alt="" src="images/_7.jpg"/>
– Исследования остановили. Этот раунд, лейтенант, мы проиграли.
Лицо Рокси на секунду исказила болезненная гримаса.
– Ладно, сейчас другая задача. – Полковник повернулся к Илье. – Ну что, говорить будешь? Или будем долго и нудно вытягивать из тебя информацию?
Илья присмотрелся. Полковник явно сдал с их первой встречи: и так резкие, словно вырубленные черты лица заострились сильнее, под глазами залегли темные круги, а сами глаза покраснели, словно полковник не спал уже пару ночей. Или пил неделю, не переставая.
– Смотря что за информация.
– С другом твоим поговорить хочу. Очень. Где его найти?
– А… Ну тогда можете начинать бить, а кстати, вы меня ею бить будете? – Илья кивнул на Рокси. – Или сами, так сказать, руку приложите? Все-таки неприлично девушку заставлять.
– Зачем мне тебя бить? – изумился полковник. – Шутишь так? Да, надо все же спать иногда, что-то у меня совсем чувство юмора атрофировалось.
Илья только пожал плечами, всем видом показывая, что он прямо сейчас готов домой уйти, чтобы господа офицеры могли спокойно отдохнуть. Полковник сунул руку в карман и вытащил упаковку каких-то ампул. Положил на стол и поинтересовался:
– Знаешь, что это?
– Нет.
– Мурена. А знаешь, почему торгуют одними таблетками?
– Нет.
– Есть вариант для внутривенного введения, но он не имеет экономической ценности. Моментальное привыкание, сильнейшая побочка и очень короткий курс приема.
– И?
– Один укол, Илья, и через четыре часа тебя начнет ломать так, что ты сам попросишь вторую дозу. После второй дозы вернуться в нормальное состояние почти невозможно. После третьей тебе будет наплевать на все. Эта штука не тело калечит в первую очередь, а мозг. За очередную дозу ты отведешь нас к Яну сам, уж поверь мне. Я не знаю, что наши химики пытались синтезировать, скорее всего, лекарство какое-то, но получилась эта дрянь. Внизу ты такого не встречал, а у нас есть.
Илья молчал, тупо смотря на пластиковую упаковку без каких-либо надписей.
– Сутки, максимум двое, больше ты не продержишься. Тебя сестра ждет, мало ей отца, хочешь сам таким к ней вернуться?
– А если я вам сдам Яна, вы меня отпустите?
Полковник усмехнулся.
– Не сразу, но пойдешь как свидетель, я тебе обещаю.
– Так просто…
Илья посмотрел на Рокси – она стояла в углу, вцепившись в кружку так, словно та была последним шансом на спасение, даже пальцы побелели.
– Держите себя в руках, лейтенант, – недовольно сказал полковник, тоже покосившись на Рокси. – Поспокойнее.
– Извините, господин полковник.
Илья помнил, как в глазах отца постепенно пропадало все человеческое, исчезало, сменяясь какой-то мутной пустотой, и помочь было нельзя, лишь бессильно наблюдать. Он сам, значит, пройдет этот путь за два дня. Женьку жалко.
– Согласен. – Илья безмятежно улыбнулся. – Колите.
– Что?
– Два дня, так два дня. Яну хватит, чтобы исчезнуть навсегда. Так, чтобы я его не нашел.
– Не веришь?
– Почему? Верю.
– Так хочется умереть героем?
Героизм в планы Ильи не входил, просто было предельно ясно, что его все равно убьют. А если он приведет их к Яну, то убьют обоих.
– Нет. Просто есть вещи, как вам сказать… недопустимые, но вы этого не поймете, так что не теряйте время.
– Ну отчего же… – Полковник отпил кофе, поморщился и бросил в чашку еще один кубик сахара. – Я понимаю. А если я пообещаю не арестовывать твоего друга? Только поговорить.
– Нет.
– Надо же…
Полковник вытащил одну ампулу, покрутил в руках и отломил кончик. А затем вылил содержимое в рот.
– Витамины. Сердце что-то пошаливает, возраст, знаешь ли. Доктора велели пить. – Полковник помолчал, явно оценивая реакцию. – Я такими методами не пользуюсь, предпочитаю договариваться. Но мои коллеги… Понимаешь, Илья, если через три дня не будет результатов, меня вынудят отдать тебя им. А что будет дальше, я тебе рассказал.
– Отдавайте прямо сейчас, – посоветовал Илья, продолжая невозмутимо улыбаться. – Не надо со мной играть в добрых и злых полицейских. Надо было того полковника позвать, спектакль убедительнее бы вышел. А так артист из Вас – как из меня падальщик.
Полковник подумал. Побарабанил пальцами по столу, глотнул кофе и посмотрел на висящие на стене часы. Те показывали половину пятого утра.
– На каких условиях ты согласен помочь? Деньги? Гарантии безопасности? Помощь с работой?
Основательно настроившись, что его будут долго и продуктивно пытать, Илья слегка растерялся: он не предусмотрел, что с ним начнут примитивно торговаться, и письмо для Санта Клауса в погонах приготовить не сообразил.
– Наручники с меня снимите. – Илья дернул правой рукой, пытаясь выиграть время на обдумывание вариантов. – Сидеть неудобно.
Полковник кивнул, и, дождавшись пока Рокси выполнит приказ, залпом допил кофе и отставил пустую кружку в сторону.
– Посидите месяц с твоим приятелем у нас, а когда все утихнет – выйдете.
– Угу, – кивнул Илья и машинально потер правое запястье, пытаясь стереть след от наручников, – вперед ногами.
– Да никто вас не убьет, – поморщился полковник. – Кому вы нужны, убивать вас специально. Нарывайтесь меньше, и никто не тронет. Но если боишься, могу вас в Отивол переправить. Новые документы, деньги – все будет.
– На «Пиранье»? – наиграно обрадовался Илья. – А в этот раз у нас шлюзы откроются сами? Чтоб наверняка?
Полковник устало вздохнул.
– Ты ошибаешься, лодку сломали не мои люди.
– А чьи?
– Не знаю. Но обязательно узнаю. И если бы ты не сломал систему связи, уже бы знал. Наши были в миле от вас, могли бы ваших… гостей спокойно взять. А так, прости, у меня никаких доказательств не осталось из-за твоей паранойи.
– Откуда эти твари? – неожиданно серьезно поинтересовался Илья, пропустив мимо ушей намек на собственную тупость.
– У меня нет точной информации, я могу лишь догадываться, кто на вас напал. Если верить расшифровке ДНК – это чистая химера. Там такой коктейль, что природа сама не создаст.
– ДНК?
– Я нож вытирала, – негромко пояснила Рокси. – На тряпке кровь осталась.
– И что там?
– Каша, – развел руками полковник. – Пока ясно, что там и человеческие гены есть, но не так уж и много.
– И кто их создал?
– Мы.
Илья понял, что логика людей, дававших присягу, лежит в параллельной плоскости, не имеющей точек пересечения с обычной, человеческой. Либо лейтенант Эндерсен была права, и все гражданские, включая его самого, действительно тупые.
– Не совсем мы, – уточнил полковник, – был один проект в отделе генетического контроля, но он уже лет десять как закрыт и считается, что все образцы уничтожены. Похоже, что не до конца…
Илья сопоставил информацию со встречей накануне и пришел к самому логичному выводу. Вот угораздило его в банку с пауками влезть, лучше бы
