После ухода горничной Мойра почувствовала всю тяжесть слов, обрушившихся на нее. Если бы Джек не унаследовал герцогский титул, его выходки воспринимали бы в обществе как самое нормальное поведение для человека с репутацией Черного Джека. Получение титула изменило все. Теперь Джек обязан вести себя в соответствии со своим положением, нравится ему это или нет. Значит, и жениться он должен на женщине себе равной. Разумеется, он может по-прежнему напиваться, торчать за игорным столом и волочиться за юбками — как и большинство мужчин знатного рода, но женитьба — дело совсем иное, здесь действуют строгие правила. Сплетни в сочетании с герцогским титулом Джека не оставляли ей иного выбора, а только укрепили ее в решении, принять которое было столь мучительно.
Спустя несколько дней Джек начал понемногу неуверенными шагами бродить по комнате и настаивал на Tost, чтобы спуститься вниз, вопреки возражениям Мойры и Петтибоуна.
— Эта проклятая рана больше не удержит меня в постели, — воинственно заявил он Мойре, когда она зашла проведать его после полудня. — У меня множество важных дел, которыми следует заняться.
— Дела подождут, — пряча улыбку, сказала Мойра: еще не так давно Джек считал своими единственными делами женитьбу на богатой женщине и поддержание репутации лихого гуляки. — Петтибоун говорил тебе о Матильде?
— Да. Ни об одной женщине в мире Петтибоун так не заботился, как о ней. Если бы я не знал его так хорошо, то подумал бы, что он влюбился.
Мойра наградила его негодующим взглядом:
— Матильда взяла на себя обязанности экономки и выполняет их просто замечательно. Я в долгу перед ней. У нее не осталось родных, и ей некуда деться. Если ты ее выставишь на улицу, сэр Дэшвуд разыщет ее и жестоко расплатится с ней за предательство.
— Я уже велел Петтибоуну назначить ей жалованье, — успокоил Мойру Джек. — Я ей бесконечно признателен за то, что она помогла тебе. В моем доме она может находиться столько времени, сколько захочет.
Мойра облегченно вздохнула: перед отъездом ей хотелось решить это дело.
— Спасибо тебе. Что я могу для тебя сделать? Джек похлопал ладонью по краю постели.
— Присядь сюда. Пожалуйста.
Мойра уселась на самом краешке постели. Джек обнял ее.
— Господи, как мне тебя не хватало! — скорее выдохнул, чем произнес он, целуя Мойру в макушку и жадно вдыхая аромат ее волос.
Приподняв ее подбородок, он прильнул к ее губам. Мойру потрясла страстная сила этого поцелуя, она безропотно отдалась ласке и почувствовала, как в ней вспыхнуло желание, заставившее ее забыть о том, что Джек еще не окончательно выздоровел.
Несколько минут длился этот сумасшедший поцелуй, потом Джек с трудом оторвался от ее губ.
— Я хочу тебя, Мойра. Мне становится страшно, едва я подумаю о том, как близка ты была к тому, чтобы стать жертвой мерзавцев из «Клуба адского пламени». — Пальцы его тем временем нащупывали пуговицы на ее платье. — Ты нужна мне. Я не сознавал, насколько ты мне нужна, пока едва не потерял тебя.
Мойра отвела его руку.
— Ты еще недостаточно окреп для этого, Джек. Кроме того, ты многого обо мне не знаешь. — Она глубоко вздохнула. — О леди Мэйхью и ожерелье…
— Я уверен, что ты не брала его. Ты никогда не сделала бы ничего бесчестного.
Мойра откашлялась и продолжала:
— В ту ночь, когда ты обнаружил меня лежащей на дороге… Твоя карета не сбивала меня, Я выпрыгнула из экипажа Роджера Мэйхью. Он вез меня в этот проклятый клуб, но я предпочла умереть, только бы не попасть туда. Он решил, что я мертва, и оставил меня валяться в грязи. Чудо, что как раз в это время ты проезжал там.
— Вовсе не чудо, — с улыбкой возразил Джек. — Леди Амелия отлично знала, что делает.
Мойра была слишком возбуждена, чтобы уловить смысл его слов.
— Я взвалила на тебя ответственность за мое состояние, — продолжала она. — Я не знала тебя и боялась, что ты отдашь меня в руки правосудия, если я скажу правду. Мне некуда было идти, не к кому обратиться. Я воспользовалась твоей порядочностью, Джек, как же тебе простить меня?
— Это я воспользовался твоим беспомощным положением, — поправил ее Джек. — Мы со Спенсом не имели права устраивать себе развлечение за твой счет. В то время пари на две тысячи фунтов было для меня сильным искушением. Вначале я и вправду хотел найти для тебя богатого жениха. Потом, ближе узнав тебя, я ни слышать, ни думать не мог о том, что тобой будет обладать кто-то другой. Какую же неразбериху и путаницу я создал собственными руками!
— Мы оба виноваты. Я уже сто раз могла признаться тебе во всем.
— Что было, то прошло. Еще не знаю, как мне поступить с Мэйхью, но клянусь, что тебе он больше не причинит вреда. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Мойра.
— Женой? Нет! Это невозможно Ты не можешь жениться на мне.
— Я могу поступать так, как, черт побери, считаю нужным.
— Ты — герцог. А я — дочь фермера.
Она сжала в руке медальон, который висел у нее на шее. Как бы ей хотелось узнать, правда ли то, что рассказывала мать о ее благородном происхождении!
— Мне это совершенно безразлично. Ты женщина, на которой я хочу жениться, женщина, которую хочу сделать матерью моих детей. Неужели ты не понимаешь? Я люблю тебя, Мойра. И думаю, что ты любишь меня.
— Сейчас это не имеет значения, Я слышала сплетни. Общество никогда не простит тебя. Женитьба на мне погубит твою репутацию.
— Какую репутацию? — рассмеялся Джек. — Ты что, таким образом вежливо даешь понять, что не любишь меня?
— Я просто говорю, что не выйду за тебя замуж.
— Не могу поверить, что ты предпочла бы стать моей содержанкой.
Мойра побледнела:
— Такая мысль мне и в голову не приходила.
— Ты самая невозможная из всех женщин, каких я знал. Я не хочу делать тебя своей содержанкой.
Джек прижал Мойру к себе так крепко, словно боялся, что она сейчас исчезнет. Ему казалось, что он всю жизнь только и ждал эту женщину. Он поцеловал ее нежно, страстно. Взяв лицо Мойры в свои ладони, коснулся губами ее век, лба, поцеловал шелковистые щеки, провел языком по ее губам…
Рука его скользнула ей на грудь, на живот и ниже, туда, где все уже было горячим и влажным, и Джек ощутил это.
— Ты хочешь меня, — шепнул он прерывисто и резким движением закинул ее юбки к талии.
— Не надо, Джек! Кто-нибудь может войти. Прислуга и так судачит обо мне… зачем давать новую пишу для сплетен?
Прежде чем она сообразила, что он намеревается сделать, Джек соскользнул с постели и запер дверь. Мойра едва не задохнулась — Джек лежал под простыней совершенно нагим. Она смотрела на него, завороженная гармонией его тела. Еще не зажившая рама мешала Джеку двигаться с обычной стремительностью, но в остальном он был так же хорош, как прежде. Он принялся раздевать Мойру, она осторожно сопротивлялась, опасаясь причинить ему боль. Хотела отодвинуться, но Джек удержал ее.
