много дел сделать. Освобожденные пленные должны немного отъесться, немцы их в лагере не плюшками с вареньем кормили, так что им определенно нужны хоть пара дней отдыха и полноценного питания. Далее, моя техника уже хорошо поездила, пока мы тут по белорусским лесам туда-сюда шарились, так что ей необходимо техобслуживание. Хорошо, что, когда мы ее со сборного пункта забирали, то еще, считай, почти два десятка грузовиков с запчастями захватили, благо водителей достаточно. Хотя некоторые все же водятлы, но надеюсь, быстро научатся, как говорится, опыт – дело наживное. И наконец, самое главное, необходимо в нашей справочной службе узнать место нахождения штаба Гудериана.
Укрывшись в одном из многочисленных белорусских лесов, я выслал с десяток разведгрупп во все стороны. Главная задача – охота за бляхоносцами: кто еще мне все расклады по близлежащим немецким частям предоставит? Причем работать ребята должны не только у нас под боком, а отдалившись от места нашего временного лагеря километров на пятьдесят. Мы простояли тут двое суток, за это время технари перебрали танки, используя забранные с собой запчасти: те, считай, уже на честном слове ехали, того и гляди встанут, а это как-никак наша главная ударная сила. Бойцы тоже немного отдохнули, набрались сил и привели себя в порядок, заодно подогнав под себя новую форму.
У противника тоже было оживление. Эфир весь был заполнен многочисленными переговорами, а также значительно активизировались и немецкие патрули. Все дороги были забиты, но на них постоянно двигались немецкие поисковые группы. Тут было совершенно ясно, что это они нас ищут. Да кто бы сомневался; после того, что мы им устроили, они будут носиться как наскипидаренные. Но мы пока сидели тихо и не отсвечивали, дожидаясь результатов разведки.
На третий день стали возвращаться наши разведывательные группы. Они, кстати, действовали внаглую: переодевшись в немецкую форму, на немецких же мотоциклах, носились без особой опаски. Даже небольшие колонны могли заинтересовать противника, а мотопатруль из двух-трех мотоциклов привлекал к себе гораздо меньшее внимание, да и маневренность у такой группы намного больше. Не все прошло гладко, пару раз все же разведчиков тормознули с проверкой, так что пришлось им вступать в бой, даже небольшие потери понесли, но вполне терпимо. Главное, свое задание они выполнили.
Как оказалось, Гудериан устроил свой штаб в одном из домов отдыха, неподалеку от небольшой деревушки. Раньше это была господская усадьба, которую советская власть переделала в дом отдуха трудящихся.
Собрав на совещание весь командный состав отряда, мы стали прикидывать, как нам незаметно выдвинуться к нашей цели. Тут ведь главное – сделать все незаметно, так как в случае нашего обнаружения сложить два и два – это как два пальца об асфальт. Немцы не дураки, и если увидят, что наш отряд движется в сторону штаба второй танковой группы, то понять, зачем мы туда идем, будет несложно, а как итог – засада на нашем пути и подтягивание всех возможных частей, чтобы перерезать нам все возможности отхода. И хотя до штаба Гудериана было чуть больше ста километров, шли мы туда три дня, вернее три ночи, и встали лагерем километрах в тридцати от самого штаба.
Сначала небольшая разведгруппа с рацией выдвигалась поздней ночью вперед и тщательно осматривала дорогу, по которой мы двигались, причем наш маршрут был проложен так, чтобы огибать все населенные пункты на нашем пути. Лишь убедившись, что на нашем пути никого нет, группа давала по рации отмашку, причем не голосовым сообщением или морзянкой, а в голосовом режиме на заданной частоте раздавалось «гх-гх», что означало – путь свободен, и только после этого наш отряд выдвигался вперед. Нам удалось незаметно передислоцироваться к месту назначения, и пока основной отряд устраивался на стоянку, разведчики снова ушли вперед, но на этот раз не на технике, а пешком. Мы простояли трое суток, прежде чем разведка вернулась.
Охранялся штаб Гудериана очень неплохо: батарея тяжелых зениток, две малокалиберные, усиленный пехотный батальон, танковая рота и две батареи противотанковых орудий. В селе неподалеку – еще пехотный батальон и зенитные и противотанковые батареи. Кроме того, километрах в пятнадцати был небольшой городишко, где тоже что-то было, как минимум еще рота пехоты, а может, и больше, просто у разведчиков уже не было времени все разузнать, а брать языка опасно: можно немцев насторожить.
Рассматривались два варианта, ночной и дневной, и у обоих были как плюсы, так и минусы. Днем немцы были в доме отдыха, а ночевать начальство ездило в расположенную в полутора километрах от дома отдыха деревню. И там и там сильная охрана. Конечно, если полезть напролом, то штаб все же уничтожим, но потери… Терять технику и людей мне категорически не хотелось, а потому надо думать.
Если напасть ночью на деревню, эффект внезапности, безусловно, есть, но ночной бой в населенном пункте… Потери все равно будут большие. Да и как там немецкое начальство отыскивать? Они же как тараканы по всем щелям попрячутся, и попробуй тогда их в темноте отыскать. А еще население деревни сильно пострадает, а это крайне нежелательно. Ударить днем? Тут население деревни не пострадает, но придется переть на приготовившихся к бою немцев, а траншеи и дзоты они уже отрыли, так что тоже потери, и немалые, нам обеспечены. Бесшумно мы к штабу не подберемся, закосить под немецкую колонну тоже не получится: немцы уже ученые и неизвестную колонну остановят еще на подступах, при этом приготовившись к бою.
Все же после общего обсуждения решили напасть днем на дом отдыха, вернее утром, после того, как немцы приедут в штаб. Но не просто так, а перед этим провести артподготовку. Шесть 122-миллиметровых гаубиц и двенадцать 120-миллиметровых минометов хорошо подготовят немцев к нашему появлению. Десятиминутная артподготовка, после чего артиллеристы и минометчики берут под прицел дорогу от деревни к штабу. Как только из деревни на помощь своему начальству выдвигаются расквартированные там части, так они ставят отсечный огонь, не давая им прийти на помощь штабным.
Мы в это время зачищаем штаб. После того как огнем артиллерии и минометов основные немецкие позиции будут если и не уничтожены, то, по крайней мере, хорошо прорежены, сильного сопротивления не будет. При этом разведкой были выявлены места расположения немецких орудий, как зенитных, так и противотанковых, и их будут тщательно отслеживать, чтобы в том случае, если они не будут уничтожены во время артналета, чуть позже, перед самой атакой, уничтожить их прицельными выстрелами.
По крайней мере, противотанковые орудия противник разместил по периметру, и как раз они наверняка
