- Так это... - Голос юнца был на редкость неуверен. - Второй день ужо...
- Ясненько. А что случилось? - Я хотела перевести на него глаза, но не смогла оторвать взгляд от мокрого лица князя, искаженного болью.
- Как что? - Удивился Фанар. - Так похитили же ж вас, али не помните?
- Помню. Как меня похитили. А с ним что?
- Ну да, как же ж... - Бедняга чуть не заикался, то ли от возмущения, толи от смущения. - Так он ведь за вами бросился, миледи! Он же их один и порвал всех! Отомстил за вас...
- Отомстил? - Удивилась я. - А вы где были?
- Ну... Так мы же следом шли! Только он-то, перекинулся сразу, и бегом за вами, а мы-то, на своих двоих, да по снегу, да в темноте... - Парень горько вздохнул и махнул рукой, пытаясь жестами выразить всю безнадежность такого занятия. При этом он почти уронил меня, и мне пришлось намекнуть на необходимость табуретки, а лучше стула. Сработало это лишь при угрозе лечь рядом с князем, тем самым тревожа его раны.
- А командир твой где? - Поинтересовалась я, удобнее устраиваясь на стуле, и пытливо изучая мнущихся передо мной парней. Комната почти перестала кружиться, но даже по моим ощущениям, выглядела я сейчас не важно, не сказать еще хужей, что уж говорить о них, вынужденных мой вид наблюдать!
- Так это... Ушли они. Обещались бабу с деревни прислать. Ну, там... За вами присмотреть... За князем, опять же...
- И давно ушли?
- Дык... еще вчерась. Сразу же после того, как вас с князем сюда доставили. Перевязали вас и в путь!
- Так до деревни же рукой подать! Чего так долго-то? - Вновь удивилась я, пристально вглядываясь в ответчика.
- Ну... - Замялся Фанар, заметно скисая под давлением моего пристального внимания. - Они не в деревню. Они в город отправились...
- В город? Зачем это?
- Ну... как же? Князь помираеть... Надобно первосвященнику сообщить, чтобы устроил все...Для похорон, стало быть... Опять же...- нового правителя чтоб привез...
- Что? - Уже окончательно изумилась я, услышав последнее уточнение.
- Я говорю, чтоб устроить все для похорон...
- Это я слышала! - Гнев во мне опять начинал расти. - А вот что ты после этого сказал?
- Когдась?
- Да вот только что? О новом правителе? А?
- Дык...Энто ж... Ясно дело, первосвященник привезет того, кто кольцо у князя примет и станет новым правителем... - Оттараторил юнец. Второй настойчиво толкал его в бок уже пару минут, но тот так и не понял этой сигнализации товарища.
- Болван! - Выдохнул парень. - Ну, ты и идиот, Фанар! - Он смотрел на него соответствующе. Заметив, что и мой взгляд не предвещает ему ничего хорошего, юнец забеспокоился.
- А что такого? Я правду сказал!
- Придурок! - Парень покачал головой. - Мы же принесли клятву госпоже! Она - наша государыня! Так и князь сказал, прежде чем сознание потерять! И кольцо ее признало! Видишь, сидит у нее на руке, как влитое, и покидать ее явно не собирается!
- Ну, и что? Вот приедет первосвященник и разберется с ней... - Его голос неуверенно затих.
- Вот дурак! - Только и вздохнул его товарищ.
- Тебя как зовут, умный ты наш? - Поинтересовалась я, по-новому осматривая своего явного сторонника.
- Карах, ваша милость.
-Ясно, Карах. Откуда ж в тебе такая мудрость отыскалась? Али не веришь, что ваш первосвященник сладит с девкой безродной? - Я добавила в голос ехидства.
- Откуда - откуда.... - Он бросил взгляд на застонавшего князя. - Первосвященник с князем не ладит. Уже давно. Гадости ему делает. Он Стефана с радостью еще живого захоронит! А с тобой еще неизвестно...
