несколькими человеческими заклинаниями. Но это были дивы из Академии, да и сводилось их умение в основном к использованию знаков. Но в случае с Кузей вполне могут быть сюрпризы, а сюрпризов Аверин не любил.
– Ладно. Вот что, у меня для тебя еще одно важное задание. Марина искала что-то. Вероятно, это драгоценность или что-то подобное, и принадлежит она самой Марине. Попробуй отыскать эту вещь. Поищи в спальне бабушки. Ты в нее очень легко проникнешь, бабушка решила продолжить прогулку после завтрака. Возможно, получится найти по запаху или по следу заклятий. Если не найдешь в спальне, можешь искать в других местах.
– Ага. Ну, в смысле, будет сделано.
Халат упал на пол. Из его рукава выскочил кот и привычно покинул спальню через открытое окно. А Аверин взял блокнот и отправился на поиски Любавы.
Племянницу он нашел в парке, в компании бабушки и Анонимуса. Подошел, поинтересовался здоровьем, согласился, что свежий воздух на пользу, и предложил Любаве прогуляться по аллее. Девушка встала, пожелала бабушке хорошего дня, и они двинулись к аккуратно посаженным вдоль дорожки липам.
Аверин достал блокнот.
– Мне нужна небольшая консультация чародея, – улыбнувшись, проговорил он.
– О… серьезно? Вы считаете, что я могу знать что-то, чего не знаете вы? – Любава выглядела польщенной.
Аверин остановился и раскрыл блокнот.
– Вот, посмотри. Что можно приготовить из этих трав?
Любава глянула мельком и хихикнула:
– Так это же русалочий отвар. Очень сильный афродизиак.
– Ох, – Аверин сделал вид, что удивлен. – А скажи мне, правильно сварить его может только чародей? Какие нужны заклинания? Вот я, например, смогу?
– Ну конечно, сможете, он очень простой, – рассмеялась Любава. – Только если женщине его давать будете – заранее предупредите. Иначе она может на вас заявить. Это будет считаться изнасилованием с применением колдовства или чародейства.
Внезапно она посерьезнела:
– Или вы… себе? Если нужно, я вам напишу, как готовить.
– Да нет, – он постарался беззаботно рассмеяться. – Я все же не в таком плачевном состоянии. Женщины меня пока любят без всяких отваров. Это я так, для общего развития. А еще один вопрос. У тебя же есть настойка аконита?
– Да, а что? – нахмурилась она. – О-о, неужели вы думаете, что ею…
– Нет, я не думаю. Но все же ты можешь сказать, не брал ли ее кто-то? У кого еще есть ключ от комнаты вызовов?
– У Анонимуса. Еще был у бабушки. Сейчас не знаю.
– Так, значит, никто не брал?
– Нет, никто, – уверенно сказала девушка.
И это Аверину не очень понравилось. Она не сказала, что посмотрит. Не проверила, на месте ли ее ключ. Конечно, она могла проверить сразу, еще утром, когда узнала про отравление аконитом. Но тогда зачем она разыграла удивление?
Однако пока все слишком натянуто. И ключ… а не ключ ли от комнаты искала у бабушки Марина. Нет, такие вещи не держат в шкатулках, но и эту версию исключать нельзя.
– Ладно, возьму ключ у Анонимуса, – как можно беспечнее сказал он. – Мне нужен аконит, чтобы построить заклятие, которое само будет выявлять яд в еде и питье.
– А-а-а, – на лице Любавы отчетливо прочиталось облегчение. Нет, она точно что-то знает. Или подозревает.
– Расскажи про Академию. Я давно там не был, наверняка все изменилось. Преподает ли еще старая кикимора Инесса?
– Ну конечно, – девушка разулыбалась. – Что ей сделается, она же див. А ей правда тысяча лет?
– Нет, не думаю. – Аверин пошел вперед по дорожке, предлагая Любаве следовать за ним. – Уверен, что много больше. Наверняка среди ее личин есть даже неандертальцы.
Аверин надеялся, что ему удалось отвлечь Любаву от первых вопросов. Напряженной она больше не выглядела. Они прогулялись вдоль аллеи, рассказывая друг другую старые и свежие байки из жизни Академии в разных ее блоках – колдовском и чародейском, и уже возвращались к дому, когда окрестности огласил громкий кошачий вопль.
Аверин бросился вперед. И, выбежав к площадке возле фонтана, увидел невероятную картину.
Возле беседки, где сидела бабушка, прыгал и махал руками Анонимус, а Кузя вцепился ему в рукав и истошно орал. Когда Аверин приблизился, фамильяр уже понял, что стряхнуть впившегося всеми когтями кота не получится, и попытался схватить его. Но кот извернулся, рванул вверх, пробежал по плечам фамильяра и забрался ему под пиджак. Орать при этом Кузя не переставал.
Анонимус скинул пиджак, оставшись в жилете, и принялся обеими руками отдирать кота от своей груди. И это ему, наконец, удалось. Он поднял Кузю за шкирку и двинулся прямо к Аверину, брезгливо держа кота двумя пальцами на вытянутой руке.
Подойдя поближе, он протянул Кузю. Его глаза полыхали гневом. Прежде чем заговорить, он глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Как будто человек, пытающийся взять себя в руки.
– Ваше сиятельство. Я нижайше прошу вас призвать к порядку ваше… животное.
Аверин прикусил губу, взял кота руками за подмышки и посмотрел на него. Выражение морды Кузи было самым невинным.
– Что произошло? – поинтересовался он.
– Это существо посмело запрыгнуть ее сиятельству на колени! Я немедленно схватил его, но это невоспитанное создание вырвалось и вцепилось мне в одежду! Ваше сиятельство, я старался сдерживаться и сделал все, чтобы не навредить, но если я все же сломал ему пару костей, прошу меня простить.
Аверин повертел Кузю. Тот свисал, как тряпочка, но выглядел вполне целым. Что же, Анонимус действительно обошелся с ним аккуратно.
– Спасибо, Анонимус. Я разберусь.
Он выпустил Кузю и подошел к бабушке.
– Прошу, не обижайтесь на моего кота. Он всего лишь хотел ласки. Он не знал, что вы не любите кошек.
– Я нормально отношусь к кошкам, когда они ловят мышей в подвале и на кухне. Но не волнуйся, твой зверек, скорее, развеселил меня. Особенно тем, как скакал по Анонимусу. – Старая графиня рассмеялась дребезжащим смехом. – Не наказывай его сильно.
– Хорошо, бабушка. Но я все равно с ним поговорю. Кузя, за мной, – скомандовал он коту, и Кузя послушно поскакал за ним.
Когда они зашли в комнату, Аверин тщательно закрыл дверь.
– Меняйся, – сказал он, а когда обернулся, Кузя уже стоял в халате.
– Оно у Анонимуса! – возбужденно воскликнул он.
– А, так вот к чему был этот цирк! Говори по существу.
– Ну да. Вот. Я пошел в комнату. Все облазил, той женщиной пахло только то, что она трогала в прошлый раз, когда я ее видел. Я вспомнил, что она говорила про «носит его с собой», и подумал, что, может, вещь у бабули. Выбежал во двор, заскочил к ней на колени, замурчал и потерся об нее. Той женщиной от
