Существо назвало Влада отмеченным полнолуньем, а также просило приблизиться к ним, чтобы началось его преобразование. Влад прибавил шагу и по мере приближения стал всё отчётливее видеть, что глаза этого самого оборванца сияют зелёным пламенем, которое не разгоняло тьму. Некроманты глянули на ученика, и один из двух незнакомцев произнёс: «От тебя разит белыми чарами. Тебе нужно поскорее избавиться от них» Корлаг указал на самый центр спирали, а после произнёс: «Становись сюда» Влад послушно встал в указанное место. Трое мастеров отдалились, чтобы занять места на границе спирали. Нищий остался на месте рядом с Владом. Будущий некромант чувствовал, как от этого существа веет могущественной силой. Он ощущал его могущественную ауру, которая была противоположна его светлой магической ауре, но которая резонировала с его сгустком тьмы. С одной стороны находиться рядом с этим существом было очень тяжело, и возникало сильное желание убраться от него подальше. С другой — ощущалась незримая поддержка в его присутствии. И Влад, пытаясь сосредотачиваться на втором, довольно успешно противостоял первому. Снова мысли этого нищего образовались в его голове. Существо выражало одобрение из-за того, что Влад борется. После этого он воззрился на Корлага. Некромант кивнул ему в ответ, и ритуал был начат. Эфир встрепенулся, задрожал, пришёл в движение, закружился вокруг них, создавая водоворот магической энергии и повторяя очертания спирали, что находилась сейчас под ногами. Но всё это делали три некроманта. Четвёртый некто до определённого момента оставался безучастен ко всему этому. И, когда этот момент настал, когда все эти магические потоки уплотнились достаточно, оборванец задействовал свои силы. Он не черпал их из эфира. Влад вообще не понимал, откуда он их берёт. Они как будто бы рождаются из ниоткуда. Незнакомец запустил свою силу в этот общий водоворот, и Влад в тот же миг ощутил боль, которую причиняет эта сила. Но боль была не физическая, а духовная. Как и обещал Корлаг, эта сила начала очищать его тело от светлых чар. И чем дольше длился этот процесс, тем сильнее становилась эта духовная боль. Чтобы выдержать уж наверняка, Влад решил отвлечься от неё на другие мысли.
В следующий миг он очнулся всё в том же помещении, где и проводился ритуал по его очищению. Он хотел заглянуть в себя, в собственную душу, чтобы подивиться, какого это, быть некромантом. Однако его взор задержался на собственной мантии. Он всё ещё был облачён в своё одеяние, которое получил в белой башне, но теперь оно было чёрного цвета. А, присмотревшись, он увидел, что оно ещё немного видоизменилось. Наглядевшись на внешние признаки своего изменения, он обратил внимание на внутренние и увидел нечто странное. Да, теперь в его духе была тьма. Однако она заполняла его внутренности не целиком. Почти что половина была наполнена светом, тем самым светом, который он приобрёл, будучи в белой башне. «Что-то пошло не так» — подумал чародей. Он принялся подниматься и тут же почувствовал, как к нему приближается другой некромант. Да-да, именно почувствовал именно некроманта. Повернувшись в ту сторону, Влад убедился, что это было и в самом деле так — к нему приближался адепт в чёрной мантии. Ученик хотел задать вопрос, что тут произошло, но тот опередил его, заговорив первым. На его лице — бессмертное безразличие. В тоне его голоса — то же самое: «Ритуал завершился успехом. Теперь чёрная башня — это и твой дом тоже» Влад пытался подражать его монотонности, однако понимал, как фальшиво это звучит: «Тогда почему во мне всё ещё присутствует светлая магия?» — «Потому что ты успел связать свою жизнь с этими чарами. Их преобразование во тьму означало бы твою неминуемую смерть. Ритуал пробудил в тебе тьму, доставшуюся по рождению. Остальное ты должен сделать сам» — «А разве, чтобы стать некромантом, не нужно умереть?» — «Ты много не понимаешь, ученик. Но со временем ты всё это поймёшь. Меня зовут Косте́рис. И я буду твоим учителем этого тёмного искусства. И мы можем приступить к твоему первому уроку» И занятия начались прямиком на том самом месте, где Влад и очнулся.
Так как в нём уже были заложены магические способности, то не было необходимости учить нового члена чёрной башни управлять зелёным сгустком эфира. Влад и так мог зачерпнуть силу этого цвета из общего потока. Да вот только здесь же была обнаружена другая ошибка. Рефлексы бывшего беломага были настолько отточены, что он не мог держать в руках чистую энергию — он тут же преобразовывал её в магию природы. Увидев это, Костерис на какое-то мгновение замер, не отрывая взора от вакта, а после проговорил: «И что? Цветочки посадишь тут?» Ученик рассеял эффект, отвечая: «Прости. Привычка» — «Заново» Но, когда Влад заново призвал зелёный сгусток, получилось то же самое. Они повторили попытку ещё четыре раза, после чего учитель велел повторять это столько раз, пока у него не пропадёт привычка материализовать эфир. И Влад остался один на один со своими тренировками. Он помнил, как долго приобретал эту привычку. А потому понимал, почему так трудно перебороть её сейчас. Но он усердно стремился к тому, чтобы заставить себя зачерпнуть зелёный сгусток и просто удерживать его в своих руках без преобразования. Но это оказалось так сложно, будто бы не приспособленный к физическим тренировкам он сейчас пытается поднять тяжёлый груз. Казалось бы, тут всё настолько просто, что справился бы даже начинающий маг. Тут даже никаких действий совершать не надо — притянул поток и пусть себе лежит. Но нет. Он не мог спокойно глядеть и ощущать эту «голую» магию. Она сводила его с ума, она учила его. И Владу приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы ничего не сделать с ней. Однако в конечном итоге не выдерживал и материализовал в светлые чары природной магии. Он бранился и ругался, но одумывался и ставил себя на место мыслью, что такое поведение не подобает магистру тёмных искусств. А потому брал себя в руки и продолжал свои тренировки.
Много толноров так прошло. И с каждым разом сдвиги были всё более очевидными. Костерис ни разу не приходил к нему за всё это время. За то изредка в это помещение наведывались другие ученики, которые пытались учиться призывать эфир. Они видели эфир, но никак не могли прикоснуться к нему. Влад помогал им. А те смиренно учились у него и пытались повторять всё, что он им говорил. Когда же сам Влад посчитал, что научился управлять своей привычкой, то
