пересекают горы, но следы были явно не медвежьи - без характерной симметрии. Он предположил еще некоторые варианты, но все они оказались сомнительны. Тогда он сделал несколько снимков со средней дистанции.
«В тот день мне предстоял долгий путь наверх и назад. Так что я не мог долго задерживаться. Меня больше беспокоило состояние снега, так как день выдался теплым и поверхность снега быстро размягчалась».
Прошло около часа, и Вулдридж услышал грохот и долгие раскаты. «Моей первой мыслью было - снежная лавина. Затем я подумал, что этого не может быть, так как никаких признаков движения снега в пределах видимости не было». И он поспешил по склону вверх. Поднялось солнце и стало еще теплее. Вулдридж начал нервничать. И вот здесь-то, сметая все на своем пути, пошла снежная лавина.
«Теперь я считаю, что поступил неосмотрительно, когда услышал раскаты. Я прошел наискосок около 50 ярдов до того места, где склон кончался и был хороший обзор. Попытался пройти туда, где начался обвал, и внимательно осмотреть следы лавины. Глаза уловили большой гладкий участок на снегу, как будто по нему прошел тяжелый валун. Но никакого валуна не было. Там вообще ничего не было, кроме цепочки следов, шедших прямо от катка, поперек склона, а сразу позади куста виднелась фигура, которая не могла быть камнем».
В неопубликованном письменном отчете Вулдридж описывает фигуру, как «темное, волосатое существо около двух метров высотой, стоявшее прямо, на двух ногах. Голова по форме близка к квадрату, сложение торса мощное». Он также упоминает «руки, достигающие колен и покрытые коричневой шерстью».
У Вулдриджа была с собой 35-миллиметровая камера без телеобъектива. Плохо было то, что существо стояло в 150 метрах, по другую сторону непроходимой лавины, и когда пленку обработали, изображение оказалось силуэтом в 2 миллиметра высотой.
«Я быстро сделал пару снимков, так как был уверен, что в любом случае оно не собирается долго стоять там. Но оно не уходило. Я двинулся вперед и встал по возможности ближе, выбрав площадку, где скалы выступали вперед. Замерев, сделал, еще несколько снимков».
«Чем дольше я задерживался, - пишет Вулдридж, - тем больше убеждался, что животное не спешит уходить. Оно было удивительно неподвижно. Я вынул катушку с цветной пленкой и поставил другую. Животное оставалось спокойным.
Единственным признаком движения, замеченным мною, было шевеление веток и ощущение, что оно сдвинулось, пока я спускался вниз. Негативы тоже порождают такое впечатление». Но глаза Вулдриджа имели лучшее разрешение, чем фотоаппарат. Он ясно видел бурые руки, и почему-то ему казалось, что оно смотрит не на него, а на склон. «Я убежден, животное инстинктивно считало, что может спрятаться, стоя неподвижно за ветками...»
Впрочем, можно предположить и другое - существо, которое чуть не погибло в лавине, знало, как избежать нового обвала. Почему бы не добраться до ближайшего куста, чтобы повиснуть на нем и не двигаться, пока снег не затвердеет?
Прошло около 45 минут, небо начало темнеть, пошел снег.
Вулдридж направился вниз. Встретив уже знакомые следы, он сделал снимки крупным планом с ледорубом, чтобы определить размеры, но прошло уже три часа, и отпечатки стали почти неразличимы.
Несколько месяцев Вулдридж никому ничего не рассказывал. Правда, он обработал пленку и показал ее некоторым близким друзьям и тем, кто хотел увидеть доказательства существования йети - антропологам и зоологам.
«Я очень обеспокоен, - пишет Тони Вулдридж, активностью людей в поисках этих существ. В наш век имеются различные возможности для изучения их на расстоянии, и нет необходимости в отлове. Мы ведь не знаем, сколько их. Может, изъятие из природы одного окажется роковым для всей популяции?»
Замороженный из Миннесоты
В конце 1968 года бельгийский зоолог Бернар Эйвельманс столкнулся с поразительной находкой. Как писал он в те дни, это «открытие представителя неизвестной формы настоящего гоминоида - определенно венчает мою карьеру криптозоолога.» Через несколько недель после его объявления об уникальной находке разгорелась жаркая полемика.
Исследования Эйвельманса, тщательно изучавшего все случаи, связанные с сообщениями о таких удивительных существах, как йети, морской змей и им подобные, обеспечили ему репутацию настоящего Шерлока Холмса от зоологии. С октября 1968 года ученый находился в США и собирался отправиться в Центральную Америку на поиски неизвестных науке существ. Однако сообщение о новой находке изменило его планы.
В начале декабря Эйвельманс находился в Нью-Джерси на ферме зоолога и писателя Айвена Т. Сандерсона. Они были старыми друзьями и часто помогали друг другу в исследованиях. В Соединенных Штатах Сандерсон прослыл знатоком по проблеме йети и большеногов, причем проявил такой энтузиазм, что некоторые ученые относились к нему настороженно.
9 декабря Сандерсон получил от змеелова Терри Куллена из Милуоки сообщение о недавно виденном удивительном экспонате. Странный экземпляр был чем-то вроде волосатого человека, и демонстрировавший диковинку мужчина объявил это существо «утраченным звеном» между обезьяной и человеком. Сандерсон связался с демонстратором. Им оказался Френк Хансен, живший на ферме близ Уиноны (штат Миннесота). В разговоре по телефону Сандерсон обосновал желание осмотреть экспонат профессиональным интересом (Сандерсон владел маленьким зоопарком, и подобный образец мог представлять для него не только исследовательский интерес).
Сандерсон был научным редактором журнала «Аргоси», в котором публиковались только наиболее сенсационные материалы. Журнал согласился финансировать поездку. Эйвельманс и Сандерсон пересекли почти полконтинента и 17 декабря очутились на ферме Хансена. Стояли суровые холода: зима полностью вступила в свои права.
Айвен Т. Сандерсон
Возле жилого дома на ферме стоял трейлер. В нем была установлена морозильная камера, внутри которой, к изумлению визитеров, оказалось неизвестное науке существо. Оно выглядело как человек, покрытый длинной коричневой шерстью.
В течение трех последующих дней Сандерсон и Эйвельманс по одиннадцать часов в сутки делали зарисовки и фотографии существа. Его рост составлял около одного метра и восьмидесяти сантиметров. Сандерсон ложился на стеклянную крышку морозильника и тщательно перерисовывал каждый фрагмент тела существа.
Эйвельманс делал фотографии с помощью зеркального фотоаппарата «Асахи», причем для полного охвата фигуры приходилось делать последовательно четыре снимка.
Лицо и пах существа были безволосыми, и это не оставляло сомнений в его половой принадлежности. Поднятая над головой левая рука была, очевидно, сломана. Одна глазная впадина зияла пустотой; выдавленное глазное яблоко второго глаза находилось около скулы; затылок, по-видимому, разнесен вдребезги. Несомненно, существо, прикрывавшееся левой рукой от какой-то опасности, было убито выстрелом в голову. Ученые ясно видели следы крови. На одной ноге, отчетливо видимой через толщу льда, заметны были посеревшие очаги подгнившей плоти. Они показали
