И действительно, кое-что случилось. Утром, когда Купер пришел, чтобы проинструктировать рабочих, он обнаружил, что за ночь из лагеря сбежали еще несколько человек; на этот раз вместе с ними исчезли лошади и часть провианта.
Мередит едва успела одеться, когда Купер подошел к ее палатке с тревожными известиями. Узнав о случившемся, Мередит решила, что теперь ее уже ничем не испугать. Но она ошиблась.
Едва Купер закончил свой рассказ, как в лагере появились люди в полицейской форме и с ружьями в руках.
Они появились так внезапно, так неожиданно, что Мередит совершенно растерялась.
Полицейские остановились неподалеку от палатки, но их командир, худощавый смуглый человек с пышными усами, подошел к Мередит и Куперу.
— Сеньорита Лонгли? — Он отвесил низкий поклон.
Мередит молча кивнула. Она была настолько шокирована происходящим, что не могла вымолвить ни слова.
— Я Эрнандо Арагонес, из полиции города Акапулько. Мы прибыли сюда, чтобы сообщить вам: вы должны прекратить раскопки.
— Господи, но почему же?! — в отчаянии воскликнула Мередит. — По какой причине?
— Нам сообщили, что здесь убит один американец, — с невозмутимым видом ответил полицейский. — Вы должны прекратить раскопки, пока мы не расследуем это убийство.
Глава 16
Дорога до Акапулько была долгой и утомительной.
Усталая Мередит испытывала одно только чувство — безграничное отчаяние.
— Убийство Эвана, — пробормотала она, — никогда не будет раскрыто. Можно поставить крест на экспедиции.
— Не отчаивайтесь, дорогая. — Рикардо подъехал к ней поближе и взял за руку. — Может быть, все не так уж плохо, как вам кажется.
— А разве может быть хуже?! — воскликнула Мередит. — Наверное, мне нужно бросить все и возвращаться домой. С самого начала нас преследуют неудачи. С момента исчезновения Эвана. Потом его трагическая смерть!
Меня чуть не убило на раскопках. А теперь еще и это!
— Не следует говорить о прекращении раскопок и о возвращении домой, — повысил голос Рикардо. — Я и слышать не желаю о возвращении.
— Но если я не смогу продолжать раскопки, то что мне здесь делать?
— Мы их продолжим, Мередит, — уверенно произнес Рикардо. — Луис нам поможет. Я уже говорил вам, он влиятельный человек. И скоро он во всем разберется. Я уверен: через две недели мы возобновим раскопки.
После того как работы были остановлены, Рикардо отправился на ближайшую телеграфную станцию, взяв с собой Мередит и Хуану. Обменявшись телеграммами с Мехико, они узнали, что Луис Мендес находится в Акапулько, в своей зимней резиденции. Рикардо послал телеграмму в Акапулько, и они отправились в этот портовый город.
— Надеюсь, вы правы, — ответила Мередит. Она попыталась улыбнуться. — В общем, я, наверное, могу рассматривать эти несколько дней как передышку. Видит Бог, мне осточертела жизнь в джунглях!
— Это лишь минутное настроение, моя дорогая. — Он нахмурился. — Надеюсь, вы не имеете в виду то, что сказали. Ведь вас удерживает здесь нечто большее, чем раскопки, не так ли?
— Не понимаю… О чем вы?
— Я питаю надежду, что сумею убедить вас остаться здесь навсегда, в качестве моей жены. Мы уже говорили об этом. Я просил вас — нет, я умолял вас — уже неоднократно. Вы неизменно отвечали, что слишком заняты, чтобы подумать об этом серьезно. — Он заглянул ей в глаза. — Что ж, вот и хорошо: в течение нескольких дней вы будете не слишком заняты. Мередит, теперь вы согласитесь выйти за меня замуж? Вы знаете, как я вас люблю.
— Знаю, милый… — У нее перехватило дыхание. — Но я…
Рикардо, решив, что она уже готова уступить, усилил натиск:
— Значит, вы не можете сказать, что это для вас неожиданность. Мы могли бы обвенчаться в поместье Луиса, в Акапулько. Времени у нас будет более чем достаточно.
А потом вернемся на раскопки уже как муж и жена. Это стоит обдумать и с практической точки зрения.
— О чем вы? — насторожилась Мередит.
— Став моей женой, вы станете гражданкой Мексики, что позволит и в дальнейшем продолжать раскопки — с разрешения властей. Вы уже будете не женщиной из страны гринго, а одной из нас.
— Вы действительно считаете, что это может помочь?
— Конечно, дорогая. Я уверен…
Мередит испытывала противоречивые чувства. Она очень привязалась к Рикардо, у них много общего, но любит ли она его? Готова ли к тому, чтобы обвенчаться с ним?
А Купер? Как он к этому отнесется? Мередит прикрыла глаза, и тотчас же перед ней возникло его лицо — он насмешливо улыбался. Впрочем, какое ему дело? У него ведь есть его ведьма. Почувствовав головокружение, она крепко ухватилась за луку седла.
— Мередит! Что с вами?
Она открыла глаза и, взглянув на Рикардо, улыбнулась.
— Позвольте мне немного подумать. Сейчас я ужасно устала… Впрочем, должна признать: это неплохая идея.
Улыбка озарила лицо Рикардо. Он воскликнул:
— Клянусь, вы никогда не пожалеете об этом! Я сделаю вас самой счастливой женщиной на свете!
Мередит с улыбкой смотрела на своего спутника. Из-за нее человек может быть так счастлив! Она вдруг вспомнила об отце, о том, как он был счастлив, когда ехал вместе с ней на очередные раскопки. А что ее ждет по возвращении домой? Родных у нее не осталось. А суровый климат Новой Англии ей никогда не нравился, равно как и скучная жизнь в кругу ученых.
«Милый отец, — проговорила она про себя, — как бы ты к этому отнесся? Ты знал этого человека, ты называл его другом…»
— Хорошо, Рикардо, — сказала она неожиданно. — Я выйду за вас замуж, если вы уверены, что хотите именно этого!
Зимняя асиенда Мендеса была просторной и почти такой же пышной, как его особняк в Мехико. По стене дома карабкались бугенвиллеи — на фоне ослепительно белой штукатурки цветы казались еще ярче. Во дворе переливались на солнце струи фонтанов, и повсюду росли цветущие кустарники. Местоположение асиенды делало ее еще более привлекательной — дом стоял на холме, откуда открывался вид на сверкающий залив Акапулько.
Солнце уже клонилось к западу, когда Мередит и Рикардо въехали во двор. Луис Мендес поспешно вышел им навстречу и позвал слугу, чтобы тот позаботился о лошадях.
— Сеньорита Лонгли, какое счастье снова видеть вас! — Хозяин, сияя улыбкой, помог Мередит спешиться. Потом поспешил обнять Рикардо. — Друг мой, я был так рад получить вашу телеграмму! — Он посмотрел на гостью. — Я очень сожалею, что вы столкнулись с такими трудностями, сеньорита. И примите мои соболезнования… Я имею в виду смерть вашего брата.
— Да, мы пережили трудное время, — проговорила Мередит. — Очень надеюсь, что вы поможете нам.