- Что неизвестно? - Уточнила я.
- Князь к тебе хорошо относился. И нам ты помогла. Да и видал я, как ты на него смотришь... - он замялся. - Опять же, Алехандро вас целующимися застал... - он взглянул мне прямо в глаза. - Ты его любишь, государыня?
- Ну... - Настал мой черед смущаться и краснеть.
- Подумай сейчас... Пока есть время еще что-то сделать. Когда прибудет жрец - для князя все будет кончено. Кольцо его теперь не защищает - ему просто перережут глотку!
- Да? - Я задумалась. Люблю ли я Стефана? - Я его слишком мало знаю...
- Разве для любви нужны месяцы или годы?
- Мне всегда казалось, что да!
- А если он сейчас умрет - что почувствуешь? - Его голос был тих. Я представила себе, что вижу смерть Стефана. Представила лишь для того, чтобы окончательно убедиться, ибо ответ я уже знала. Отлично знала...
- Ты любишь его, госпожа. Это видно по твоему лицу...
- Да... - Прошептала я, - но он не должен знать об этом.
- Почему? - Не понял он.
- Я просто попрошу, - прошептала я, вглядываясь в их лица, - а вы поклянетесь - и об этом никто не узнает!
Лицо Фанара приняло на редкость упрямое и независимое выражение. Кажется, он собирался со мною спорить. Карах же, просто улыбнулся, качая головой.
- Проблемы? - Уточнила я.
- Нет, государыня. - Карах голосом подчеркнул мой титул, - просто мне не нужно, что либо говорить князю. Он и сам все поймет...
- И?
- Я даю вам слово, что буду молчать об этом, словно никогда и не знал.
- Хорошо. Фанар?
- С чего это вдруг? - Возмутился юнец. Все! Он меня достал!
- Властью кольца, я приказываю тебе молчать об этом и никогда никому не рассказывать. - Мой голос был глух и тверд. Мне самой не нравилось то, что я делала. Но он сам виноват. К тому же, надо было выяснить, работает ли кольцо на других людях, или только на Стефане. Мало ли? После того сбоя, я сильно опасалась. Опять же - вамп меня погрыз, а колечко и не вякнуло! Так что все приходилось проверять. В ответ на мою фразу, Фанар сначала испуганно сжался. Но внешне ничего не произошло, и он выпрямился. Потом достаточно обнаглел, чтобы фыркнуть. И, в конце концов, рассмеялся мне в лицо:
- Ну и что? Госпожа! - Его голос звучал на редкость неприятно и издевательски. - Ничегошеньки-то у тебя не получилося! Я вот об ентой твоей тайне - кому хошь расскажу! Вот только до народа-то доберуся, так и поведаю, как ты, как глупая гусыня... - Его голос пропал. Губы стали неподвижными, и лицо приняло на редкость глупое и испуганное выражение.
- Чагой-то, со мною, а?
- Да ничего! - Усмехнулась я.
- Ты чего со мною сделала-то, ведьма проклятая? - Заблажил он гневно, вызывая у меня удивление своей глупостью, а у Караха - тяжелый вздох.
- Если ты, - начала я спокойно и размеренно, - еще раз, где-либо, когда-либо, скажешь про меня дурное слово, я уж не говорю о том, чтобы сказать мне гадость в лицо, как ты это сделал только что! Так вот, если ты, попробуешь еще хоть раз, сказать мне или обо мне гадость - я буду вынуждена приказать тебе властью кольца - замолчать! - Он набрал в рот воздуха, готовясь к явно гневной отповеди. Карах схватил его, запечатав рот широкой ладонью. - А если ты не понимаешь по-хорошему, то можно и вовсе замолчать. Навеки! И это я не про смерть говорю, - прошипела я в обалделые глазки, - будешь потом знаками девчонкам объяснять - как они тебе нравятся, и что тебе от них хочется, понял меня?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
