— Я думала, что война продолжается.
Они вошли в книжную лавку Хатчерда перелистать последние издания и просмотреть газеты. Оба вели себя как не знакомые друг с другом посетители. Только находясь в компании людей, знающих, кто они такие, они делали вид, что общаются. Но и тогда их общение сводилось к минимуму. Наедине же они ограничивались лишь молчаливыми взглядами.
— Какая война? Что вы хотите этим сказать? — холодно спросил Грей.
— Только то, что не следует ли вам посещать министерство и выполнять там свои обязанности?
Они избегали встретиться взглядами. Книги на полках, казалось, целиком привлекали их внимание.
— В отличие от того, что вы читаете в газетах, мы на самом деле совершенно не готовы к встрече с французами, так же, как и они с нами.
— Совсем не то говорит лорд Деннинг.
— Что же он говорит? — с иронией спросил Грей.
— Он говорит, что война приостановлена из-за охотничьего сезона. Парламент разъехался, военное министерство, министерство иностранных дел — все прервали свою деятельность, потому что для английского джентльмена гоняться на лошади с собаками за лисицей — дело первостепенной важности.
С тем, что она высказала, Грей первым готов был согласиться, если бы он не был в самом дурном расположении духа. Ли был тут совершенно ни при чем. Когда Грей несколько поостыл и обдумал все как следует, то пришел к выводу, что Дебора лишь выбрала наилучший способ уберечь репутацию Мэг. Дебора была слишком пуритански строга, чтобы связать себя с личностью, подобной Ли. Вот только мотивы поведения виконта были ему непонятны. Он рыскал вокруг, словно собака, вынюхивающая след, и Грею так и хотелось пустить на него свору своих гончих.
— Лорд Деннинг, — заявил Грей, — тупица. Любой, у кого в голове есть хоть капля интеллекта, поймет это, пообщавшись с ним две секунды.
Ее глаза сверкнули.
— Значит, в моей голове нет этой капли интеллекта. Вы на это намекаете?
Деборе совершенно не хотелось защищать Деннинга, но раз сражение началось, то не отступать же сразу.
Грей наклонился к ней так близко, что ткнулся кончиком носа в ее нос. Он прошептал со злобой:
— Если шляпа подходит по размеру — носи ее. Ничего не ответив, Дебора покинула лавку. С каменным выражением лица Грей последовал за ней и тут же с ходу врезался в мальчишку, который продавал яблоки с тележки. Грей уплатил гинею за рассыпанный товар. Весь обратный путь к дому они проделали молча. В пальцах, обтянутых перчаткой, она сжимала бумажный комочек. Это была записка, которую ей успел сунуть в руку напарник раскричавшегося уличного торговца.
Запершись в спальне, она расправила и прочла короткое послание. Брат сообщал ей, что знает о ее предстоящем отъезде в Чаннингс, и если она сможет улизнуть, то найдет его в «Белом лебеде» в Дартфорде, где он снял себе апартаменты на неделю. Его окна как раз находятся над парадным входом, она сразу увидит их. Чаннингс был всего лишь на расстоянии короткой пешей прогулки от деревушки под названием Дартфорд.
В Чаннингсе их приняли так, как Дебора и ожидала. Харт появился у ворот, едва карета подъехала. Он вынес леди из экипажа на руках, расцеловал всех. Дружескими похлопываниями чуть не сломал спину Грея, потом напустил на них Язона и Квентина. Мальчик стал просто неузнаваем. То же можно было сказать и о Язоне. Одежда не блистала опрятностью, с рукавов исчезли белые манжеты. Лица и руки чистотой не отличались от одежды. Но Дебора не смогла изобразить на лице строгость и разразилась смехом.
— Мы чистили конюшню, — заявил Квентин.
Харт пояснил:
— Мистер Перч — мой старший конюх. Первые минуты общих приветствий и обмена новостями миновали, и Дебора мельком взглянула на Грея. Заново появился на свет тот мистер Грей, который всех очаровал в пансионате мисс Хейр. Ее внимание привлек молодой человек, которого она не заметила раньше.
Грей представил его. Мистер Джервис был «воспитателем» Квентина. Он выглядел скромным и симпатичным и напомнил Деборе по манерам и внешности секретаря Грея Филиппа. Правда, мистер Филипп Стэндиш не обладал качествами, за которые особенно ценил Грей Дже-рвиса. В хорошей потасовке Джервису не было равных. Дебора догадалась, что это был телохранитель Квентина.
На вопрос о Нике Грей ответил Харту:
— Ник не приедет. Он навещает своих друзей в Гэмпшире.
— Осенняя охота за юбками, — громким шепотом пояснила всем пожилая графиня.
У Квентина были новости для Деборы.
— Деб, у Чарли родились щенки. Хочешь посмотреть на них? Совсем крохотные, с черными пятнышками. Или с белыми, я никак не могу разглядеть их как следует. Она их так охраняет.
— Кто такая Чарли? — Дебора изобразила на лице интерес.
— Шарлотта, наша долматинская борзая, — сказал Язон.
— Я с удовольствием полюбуюсь щенками, только дайте мне полчаса, чтобы привести себя в порядок.
Мальчики с визгом убежали. Мистер Джервис неотступно следовал за ними.
Дебора убедилась, что Квентин находится в хороших руках, но почему-то ей стало грустно. Ее взгляд задержался на Мэг. Хотя другие этого не замечали, Мэг в последнее время отдалилась от нее. Девушка была смущена и обижена, и Дебора не знала, как наладить с ней отношения. Она не могла сказать ей правду. Все равно Грей никогда не позволит Мэг выйти замуж за Стивена. Чем скорее девушка переживет свое разочарование, тем будет для нее лучше.
— Что вы загрустили?
Дебора чуть не подпрыгнула, услышав вопрос Грея. Оказывается, он шел у нее за спиной.
— Мне нравится ваша семья… Я полюбила ее… Жаль, что…
Он закончил за нее фразу:
— Я не похож на них.
Она не откликнулась на его иронию. Наоборот, бросила на него взгляд, смысл которого Грей не мог разгадать.
— Жаль, что таких людей мало на свете.
Остаток дня она посвятила Квентину. Дебора ожидала, что Язон, Грей и другие будут поблизости, но все принесли свои извинения и исчезли куда-то. Вероятно, это была идея Грея — дать ей возможность побыть с Квентином наедине.
Ее первое впечатление о встрече с мальчиком подтвердилось. Он поздоровел и телом, и духом, окреп и даже как-то повзрослел.
От этого Дебора почувствовала еще большее одиночество. Она заставила себя не думать о будущем. Настоящее — вот все, что она имеет сейчас, и надо жить этим настоящим.
Обед прошел весело. Так всегда было у Грейсонов. Позже в гостиной Гасси стала расписывать прелести деревенской жизни. Для джентльменов — это охота, для дам — прогулки верхом и прелестные вещицы, попадающиеся в местных магазинчиках в Дартфорде. Кроме того, существуют еще древние развалины — то ли римские, то ли саксонские.
