Читаем без скачивания В радости и в горе - Кэрол Мэтьюс

Джози показалось, что ее мать хмыкнула, но это могли быть просто помехи на линии. Ну, если она и поддавалась, то не часто.

— Обещай мне, дорогая.

— Обещаю, — сказала Джози. — Тем более что Дэмиен сейчас тра… тра… тратит силы зря, гоняя уток, а не думает, как бы ему снова тра… тра… травить себя сексом со мной.

— Ты себе не представляешь, насколько обнадеживающе это звучит.

А ты себе не представляешь, насколько это правда, мама!

— Раз уж мы разговариваем на такие доверительные темы, давай я тебе еще расскажу про вросший ноготь миссис Ботомлейс.

Джози закрыла глаза. Ароматы лилии, жасмина, нарцисса, гвоздики и розы медленно отдалялись во времени.

— Тебе это будет стоить целое состояние, мам.

— Это не займет больше минуты.

Обычно это занимало шестьдесят.

— Я тебе говорила, что ей пришлось пойти к доктору Пилкингтону, чтобы ей его проткнули?

— Нет.

— Он сказал, что ей еще повезло, так как ноготь не надо удалять…

— Правда?

— А у миссис Голдинг дела не лучше. Ты помнишь миссис Голдинг?

— Нет.

— Помнишь. Ее сестра преподавала музыку в твоей начальной школе. О больных плохо не говорят, конечно, но это та женщина, которая отдала тебе свой магнитофон. Мы слушали «Greensleeves» на завтрак, обед и ужин в течение трех месяцев, пока магнитофон загадочным образом внезапно не исчез.

Несколько недель прошли в бесплодных поисках, после чего, на горе Джози, магнитофон был обнаружен разбитым на три части в задней части ящика для нижнего белья ее собственной мамы.

— Ты помнишь ее.

— Да.

Нет!

— Так вот, у нее рак кишечника. Говорят, ей осталось недолго, — ликующе заявила ее мать. — В конце концов все эти годы нерегулярного питания дали себя знать. Поэтому я такой страстный поклонник «All-Bran»[56]…

— М-м-м…

— Джозефина, ты меня слушаешь?

— Да, мам, — она зевнула, поворачиваясь на бок и устраиваясь поудобней.

Где-то там, в этом энергичном, увлекательном городе веселились люди. Люди наслаждались шикарными ужинами в дорогих ресторанах. Люди пили экзотические коктейли в изысканных барах. Люди влюблялись. А некоторые даже занимались любовью.

Мэтт Джарвис мог быть одним из них.

А еще она думала, что вместо долгожданной поездки в Нью-Йорк могла провести свой отпуск, отправившись на школьную экскурсию на Иль-де-Франс в компании тридцати подростков, страдающих от повышенного уровня гормонов, и нескольких бородатых курящих трубки учителей, некоторые из которых женщины.

Джози отдалась во власть сна, окутывавшего ее под звук монолога Лавинии о болезнях своих друзей, соседей, молочника и других людей, с хворями которых она была знакома ближе, чем с ними самими. Достойное завершение суматошного дня.

Глава 45

«Ну, давай же, свинтус мелкий!» — Дэмиен стоял по колено в мутной жиже.

«Кря-кря», — прокрякал «мелкий свинтус» и дернул прочь от Дэмиена, словно приглашая поиграть в догонялки.

В готовности наброситься на жертву Дэмиен поднял руки, изображая из себя персонажа Питера Кушинга в старом фильме «Дом ужасов Хаммера». «От меня не уйдешь, чтоб тебе пусто было», — процедил он сквозь зубы.

Остальные утки, проявляя интерес к происходящему, кружились у ног Дэмиена. «Да пошли вы к черту, — послал их Дэмиен. — Вы мне триста лет не нужны! Мне нужен только Дональд». Он плеснул на них водой, чтобы отогнать. — «Нет на свете такого понятия, как утиное братство. Валите отсюда, пускай он защищается сам!»

Плеск воды заставил Дональда отплыть подальше. «Господи, Боже мой! — Дэмиен воздел руки к безоблачному и равнодушному небу. — Я же не могу здесь проторчать всю ночь!»

В ответ Дональд прокрякал что-то воинственно-вызывающее. «Нет, ты меня уже достал!» — Дэмиен снял пиджак и ослабил галстук. Прицелившись в мелкого реактивного мерзавца, он раскрутил пиджак над головой и бросил изо всех сил. Пиджак плюхнулся в воду в нескольких сантиметрах от намеченной цели.

«А, чтоб тебя!» — выругался Дэмиен, в тысячный раз за ночь проклиная свою судьбу и содрогаясь от отвращения, полез в воду дальше.

Дональд припустил прочь, Дэмиен упорно висел у него на хвосте. Погоня была жаркой, точнее, обжигающе холодной. «Я тебя все равно достану! — отплевываясь от ледяной жидкости, с трудом вымолвил Дэмиен. — Я получил приз на пятидесятиметровке, когда мне было всего пять лет! Многие могут этим похвастаться?»

