Потом вы поймете, что я имел в виду… Леона, что там со схемой?
Актриса протянула Митараи два листа бумаги.
– Хм, неплохо получилось… Пойду сравню ее с самой мечетью.
– Уже время бранча подошло… – сказал Тофлер.
– Начинайте без меня. А я пока займусь расследованием в одиночку. Но потом я хочу увидеть декорацию в море. Так что, как закончу, позову вас.
– Не будешь есть?
– У меня нет времени прохлаждаться за едой. Всё ради «Саломеи».
– Мы-таки сможем продолжить съемки! – радостно воскликнул Тофлер.
– Но для этого придется покорпеть. Так что готовься, Эрвин.
– Ты не возражаешь, если мы сядем за стол без тебя?
– Конечно. Но обеденный перерыв будет очень недолгим.
– Я буду следить за Леоной в оба глаза! – прокричал сзади Уокиншоу. – На ее арест выдан ордер, а виновна она во всем или нет, вопрос другой.
– Какой у тебя ответственный друг, – восхищенно сказал Митараи. – Образцовый гражданин.
– Собрался опять меня связать? – спросила Леона.
– В этом нет необходимости. Я не намерен ложиться спать до прибытия полиции. Не забывайте, коллеги: после того как мы ее связали, у нас впервые не было трупов наутро.
– Трупов не было, зато я видела людей из Содома.
– Что?..
– Не собиралась говорить про это, но я своими глазами увидела толпу мужчин с кровавыми лицами. На них не было ничего, кроме сандалий и ткани, обмотанной вокруг тела. Они спустились из башни и смотрели на меня.
– Да она снова бредит от веществ! – расхохотался Уокиншоу.
– Я знала, что ты это скажешь, поэтому и молчала.
– Так что же они с тобой сделали? – спросил Митараи.
– Ничего. Но я мало что помню, поскольку дальше потеряла сознание. А когда пришла в себя, веревка была развязана.
– Хорошо. Больше на побережье не было никаких происшествий? – спросил Митараи у Тофлера. Слова Леоны как будто не особо заинтересовали его.
– Нет. А затем прибыл ты, верхом на лошади.
– Понял… Ну что же, увидимся позже, – сказал Митараи, торопливо сложив схему мечети.
Глава 21
Митараи вернулся, когда все уже доели бранч. Сообщив, что он внес некоторые поправки и теперь схема точно соответствует мечети, детектив положил ее на стол. Все попытались взглянуть на нее.
– Ну что, мистер Холмс, нашли потайные двери или окошки? – окликнул его Уокиншоу издалека.
– Увы, ничего подобного не было. Просто бетонные стены.
– А я что говорил! – победно воскликнул оператор-постановщик.
Однако Митараи пропустил его слова мимо ушей и обратился к собравшимся вокруг:
– Обнаружил кое-что интересное. Коридоры на первом этаже не имеют никаких развилок, а вот один из коридоров на втором этаже правильнее назвать лабиринтом. – Митараи указал точку на схеме. – Вот здесь у Желтого коридора есть ответвление, ведущее в тупик.
– И впрямь, – согласился Тофлер. – Когда все только прибыли, я неосознанно назвал его лабиринтом, но Леона меня поправила. А больше развилок нигде нет?
– Нет. Это очень и очень странно. Если прокладывать коридоры внутри такого пространства, где-то обязательно появится тупиковый проход. На втором этаже он расположен в точке, которую я показал. Значит, он должен иметься и на первом этаже. Но ни в Зеленом, ни в Голубом коридорах ответвлений нет.
– Верно… – Оливер покачал головой.
– Догадываетесь, в чем дело? – Митараи обвел всех взглядом. – Это значит, что где-то на первом этаже есть изолированное пространство вроде острова. Все указывает на то, что оно скрыто за стенами Зеленого и Голубого коридоров. Такая же недоступная зона, как зал под землей. Было бы неплохо ее отыскать.
– Так где же она находится? – спросил Тофлер, склонившись над столом.
– Вот здесь. – Митараи ткнул пальцем в точку неподалеку от Голубого флигеля. – Два коридора огибают это место.
– Надо же, а я даже не замечал, – заинтересованно произнес Оливер. – Что это вообще такое?
– Пока что невозможно определить, какого рода это место. Но на ум приходит несколько вариантов.
– И какие же?
– Пока что я не готов их огласить, – без обиняков заявил Митараи и принялся складывать схему. – Но к вечеру я это выясню.
