произнес он. – Удивительно, если это так, но я могу ошибаться… – Профессор продолжал спорить сам с собой. – Надо проверить, вдруг получится… – Он схватил свечу и поставил ее между нами. Зажег щелчком пальцев и обратился ко мне: – Слушайте внимательно, Вэй’иллоский. Сейчас вы попробуете взглядом затушить свечу. Просто смотрите на пламя, сосредоточьтесь, представьте, что огонь должен вас слушаться беспрекословно. Прикажите ему потухнуть!
– Вы шутите, профессор Алишер? – удивленно спросил я.
Он что, совсем ополоумел?! Это невозможно, мне не дано вытворять такое. Уж стихийный чародей должен это понимать. Любой ребенок знает: как человеку недоступна магия Листвы, так эльф не в состоянии повелевать источниками стихий!
– Просто попробуйте, Лэйариел! Не думайте ни о чем, просто сделайте, как я прошу.
– Ладно, ладно, – примирительно пробормотал я.
Лучше выполнить его сумасшедшую просьбу и быстренько убраться отсюда. Что-то не так сегодня с профессором. Я даже начал его побаиваться.
Уставившись на свечу, я сконцентрировался. Попытался, как предлагал Алишер, представить, что огонь должен слушаться меня. «Погасни!» – приказал я пламени и… Ничего не произошло, кроме того, что я почувствовал себя дураком.
– Вот видите, профессор, я сделал все, как вы хотели. Могу я теперь идти? – Мне уже хотелось, чтобы это безумное дополнительное занятие поскорее закончилось.
– Нет, подождите еще немного. Попробуйте теперь проделать то же самое, только с закрытыми глазами.
Я молча смежил веки, сосредоточился и… Голова моя мотнулась в сторону от сильной пощечины.
– Что вы… – потрясенно пролепетал я, открывая глаза, но не успел закончить фразу, как на меня обрушилась вторая оплеуха.
Да как он смеет! Выживший из ума человечишка! Откуда-то из глубины души поднялся тяжелый гнев. Рука профессора взметнулась для третьей оплеухи. На долю секунды в голове помутилось, и опять я почувствовал в себе чужеродную, но одновременно такую близкую силу. Это ощущение сразу прошло, и тут пламя свечи вдруг взметнулось к потолку, превратившись в столб огня и поглотив руку профессора. Взлетев, огонь моментально опал, вместе с ним улетучилось и мое бешенство. Несколько секунд мы с Алишером молча наблюдали, как горит рукав его мантии. Профессор провел над ней ладонью – и огонь погас. Алхимик первым нарушил тишину:
– Прошу простить меня, но я вынужден был это сделать. Вы хоть понимаете, что случилось? Только что в этой аудитории произошло невероятное! Разумеется, вы хотите объяснений? – Я неуверенно кивнул, все еще находясь под впечатлением от пережитого. – Отлично… Знаете ли вы, кто такие саторисы? – Я отрицательно покачал головой. – Это старая легенда, но я расскажу ее вам позже. Приходите сюда в это же время через неделю. Мне еще надо подумать, сделать кое-какие расчеты, просмотреть пару старинных книг, и, может быть, я смогу объяснить, что с вами творится. Еще раз прошу простить меня за грубость, но, по-моему, мы близки к великому открытию! Не забудьте – через неделю! Не пожалеете. – Глаза профессора горели фанатичным огнем исследователя, после многолетних трудов нащупавшего путь к истине.
– Значит, через неделю, договорились. – Я встал из-за стола и опасливо попятился к выходу из аудитории.
Выйдя из кабинета, направился на первый этаж. В холле меня окликнул Протерий.
– Эй, ушастый, с тобой все в порядке? – Старик внимательно смотрел на меня.
– Да, все нормально.
– Ну ладно, бывай, ушастый.
– До свидания, дядька, – попрощался я и покинул академию.
Домой решил пойти обходным путем, через базарную площадь. Хотелось проветриться, побродить немного по городу, прийти в себя после произошедшего. Странный человек этот профессор Алишер. А может, он просто сошел с ума? Но я понимал, что со мной действительно происходит нечто неправильное. Откуда бралась эта таинственная сила, заставляющая меня проделывать невозможные фокусы с чуждыми эльфу источниками? Почему она просыпалась именно в моменты потрясения? «Инстинкт самосохранения», – обронил Алишер. Значило ли это, что, защищая себя, я приобретал способность управлять стихиями? Ведь огонь – стихия, самая сильная, самая опасная и вместе с тем самая трудная для подчинения! Не может такого быть! Мне было действительно интересно получить объяснение происходящего. Так что я решил, что через неделю приду к профессору, и надеялся, что он сумеет пролить свет на все загадки.
Я шел через торговую площадь. Близился вечер, но все равно здесь было довольно людно. Торгаши прикрывали свои лавочки поздно. Я глубоко задумался и не заметил человека, идущего прямо на меня. Тот тоже не спешил уступать мне дорогу. Так что только когда мы столкнулись, я обнаружил, что передо мной вовсе не человек, а здоровенный орк.
– Куда прешь, ушастый ублюдок?! – прорычал он и отпихнул меня в сторону огромной волосатой лапищей.
Больше он ничего предпринимать не стал, понимая, что может нарваться на неприятности со стражей. Просто развернулся и продолжил свой путь.
Грязное животное! Ну ничего, сейчас я его проучу. На плече у зеленого висел великолепный боевой лук. Такие изготавливают только на заказ, и стоит работа очень дорого, а как известно, оружие для орка – это святое. Когда зверь отошел от меня ярдов на двадцать, я сосредоточился на его луке и произнес короткое заклинание. Теперь следовало быстро бежать, что я и сделал. За спиной послышались громкие вопли, слов я уже не разобрал, но, думается, никакой полезной информации тирада орка не несла. Зато в следующий раз будет обходить эльфов за лигу. Моя волшба сделала его оружие похожим на маленькое цветущее деревцо.
Отбежав на достаточное, как мне казалось, расстояние, я остановился, чтобы отдышаться. Терпеть не могу зеленых! Не только за то, что они самонадеянные, упрямые, тупые и грязные животные. Эльфы и орки не выносят друг друга с начала времен. Это голос крови. Когда-то наши народы воевали между собой. Тогда родиной моих предков был Светлый лес. Говорят, это было прекрасное место. Но зеленые твари стали охотиться на наших землях, нарушая этим природное равновесие. Естественно, эльфы сразу дали им отпор и почти выбили их из своего жилища. Никто не может сравниться с эльфийскими воинами и магами в их родном лесу, а уж тем более тупые варвары. Но их мерзкие шаманы умудрились наколдовать какую-то дрянь, причем и сами не понимали, что творят. В лесу появились странные звери, больше похожие на чудовищ, которые стали нападать на поселения моего народа. Они не откликались на призывы наших магов, не повиновались духам леса и, в отличие от других зверей, не обладали ни разумом, ни душой. И все равно эльфы бы с ними справились, но твари обладали одной особенностью. Стоило им укусить кого-нибудь, как покусанный видоизменялся и превращался в такое же чудовище. Эльфам пришлось покинуть
