который теперь небрежно лежал на его коленях. Аккуратно, чтобы не разбудить парня, я взяла его в руки и начала рассматривать. Ничего особенного: небольшой, стального цвета, гладкий, с электронным паролем, ввести который можно только через сенсорный дисплей, который уже был опасно поцарапан – не будет рабочего дисплея, не будет и открытия чемодана.
Я начала пробовать.
Слово, которое назвал русский, было даже сложнее, чем немецкое слово Briefkastenschlüssel, дословно переводящееся как “ключ от почтового ящика”. А с условием того, что то искажённое слово, которое я запомнила, необходимо было ввести русской латиницей, задача усложнялась раз в сто. Но я была не проще, а может даже сложнее поставленной передо мной задачи: в своей уже прошлой жизни, в прошедшем времени которой я больше не сомневалась, я была не просто туристическим гидом, не просто экстрималкой – я была путешественницей. У таких, как я, мобильный телефон никогда не забит списками необходимых покупок в продуктовом магазине – он забит фотографиями, музыкой, офлайн-картами и вспомогательными туристскими приложениями всех мастей. Словари – обязательная, я бы даже сказала главенствующая масть этой колоды.
Чисто русского словаря в моём телефоне не было. Зато у меня был словарь, содержащий в себе знания двенадцати европейских языков. Русский же и турецкий языки в нём были бонусными. Мне повезло – когда-то я по неосторожности приобрела эти бонусы, разорившись на целую десятку. Тогда я сочла себя идиоткой, случайно нажавшей не на ту кнопку, сейчас же по той же причине я считала себя везунчиком, а случившийся со мной дорогостоящий словарный курьёз чем-то наподобие Провидения. Слов, похожих на то, которое я пыталась подобрать, в словаре оказалось немного, всего пара, и писались они как “Металлический Ген”. Я пять раз ошиблась, прежде чем вела это зверское словосочетание целиком без единой ошибки, и когда это сделала, ещё дважды перепроверила верность последовательности каждой буквы с пробелом: м-е-т-а-л-л-и-ч-е-с-к-и-й-_-г-е-н. Что бы это ни значило – а словарь говорит, что первое слово обозначает химическое вещество, а второе наследственный фактор, который несёт информацию об определённом признаке или функции организма, и который является структурной и функциональной единицей наследственности – это был ужасный, хотя и не самый худший пароль.
Как только я нажала на кнопку одобрения ввода пароля, сейф издал едва уловимый пшик. Не веря тому, что у меня получилось вот так вот просто, всего лишь за какие-то десять минут вскрыть зверски защищённый замок, я уставилась на слиток в своих руках так, словно он был живым существом неизвестного мне происхождения. Сейф-инопланетянин.
А вдруг этот сейф ничто иное, как ящик Пандоры? Вдруг внутри него штамм вируса в открытом состоянии? Ведь вероятность подобного вполне реальна: русский самолёт упал из-за того, что на борту оказался заражённый человек, но как он там оказался, как он проник незамеченным на борт? Ответ: он заразился на борту самолёта, – напрашивался сам собой. А вдруг всё именно так и есть, и сейчас я рискую активировать вирус на переполненном борту парома? В таком случае погибну не только я с детьми – погибнут все.
Женское любопытство – чудовищная сила, способная погубить мир на земле.
“Ладно. Что бы там ни было, я уже сняла пароль. Будь что будет. Может быть после этого мне не придётся думать о завтрашнем дне”, – мысленно произнесла я и, как законченная эгоистка, способная наплевать на безопасность нескольких сотен душ лишь из-за собственной усталости, раскрыла сейф.
Внутри лежал паспорт в красной обложке с отпечатанным на ней в золотом исполнении гербом в виде двуглавого орла. Похожий мы нашли в кейсе. Под паспортом лежала заламинированная бумага, но я решила изучать всё по порядку.
Судя по фотографии, и второй паспорт принадлежал всё тому же русскому, всучившему нам этот чемодан. Lebedev Gerasim Davidovich, рождённый в апреле 2046-го года. Выходит, на момент смерти мужчине было сорок восемь лет. С 2070-го зарегестрирован в браке с Kovaleva Valeria Pavlovna, имеет сыновей Lebedev Mark Gerasimovich 2072-го года рождения и Lebedev Makar Gerasimovich 2074-го года рождения. Первое место прописки зарегистрировано в городе Коцтрома – если только у русских “си” не читается как “эс” – вторая прописка принадлежала Московскому адресу с 2068-го года.
– Ты открыла его.
Я вздрогнула и сразу же с укором посмотрела на Тристана.
– Прости, не хотел тебя пугать, – приглушённо произнёс он, очевидно как и я не желая случайно разбудить спящих сзади Спиро и Клэр.
– Да, открыла, но пока ничего толкового, кроме пары бумажек, не нашла, – я протянула ему паспорт, а сама взяла в руки заламинированный лист, размером с сейф.
– Что там?
– Напоминает инструкцию, – сдвинула брови я. – Она на трёх языках: русском, вроде как арабском и, к нашему облегчению, на английском.
Тристан стащил с моих коленей сейф и поставил на свои.
– А это что? – спросил он, и я посмотрела в его сторону. Он держал в руках слиток серебряного цвета размером пятнадцать на пятнадцать сантиметров.
– В сейфе ещё что-нибудь есть? – поинтересовалась я.
– Нет, – Тристан начал доставать из сейфа бархатную чёрную вкладку и даже пробовать разрывать её, после чего начал изучать внутренние швы дна. – Больше точно ничего нет.
Я взяла слиток в руки. Он не был литым – он состоял из двенадцати закреплённых между друг другом пластинок в виде полосок: пять сверху и пять снизу. Каждая из них была разделена напополам и одна из половин каждой была подписана заглавной и прописной буквами, выгравированными очень аккуратной резьбой: сверху пластинка с буквами Ru – внизу пластинка с буквами Rh, сверху Os – внизу Ir, Pd – Pt, Ag – Au, La – Ti.
Я задумалась.
– Что могут значит эти буквы? – хмыкнул Тристан.
– Без понятия… Но навевает воспоминания о моих далеко не фундаментальных знаниях в области химии. Сейчас посмотрим, что здесь сказано, – я снова взяла ламинированный лист в руки. Текста на нём было немного, но я рассчитывала хоть на какую-нибудь более-менее толковую информацию.
Я начала зачитывать вслух:
“Результатом проведения русской научной командой опытов над человеческим организмом стала данная вакцина Класса-А, под кодовым шифром “МETALL”.
Подопытные: Мужчины и женщины возрастом 20-35 лет.
Процент положительного результата: 77%.
Процент фатального результата: 23%.
Заключение: Точная причина летальных исходов подопытных не установлена.
Предварительное заключение: Личностная непереносимость организма.
Содержимое посылки: 10 автоматических шприцов, содержащих вакцины на основе эссенций 10-ти до сих пор не проверенных металлов.
Предварительный вердикт: 10 из 10 вакцин должны оказаться действенными с вероятностью в 77%.
Инструкция к применению: Прямой
