они сами друг друга жрали, без его помощи.
– А этот полковник… как его… Льюис, он отделом генетического контроля руководит, да? И Ян влез на их сервера? А вам, значит, компромат на коллегу нужен? Здоровая рабочая конкуренция?
Полковник усмехнулся.
– Сообразительный… Только интонации не те. Мне не компромат нужен, а информация. Мне не нравятся эти твари и то, что с их помощью можно сделать.
– А что с их помощью можно сделать?
– Например, напасть на лодку или разгромить ферму. Можно и в Город попытаться войти, если этих тварей больше, чем пара опытных образцов…
Полковник замолчал, словно решая, какой процент информации можно выдать, а что для чистильщика будет явно лишним. А потом начал рассказывать.
После Катастрофы Городу угрожал не только голод. Спасательные экспедиции первых лет привели к критичному перенаселению, сектора были забиты под завязку, прибывшие с поверхности успели получить серьезные дозы облучения, люди болели, количество патологий новорожденных било все рекорды, медицинской помощи всем не хватало. Полиция не справлялась, и угроза гражданской войны в рамках одного анклава была вполне реальной. Как раз в то время на рассмотрение Совету Города попал доклад молодого генетика: ключевым предложением было создание совершенно новой Службы Безопасности с отделом контроля генетической чистоты. Семена упали на очень благодатную почву.
– Модификанты… – протянул Илья. – Я думал, вас позже придумали.
– Мне пятьдесят три, и я из первого выпуска, – спокойно пояснил полковник. – Совет одобрил идею, но пока начался серийный выпуск, прошло пять лет.
– Как о сковородках… Серийный выпуск…
– Молодой человек действительно оказался очень талантливым, я бы сказал, гениальным, – проигнорировал «сковородки» полковник, – но его мечтой было не создание универсального бойца, а разработка человека будущего, способного жить под водой и на суше, устойчивого к радиации и перепадам температур. Homo perfectus.
Илья вспомнил бессмысленные глаза эмочки – что-то не так было с интеллектом у человека будущего. Книжек он явно не читал.
– Изначально эта идея выглядела очень привлекательной. Человечество сможет выжить в любых условиях, наши внуки покорят океан и станут истинными венцами природы, мы сможем вернуться наверх победителями. Великая цель для настоящих людей. Но за тридцать лет экспериментов стало понятно – так сильно модифицировать уже рожденного человека не получится. Одно дело – кости поплотнее сделать или мышцы подкорректировать, а другое – жабры вырастить.
– Интересно, как это выяснилось, – пробормотал Илья.
– Опытные образцы не выживали. И эксперимент был остановлен – слишком высокая убыль ценного материала.
– Тридцать лет потребовалось, чтобы сообразить?
– СБ нужны были модификанты, и лаборатория их поставляла, зачем было мешать ей работать. А потом закон генетической чистоты принес свои плоды, стало меньше… биоресурса для экспериментов. Кстати, именно тогда был принят закон о насильственном изъятии «незаконнорожденных», до этого обходились гигантскими штрафами и исправительными работами, предлагая, как альтернативу, отдать ребенка на усыновление – убеждать у нас всегда умели. Но господин Лебедев сумел доказать, что изъятие эффективнее, к тому времени он уже входил в Совет Города, и его слово имело определенный вес.
– Кто?
– Лебедев Илья Николаевич. Твой дед был действительно гениальным генетиком.
Это было настолько дико, что Илья не сразу понял смысл сказанного.
– Твой дед руководил этой лабораторией, и именно он разработал концепцию СБ в том виде, в котором она сейчас существует. Не знал?
– Хватит, – поморщился Илья. – Вы серьезно считаете, что я поверю в этот бред?
– Город выбрал вас, признал достойными, и ваш единственный и истинный долг – защищать Город любой ценой.
– Что?
Илья резко обернулся, чуть не свалившись с табуретки. За последнюю пару минут он совершенно забыл, что в комнате, кроме них с полковником, еще и Рокси есть.
– И подпись – Лебедев И.А., – негромко закончила Рокси. – В интернате в столовой висело. Илья, это всем известно, мы проходили по истории СБ. Могу учебник показать. Нас создал твой дед.
Илья молча встал, прихватив кружку, дошел до раковины и резко дернул ручку крана. Струя с грохотом ударила о дно раковины, разбиваясь на тысячу капель. Это какая-то безумная нелепица, дешевый фарс, и участвовать в нем он не желает. Илья сунул кружку под кран, аккуратно ее ополоснул и автоматически выключил воду. А затем уперся лбом в кухонный шкаф, продолжая невидящим взглядом смотреть на черную столешницу.
Он им не верит. Они профессионалы, их специально готовили, и это такой хитрый психологических ход. Сначала напугать, кинув на стол наркоту, потом по-отечески пожурить за сломанный передатчик, а когда он расслабится, ударить, выбивая табурет из-под ног, и с интересом наблюдать, как жертва, окончательно потеряв способность сопротивляться, корчится в удавке, пытаясь оттянуть петлю и глотнуть воздуха. Лучше бы они по-настоящему били.
На краю крана повисла капля, на секунду задержалась, вытягиваясь и удлиняясь, сорвалась и полетела вниз, чтобы разбиться о темный пластик, как миллиарды ее предшественниц. Безумно захотелось вернуться в камеру и там спрятаться от чужих взглядов. Ему надо время, чтобы подумать, он не может так быстро. Илья медленно выпрямился и развернулся.
– Хорошо, я понял. Те твари, что на нас напали, их тоже создал мой дед?
Полковник посмотрел на него с явным любопытством, словно до этого особо и не интересовался, кто перед ним сидит, а тут решил рассмотреть.
– Не знаю. Помимо основной программы, была другая, по созданию… – полковник замешкался, – технического персонала. Оборудование выходило из строя, чинить его в наших условиях почти невозможно, ручной труд на плантациях неэффективен. Даже использование заключенных – нужен кислород, антигравы, электричество, в конце концов.
– Рабов, – холодно поправил Илья. – Не технический персонал, а рабы. Называйте вещи своими именами.
– Было представлено несколько прототипов, адаптированных для работы. Рыб. Для перевозки грузов, для сбора водорослей, даже охотники и боевые модели, но разработки опять зашли в тупик. Полученные модели очень плохо управлялись и почти не поддавались дрессировке. То есть, физические параметры соответствуют необходимым, а что творится в мозгах, непонятно. С ними провозились дольше, но десять лет назад решили закрыть и это направление.
– Как ими управляют?
– Судя по тому, что спрута отозвали, как только вы потеряли… доказательства, – как-то управляют. Мне больше интересно, откуда им управляют, и кто за этим стоит. И на этот вопрос, я надеюсь, поможет ответить твой друг.
– А так вам не понятно, кто за этим стоит?
– Мне – понятно, – не стал отрицать очевидное полковник, – а Совету нужны доказательства. За последний месяц зафиксировано несколько встреч с явно опасными тварями, даже охотник один погиб, и версий сейчас много: от природной мутации до агрессии наших соседей. В том же Отиволе жуткое перенаселение, у них ресурсы
