Олегу захотелось по-мальчишески запрыгать, «с сего момента руководство операцией возлагается на майора Ибрагимова» означает конец его ответственности. Многие мечтают командовать и руководить, но мало кто задумывается, что это право влечет за собой личную ответственность. За любое неоправданное решение следует наказание, а сейчас во время войны его определяет трибунал. Отсюда вывод: командир обязан отдавать разумные приказы и должен не бояться ответить за них. Олег вернулся к Немцу и протянул радиограмму:
– Поздравляю, мы закончили задание.
– Не спеши, Студент, половина немцев уйдет в горы, а вылавливать их поручат нам.
– Батальону НКВД придется долго валандаться с опытными десантниками, а нам и недели не дадут здесь прохлаждаться.
– С недельным сроком ты прав, только немцы не будут сопротивляться. Каждый человек хочет жить, а не бессмысленно лезть под пули вдали от фатерлянда.
Они немного поспорили на тему патриотизма и принципиальной разницы между боями на Восточном фронте и здесь, в далекой Персии. Солнце неожиданно скрылось за горами, и оба, оставшись при своем мнении, отправились спать. Утро встретило неестественно розовыми облаками и загадочной игрой солнечных лучей на вершинах гор. Отряд совместил завтрак с подготовкой оружия, затем курды прицепили к вездеходам одноосные телеги и тронулись в путь.
Ехали не спеша, дабы не растрясти сидящих на телегах курдов в окружении глиняных горшков. Следующая долина оказалась солончаковой с серо-бурыми пятнами хилой растительности и руинами давно забытой крепости. Вот и перевал, разведчики частично расшнуровали крепление брезентового тента и взяли в руки оружие. Немцы прячутся от чужих глаз на другом конце долины, посему дозоры у перевалов исключены, но осторожность еще никому не повредила.
– Крепость с наскока не взять, – озадаченно заметил кто-то из ребят.
Трехметровая стена без башен и бойниц в триста метров длиной да виднеющаяся в центре плоская крыша казармы. Современное оружие в треть часа сравняет пограничное укрепление с землей. Но курды везли лишь горшки, а кроме кривых кинжалов за поясом, другого оружия у них нет. С точки зрения европейца они обречены на поражение, даже мифические ниндзя неспособны перебить тысячу солдат с винтовками и пулеметами. Но Олега заинтересовал подступающий к стенам нереально светлый лес без намека на подлесок. Дубы, ясени, клены росли ровными рядами, словно садовые деревья.
– Остановитесь, нам надо подготовиться, – попросил проводник.
Едва машины сбросили скорость, курды спрыгнули с телег и под ближайшим камнем развели маленький, но очень вонючий костерчик. Когда белесый дым стал густым, они подержали над ним свои головные платки и черные абаясы[32]. Завершив непонятное действие, со смехом затоптали огонь и вернулись на телеги.
Далее машины поехали со скоростью черепахи. Курды принялись сортировать свои горшки. Олег остановился у моста через речку, отряд торопливо ввинтил запалы в гранаты, а курды с показной ленцой отцепили телеги и направились к крепости. Проводник подошел к радисту и попросил перевести важное предупреждение:
– К стенам не приближаться, переезжайте мост и ждите нас на том берегу реки.
Машины остановились напротив крепости. Сейчас полдесятого, до приезда батальона НКВД оставалось полтора часа. Много это или мало? Вероятнее всего, атака курдов закончится неудачей, разведчикам придется отступить ко второму перевалу и дожидаться подхода обещанного батальона. Тем временем телеги остановились у стен, и закутанные в черное фигуры принялись перебрасывать глиняные горшки.
– Химическая атака? – напряженно всматриваясь, предположил Немец.
– Нет, действие более похоже на биологическую атаку, возможно, забрасывают ядовитых змей, – ответил Олег.
Не прошло и трех минут, как из крепости послышались вопли ярости и отчаяния, а курды продолжили ритмично перебрасывать горшки. Вскоре ворота раскрылись настежь, и вопящая толпа немцев бросилась в реку. Оторопевшие разведчики растерянно смотрели на жуткую картину. Стремительный поток подхватил обезумевших солдат, пронес их под мостом и бросил на скрытые бурунами камни узкого ущелья.
– Люди из соседней долины обязательно помогут выжившим, – глядя под ноги, сказал Таксист.
– Исключено, мандеи[33] не жалуют чужаков, всех ждет неминуемая смерть, – обронил радист. – Впрочем, живых не будет, человек не переживет укуса трех диких пчел.
– В горшках были пчелы? – спросил Немец.
– В каждом горшке был пчелиный рой с маткой. Если раздавить одну из них, то ферменты возбудят пчел, и они ринутся в безудержную атаку.
– Надо что-то делать, – встрепенулся Олег. – Через час прибудет батальон НКВД, а крепость полна пчел.
– Только ждать, – уверенно заявил радист. – Курды обещали передать крепость, и они это сделают.
Фигуры в черном подкатили телеги к раскрытым настежь воротам и безмятежно уселись в тени стен. Олег еще раз глянул на часы и распорядился:
– Таксист, встречай полк НКВД. На одном из грузовиков привезут дымовые шашки, в двенадцать по Москве обозначишь ширину долины.
– Поставить две дымовые шашки для наведения бомбардировщиков и в двенадцать ноль-ноль их поджечь, – уточнил тот.
– Правильно, – подтвердил Олег, – грузовик пришлешь сюда, там должны быть сигнальные ракеты.
Вездеход укатил выбирать место для установки сигнальных дымов, а оставшиеся разведчики продолжили наблюдение за курдами. С полчаса посидев в тенечке, они прикатили третью тележку с пустыми горшками и несколько раз заглянули в крепость.
– Матки должны успокоиться и сесть, тогда пчелы моментально соберутся в рой. Опытному пчеловоду не составит труда их собрать, – пояснил один из разведчиков.
Так и произошло – едва на дороге появились «Форды» G8T, курды призывно замахали руками, указывая на распахнутые ворота. Грузовики направились к крепости, а «ГАЗ-67» направился к разведчикам.
– Лучше «козлика» ничего нет, – завистливо констатировал Немец.
Никто не спорил, по простоте обслуживания, проходимости и тяговому усилию на буксировочной сцепке ему не было равных. Из машины вышел грузный майор и представился:
– Майор Саид Ибрагимов, батальон прибыл для охраны взятой вами долины.
– Майор Студент, прежде отсюда необходимо выбить немцев силами до двух полков.
– Выбить? Это невозможно! Мы все без боевого опыта! Солдаты обучены патрульно-постовой службе, не более того.
Немец указал на грудь майора, где красовался орден Красного Знамени в пурпурной розетке, и заметил:
– Вы сами воевали и, судя по награде, делали это отлично.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
