вёл себя так, словно находился здесь впервые.
— Как вы нашли это место? — удивлённо спросил корнет, отхлебывая вино.
— Мистер Беляев, я всегда здесь останавливаюсь, когда бываю в Петербурге, — непонятно зачем соврал Джон.
Ему хотелось побыстрее заключить сделку, ради которой он сюда пришёл. Интуиция подсказывала Джону, что сделку ему предлагают не совсем законную. Но почему бы не сэкономить, если выпадает такой шанс?
— Ладно, давайте сразу к делу. Цельного леса, как вы просите, у меня нет, — решительно сказал Савин.
Джон неожиданно изменился в лице.
— Но мистер Русанов меня уверял, что у вас…
Корнет показал жестом, что ещё не окончил говорить, и Джон послушно замолчал.
Официант принёс огромный поднос, на котором стояли тарелки с супом, мясной солянкой, ростбифом, икрой и ещё десятком блюд. Съесть столько вряд ли могли бы два человека, даже с отменным аппетитом.
«Вот она — широкая русская душа, — подумал Джон. — Хорошо бы только, чтобы не за мой счёт».
Официант аккуратно расставил блюда, накрыв стол так плотно, что Джону некуда было положить руки. Англичанин почувствовал себя немного подавленным от изобилия жирной пищи и физиономии самоуверенного лесопромышленника, который, по-видимому, собирался приступить к плотному ужину.
— Есть более выгодный вариант, — многозначительно понизив голос, произнёс Савин и замолчал.
Официант подлил вина в бокалы. Не дожидаясь Джона, Савин отпил большой глоток и довольно вытер рот. Вино было отменным и вызывало дикий аппетит.
— Есть отличные строительные леса с Исаакиевского собора. Там свежее дерево с моих лесозаготовительных предприятий. Уже обработанное и распиленное. Поэтому всё обойдётся вам почти в два раза дешевле, — корнет спокойно положил себе в тарелку большой кусок ростбифа.
— Звучит прекрасно! — обрадованно встрепенулся Джон. — Но что я должен сделать для вас? Как мне вас благодарить?
Савин смотрел на англичанина с чувством полного удовлетворения — теперь птичка в клетке, осталось только захлопнуть дверцу в подходящий момент.
— Не беспокойтесь. Эта сделка столь же выгодна и для меня, — заверил корнет и вяло качнулся вбок, чтобы сесть поудобнее.
Джон направил свой бокал с вином к Савину, чтобы чокнуться в знак договорённости:
— Тогда выпьем за это!
Савин поднял бокал навстречу, и они радостно чокнулись, довольные взаимовыгодной сделкой.
Было заметно, что Форрест считал себя изощрённым дельцом. Теперь, когда все условия прояснились, к нему вернулась привычная уверенность. Англичанин довольно потягивал вино, рассматривая нарядную ресторанную публику. Когда Джон в очередной раз отвернулся, Савин ловко достал из кармана заранее подготовленную дохлую муху и кинул её прямо в свои суточные щи.
— Я, пожалуй, поем, с вашего позволения. Ужасно голоден, — вздохнув, произнёс Савин.
Джон тоже подвинул к себе тарелку с солянкой. В этот момент Николай зачерпнул ложку жирных щей и замер, словно обнаружил в них что-то ужасное. Его лицо искривилось в гримасе отвращения, брови приподнялись, глаза мгновенно потемнели. В его ложке плавала дохлая муха! Корнет мгновенно впал в ярость.
— Это что за безобразие?! Куда вы меня привели? Тут с мухами кормят? Это оскорбительно! Официант! — заорал что есть мочи Савин и ударил кулаком по столу так, что некоторые столовые приборы со звоном упали на пол.
Бледнея от неожиданности, Джон залепетал:
— Мистер Беляев, я не понимаю, как такое могло произойти…
Официант, услышав шум, тотчас же подскочил к столу с именитыми гостями и выпучил глаза, словно увидел в супе посетителя не муху, а живую гадюку.
— Ты что нам принёс, подлец? Ну-ка, быстро подай мистеру новый суп! — грубо приказал официанту Джон.
— Извиняю-с. Я мигом-с, — прогнулся в поклоне слуга.
— Спасибо, я уже наелся, — презрительно сказал Савин и так резко отодвинул от себя тарелку, что другая посуда едва не попадала на пол. Официант ловко удержал тарелки и миски.
Савин встал, показывая, что больше не намерен испытывать судьбу и ужинать в этом недостойном заведении. Он вытер руки о салфетку и презрительно бросил её на стол.
— Куда же вы? Мы хотели отужинать, обсудить другие дела, — испуганно запричитал Джон, пытаясь остановить гостя.
Но в планы Савина это не входило — он не собирался ни платить за ужин, ни оставлять Джона в спокойствии.
— Какие ещё дела? Даже не знаю теперь. Я, наверное, подумаю насчёт лесов. Давайте пока отложим сделку, — сказал Савин, брезгливо сплюнув на пол.
— Ни в коем случае! Я готов заплатить больше. Я так виноват перед вами.
Джон с мольбой сложил руки у груди. Что ж, Савин точно просчитал его характер — за внешним самодовольством крылась душевная слабость. «Такого любой за собою поведёт, как козла на верёвочке!» — насмешливо подумал Николай.
Савин мысленно улыбнулся, довольный своей непревзойдённой артистичностью, и продолжил уже более спокойно:
— Может быть, но я не уверен.
Джон опасливо оглянулся по сторонам. Он хотел как можно быстрее исправить ситуацию и вернуться к прежней договорённости любым путём.
— Мистер Беляев, я очень надеюсь, что мы с вами договоримся.
Джон не любил проигрывать, а уж оставаться в таком неизвестном положении и вовсе было для него неожиданным. Он злобно покосился на официанта, который растерянно смотрел на муху. И как такая мелкая тварь способна причинить людям столько убытков?
Савин пожал плечами и демонстративно направился к выходу. Форрест схватил свою шляпу и кинулся за ним. У самого выхода корнет обернулся и сухо протянул Джону руку для прощания.
— Спасибо за ужин, мистер Форрест. Я пришлю вам завтра курьера и передам с ним своё решение. Дело серьёзное, можно и до утра подумать!
— Очень жду от вас ответа, мистер Беляев! — понимающе закивал Джон. — И помните, я готов заплатить больше. Это дело чести.
Он принял чрезвычайно серьёзный вид и выпрямился, подчёркивая твёрдость своих убеждений.
— Хорошо, я учту, — равнодушно ответил корнет.
Мысленно Савин уже прокручивал свои выгоды. С этого английского дурака можно слупить за строительные леса и доски, как за первосортный сруб. А самое главное — самому Савину эта сделка не будет стоить ни одной копейки! Это всё равно что продать воздух или снег с тротуара!
Джон ещё минуту растерянно смотрел вслед лесопромышленнику, не понимая до конца, состоится ли сделка. Очнувшись, он вернулся за столик и приказал официанту убрать всю посуду. Ему не хотелось ни ужинать, ни пить, ни выяснять отношения. Всё, о чём он думал — завтрашний день, от которого Джон Форрест ждал большой удачи.
6.
Полуночный Петербург постепенно гасил огни в ресторанах и салонах. Загулявшие гости разъезжались по домам. Извозчики ожидали клиентов у парадных входов в гостиницы и рестораны. Был среди них и Хватов. Переодетый в кучера, он восседал на козлах кареты и ожидал свою жертву. Сегодня ему хотелось повеселиться
