противник старается побыстрее скрыться от них, Никитин всё равно приказал не снижать бдительность. Вдоль колонны по обеим сторонам воины шли в полном вооружении и со щитами, а у тех, кто управлял быками, привычно лежал в специальном зажиме, стрелой вверх, взведенный арбалет.
Каждый час, бойцы сменялись, один усаживался править быком, а другой занимал его место в колонне охраны.
Большой тракт был по-прежнему пустынен, только попадались отдельные караваны из Ка-Абуро. Но что там творится впереди в землях теро, пока никто из встречавшихся им на пути торговцев и путешественников, по-прежнему ничего внятного не мог им сказать.
Вот и сейчас перед Никитиным стояло пятеро нинсов-торговцев, их два фургона стояли на обочине, пропуская проходящий караван Сергея, и тоже ничего интересного для него не могли сказать.
Они многие годы мотались по маршруту Ка-Ато — Ка-Абуро, а уж что там творится в других землях, их мало интересовало. Торговля идёт нормально, их не трогают хвала Светлым Богам!
Торговцы униженно кланялись, но ничего особенно сказать ему не могли, они тоже слышали, что у теро какая то заварушка с кочевниками, а вот чего конкретно они не знают.
— Мы в те края редко заглядываем господин! — пробасил один из них самый старший по возрасту, который и вел с ним разговор.
Никитин милостиво кивнул ему головой, поблагодарил и дал команду продолжать движение. Часа через два, на приметном месте возле протекающего ручейка они остановились на ночлег.
* * *
— Командир я принесла тебе ужин! — послышался, мелодичный, женский голос.
Полог распахнулся и с корзиной наперевес. к нему в палатку грациозно проскользнула рыжеволосая Сена девица лет двадцати — пожалуй, самая разбитная бабёнка в их войске.
Она уже давно пыталась запрыгнуть в его постель и бесилась от того, что это ей до сих пор не удалось этого сделать. Вот и сейчас она, пользуясь, что он был в шатре один, с ходу пустила в бой свои немудрёные, на его взгляд, женские уловки.
Не секрет что многие женщин всех рас работающие в обслуге всегда оказывались достаточно сговорчивыми, если видели блеск монет. Разумеется, переспать со своим молодым командиром никто из них бы не отказался, даже не беря за это денег, но Сергея никогда не тянуло к таким женщинам.
Некоторых женщин в его отряде это сильно задевало. Сена была одна из них, и она всеми силами пыталась совратить этого неподдающегося юнца. Вот и теперь игривая походка, широко распахнутые глаза и выглядывающая из легкого платья, с большим декольте, налитая грудь во всём своём великолепии.
Женщины вообще-то хорошо чувствуют, когда мужчина их хочет, да и трудно противостоять физиологии, а с тех пор, когда он последний раз занимался любовью с красавицей теро, прошло уже два месяца.
А молодое тело хотело и сильно хотело, а соблазнительница это чувствовала, призывно улыбалась ему и всё норовила притиснуться к нему своим разгорячённым телом. Как знать может быть и сумела Сена в этот раз запрыгнуть в его постель, но как, то неожиданно у неё всё сорвалось.
Вдруг активировался третий глаз, он теперь довольно часто вот так спонтанно начинал действовать, и вокруг рыжеволосой красавицы возник, неприятный, плотный клубок нитей.
Эта паутина центром, которого была Сена, игравшая роль эдакого паука, а вернее паучихи, вдруг зашевелилось. Задвигались десятки, невидимых обычным зрением, серовато-чёрных нитей. Одни нити были совсем высохшие, и вяло шевелились, другие наоборот были вполне жизнеспособны.
Зрелище было довольно неприятное и вспыхнувшее сексуальное желание как то быстро сошло на нет, когда он понял, что означают эти нити.
— Однако! Сильна баба! — мысленно усмехнулся Никитин при виде этого зрелища, ведь каждая такая ниточка возникала вследствие связи с каким-нибудь мужчиной. — Похоже, это дело ей нравится само по себе и дело даже не в деньгах!
Женщина так и не поняла, почему вдруг этот парень, хотевший, а она это ясно видела, хотевший её вдруг как то подозрительно быстро охладел к ней. Она украдкой даже понюхала себя — может быть ему не понравился её запах, все в отряде знали, что их командир чистюля. Но нет, от неё хорошо пахло, да и она незадолго до этого ополоснулась в ручейке.
Так ничего не сумев понять она, злой фурией выскочила из палатки. Один из её многочисленных ухажеров, по свойски хлопнувший ей по тугой заднице тут же схлопотал в глаз и, споткнувшись, брякнулся на землю под хохот двух товарищей из своего десятка.
— Чего это на неё сегодня накатило?! — пробормотал он, подымаясь с земли.
— Бесится баба! — заметил другой — У меня тоже одна такая всегда, ну когда кровь у неё идет, бесилась!
— Дык… вроде сегодня ночью ничего не было — наморщил лоб пострадавший — и ласковая была…
— Ну, утром не было, а днём попёрло. Бабы ведь!
Говоривший сплюнул.
— Эх, скорей бы добраться до Москвы! А то полно денег, а бабу не найдёшь!
— Ну почему не найдёшь, что кроме этой стервы никого нет?
Солдат вяло махнул рукой.
— А ну их надоели! Какие здесь бабы, только с голодухи на таких полезешь.
— Ну, это как посмотреть! — не согласился с ним его товарищ — А вот пива вдоволь не напьешься! Десятник чуть увидит сразу бурдюком по морде.
— Да не забалуешь тут!
Троица зашагала вдоль фургона, до Никитина слышавшего весь этот разговор вновь донеслось «скорей бы добраться…»
— Да устал народ мотаться, ну ничего уже скоро — подумал он.
Вот только скоро у них не получилось.
* * *
Проход в скальной гряде встретил их беспорядочно наваленными грудами огромных камней и изготовившимися к бою озлобленных теро, засевших на самом верху. Около прохода, разбил свой лагерь, отряд Росо со своими быками и лошадьми.
Лошади и быки мирно паслась, а разведчики чутко наблюдали за засевшими на Хребте Стражи стрелками, не приближаясь к ним.
Теперь стало понятно, почему им навстречу за всё это время не попалось ни одного каравана из этих краёв.
Упрямцы, засевшие наверху Хребта Стражи, напрочь отказывались с ними разговаривать, только зло кричали, что бы они шли Малым трактом, здесь их не пустят. Слова о том, что он имеет титул тоспернатера, теро презрительно пропускали мимо ушей, для них он был чужаком.
Никитин уже хотел было отдать команду взяться за арбалеты, но тут он вдруг вспомнил о теро отряд которых сегодня шёл в самом конце колоны, и велел подозвать Колтопа и Кэно.
При звуках родной речи, засевшие наверху бойцы, встрепенулись. Наверху появился пожилой теро и он радостно приветствовал стоящих внизу, было