Дональд плыл все быстрее, но Дэмиен не отставал. «В тринадцать лет я был чемпионом по плаванию Риджентской средней школы! Сдавайся!»

Тем временем Дональд достиг противоположного берега и, вразвалочку прошлепав по топкому илу, присоединился к беспокойной стае уток; он остановился, франтовато отряхнув перья. Следом за ним, пошатываясь, попытался выйти из воды Дэмиен. Но он тут же угодил по колено в густую топь, издав при этом страдальческий вопль. Непривычный звук испугал Дональда, который поспешно ринулся вперед, однако опередить Дэмиена он не успел — не побоявшись упасть лицом в грязь, тот совершил отчаянный бросок и крепко ухватил перепуганную до смерти утку.

«Ага! Попался!» — победоносно завопил Дэмиен, борясь с желанием торжествующе потрясти кулаком в воздухе, так как это могло ослабить хватку.

В утином крике послышался смертельный ужас.

Зловещие черные облака медленно закрыли луну, подул холодный ветер, подняв дыбом волосы на макушке у Дэмиена и взъерошив перья на хвосте у Дональда. Весь в грязных подтеках, Дэмиен торжествующе уселся на мелководье, сжимая в объятиях сильно расстроенную утку с бриллиантовым кольцом внутри. Если бы у Дэмиена и наступило мимолетное облегчение от того, что его капиталовложение было в целости и сохранности, то оно бы тут же улетучилось при одной мысли о том, что кольцо из Дональда придется как-то доставать.

Схватив Дональда в охапку, Дэмиен осторожно запустил два пальца ему в глотку в надежде, что народное средство заставит утку вернуть чужое кольцо. Дональд только крякнул и зажал клювом пальцы Дэмиена, словно в тиски. «Ай! — крякнул в ответ Дэмиен, отдергивая руку. — Вот мерзавец!»

Дэмиен и утка с отвращением посмотрели друг на друга. В свое время Дэмиен совершил немало низких поступков, о которых в дальнейшем сожалел, но никогда ранее ему не доводилось хладнокровно убивать живое существо. Он попытался прийти в кровожадное расположение духа. Уловив перемену в его настроении, Дональд издал жалобную нотку.

«Черт!» — снова выругался Дэмиен, более выразительные средства выражения эмоций его покинули.

Все, что нужно, — покрепче сжать пальцы, — и все будет закончено. Он неуверенно ухватил обеими руками шею Дональда. Утка в панике забила крыльями. «Не делай этого! — взмолился Дэмиен, — тебе будет совсем не больно».

Дональд отчаянно крякал и бил крыльями, пока Дэмиен собирался с духом, чтобы сжать утке шею. «Я обещаю тебе, ты ничего не почувствуешь. Для меня это будет гораздо больнее, чем для тебя, — ты уж поверь!»

Дональд отчаянно молотил крыльями воздух, пытаясь дать понять, что он с этим категорически не согласен. Дэмиен отвел взгляд в сторону и сжал посильнее. Дональд крякнул так, как будто от этого зависела его жизнь, что, собственно говоря, так и было.

В конце концов, когда его колени были покрыты толстым слоем утиного дерьма, а Дональд ни на дюйм не приблизился к смерти, Дэмиен разжал пальцы. Потерпев поражение, он плюхнулся обратно в грязь. Кем-кем, а прирожденным убийцей он не был.

«Пойдем, — сказал он, засовывая Дональда под мышку. — Придется нам с тобой найти способ погуманнее».

С этими словами измазанный грязью до неузнаваемости Дэмиен с низко опущенной головой поплелся назад, на свадьбу Марты.

Мэтт стоял у стойки администратора, размышляя о своих дальнейших действиях. В разумности своих предыдущих поступков он не сомневался: они были спланированы пусть и не с астрономической точностью, но с какой-то долей извращенной логики — вот только не привели его пока ни к чему, разве что он оказался в исключительно двусмысленном положении.

К нему присоединился невысокий смуглолицый человек, похоже, сицилийского происхождения, у которого, казалось, нехватка роста компенсировалась непостижимой аурой уважения, витавшего вокруг него. Он напомнил Мэтту Марлона Брандо в «Крестном отце», хотя и был ниже ростом, костлявее и несоизмеримо уродливее.

Человек с любопытством оглядел Мэтта и благосклонно кивнул. Настороженно улыбаясь, Мэтт кивнул в ответ.

— У подружек невесты, — отметил дядюшка Нунцио, а это был именно он, — обалденные сиськи.

— Правда? — задумчиво ответил Мэтт. — Еще не имел удовольствия их лицезреть. Хотя весьма на это надеюсь.

Дядюшка Нунцио лукаво улыбнулся своей щербатой улыбкой, но не успел он пройтись по анатомическим особенностям прекрасной половины свадебной вечеринки, как их внимание привлек невероятно грязный человек — он шествовал через весь холл к стойке администратора, неся под мышкой извивающийся сверток, издававший придушенное кряканье. Губы этого человека были упрямо сжаты, а глаза сосредоточены на цели. Мэтт с дядюшкой Нунцио переглянулись и дружно пожали плечами.