– Мы тоже будем думать, – сказал Тофлер. – Но дай нам хотя бы подсказку.
Митараи снова развернул схему.
– Эрвин, у нас уже целый ворох подсказок. Взгляни, как на самом деле выглядят два этажа.
Он положил два листа бумаги друг на друга и поднял их на уровень глаз против яркого восточного солнца.
– Вот она, эта потайная комната на первом этаже. Никто даже не подозревал о ее существовании. Каждый день все ходили мимо нее – так же беззаботно, как сейчас ели над этой страшной коробкой. Итак, какой же из двух коридоров на втором этаже проходит над ней? Если наложить одну схему на другую, становится понятно, что это Красный коридор.
– Опять он! – недовольно воскликнул Тофлер.
– Ага. Вот и вам подсказка, – сказал Митараи и положил схему в карман. – Дам еще одну. Я обследовал Красный коридор и обнаружил, что пол над скрытой зоной почему-то проложен на пять дюймов ниже. Это единственный такой участок в Красном коридоре. В других трех коридорах таких тоже нет. Вот и все, что я могу сказать. Зацепок уже достаточно: это и волшебный сундук у нас под ногами, и странная гибель Ларри, и то, что землетрясение ощутили только в Желтом и Зеленом флигелях. Но, думаю, мы можем собрать еще кое-какие улики. Мистер Баррет, я хочу взглянуть на съемочную площадку. Не могли бы вы меня туда сопроводить?
– Разумеется.
– Прямо сейчас отправитесь? Не будешь есть? – спросил Тофлер.
– Сегодня вечером я спокойно сяду за стол и наслажусь вкусным ужином, – сказал Митараи напоследок и двинулся в сторону моря.
– Какой он самоотверженный, – прошептал Уокиншоу Леоне. Они вдвоем сидели чуть поодаль от Тофлера и остальных. – Не ест, не пьет, сражается за тебя, не жалея сил… Как трогательно.
– Но он старается не ради меня. Ему нравится Эрвин, и он хочет помочь ему с фильмом. А я его не интересую.
– Да? Но он весьма деятельный. Интересно, сможет ли рыцарь из Японии спасти тебя за то немногое время, что осталось?
* * *
Катер с Митараи и Оливером остановился возле декорации в Мертвом море. В районе заостренной верхушки виднелись оголенный стальной каркас и черные механизмы, прежде скрытые под обшивкой.
– Вон там было тело Ларри. Он торчал на мече лицом вверх. Чтобы спустить его, нам пришлось забраться наверх и открепить обшивку. При этом никаких внешних признаков, что кто-то снимал ее до нас. Лесов, как видите, нет. Негде даже закрепить веревку, чтобы вскарабкаться по ней.
– Но ведь можно было бы набросить ее на меч?
– В принципе, да. Но для этого преступник должен был сначала залезть на верхушку снаружи, а это уже что-то из разряда фантастики. Ну или веревку закинул снизу кто-то вроде Геракла. Но там ей негде зацепиться, и она просто начала бы сползать вниз, потому что соляная гора представляет собой как бы копье. Сделать узел тоже не вариант – во-первых, потому что для этого нужна какая-то магия, а во-вторых, в этом случае поднять Ларри наверх не вышло бы. И, наконец, сначала нужно было снять меч и проткнуть им Ларри, а для этого, в свою очередь, требовалось предварительно снять обшивку и разрядник внутри. Но я уверен, что никто этого не делал. Самая настоящая мистика, Митараи-сан.
– Да уж, задачка не из простых… А можете сделать круг?
– Конечно. – Оливер снова завел мотор и медленно направил катер к задней части декорации.
– Где сброшены якоря?
– Справа и слева от площадки. Если посмотреть на нее с высоты птичьего полета, то вы заметите, что у нее овальная форма. Это из-за прямоугольной сцены, на которой танцует Саломея. Софиты вмонтированы внутри углубления в соляной горе, для съемок общего плана их можно прикрыть пластиковыми панелями. Якоря можно сбросить из боковых проходов у задней стороны сцены.
– Якорей два?
– Да.
– И сейчас они сброшены?
– Да, пока декорация здесь, мы не можем их поднять. Здесь не так уж ветрено, но сила выталкивания настолько велика, что на Мертвом море дворец может сильнее уплыть в сторону, чем на обычном озере.
В этот момент глаза Митараи
