эрик захохотал во все горло, и у него тут же снова заболела голова. Эрик немножко выпил и пошел в мастерскую.
Он сделает портрет Мюррея... ха-ха!.. и это будет такое, такое... и выставит это в Скульптурном Заповеднике! Ха!
Любой и каждый при первом же взгляде на бюст поймет: перед ним отъявленный негодяй. Да, Мюррей всю оставшуюся жизнь будет сожалеть о том, что не давал Эрику покоя. Сотни тысяч людей увидят каталог, и каждый подумает: "Вот мерзавец, так мерзавец! Мюррея будут узнавать во всех галактиках, он просто не сможет выйти из дома! Ого-го! Вот это здорово!
Тысячи людей придут посмотреть на новую работу великого Эрика Баха. И все поймут, почувствуют, какой отвратительный и непорядочный человек этот Мюррей Лепски!
Бюст, кстати, так и будет называться: "Портрет прохиндея"!
Эрик перевернул на поддон одну банку пластика, другую, третью... черт, везде пауки, везде тараканы, везде мухи и клопы... Наплевать! Он будет лепить из того, что есть. Пусть из бюста торчат усы дохлых тараканов! Это лишь подчеркнет основную идею! Усилит ее! Углубит! В конце концов, придаст произведению неповторимый шарм. Индивидуальность... впрочем, индивидуальности Эрику и так не занимать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
