разбито на большие ровные квадраты.
В центре каждого квадрата стояла большая плетёная корзине, где для мягкости ещё и щедро добавили сухого мха. Толстые круглые кувшины, лежащие там навевали мысли о выдержанном красном виноградном вине. Чаще всего так оно и было — благо виноградников в здешних местах хватало, только вот сегодня в них была другая начинка — «греческий огонь».
Повозку сопровождало двое воинов один из них который помоложе прислонил своё копьё к повозке быстро запрыгнул в повозку и стал оттуда передавать их возничим. Явно рисуясь своими мышцами, парень взял было сразу два кувшина, но тут второй воин рявкнул на него и молодой вновь стал передавать их по одному. Состав, который был залит в каждый из этих кувшинов стоил немалых денег.
Никитин подошел поближе и быстро пересчитал кувшины, тридцать штук ничего не пропало. Теперь можно было и начинать.
Тем временем из укреплений, которые они осаждали, вылез разбойный народец и стал громко поносить их родословную. Лучники теро, стоявшие неподалеку быстро выхватили стрелы из колчанов и послали их в ту сторону, но наёмники Альбиноса, держа над собой щиты, шустро юркнули в укрытия.
Землянин сплюнул и отпил из серебряной фляги теплую воду. За эти три дня осады ему уже всё здесь надоело и сегодня он рассчитывал наконец закончить эту затянувшуюся кампанию.
— Давай!
Гигантская ложка глухо стукнула, и очередной камень полетел в сторону башни. Недолёт… Камень метров пять не долетел до ворот башни, вздыбив фонтан земли, он покатился дальше и с гулом ударился в ворота.
— Давай ближе тащи и поднимай! — крикнул обслуге Никитин.
Два десятка крепких воинов, быстро подхватили канаты и поволокли катапульту вперёд. Со стены и с верха башни стали стрелять из луков, но стрелы не долетали даже до половины расстояния между баллистой башней. Хотя было там всего-то метров двести.
Землянин сплюнул.
— Дерьмовое оружие! И луки и баллиста, и война чтоб её… — подумал он.
Всё было не вовремя! Теро сражались с кочевниками, которые, при предательстве некоторых сановников прорвались из Великой Степи и сейчас осаждало город. Много мелких отрядов отбилось от основной орды и рыскало сейчас по всей местной Ойкумене, грабя и убивая.
Никитин был вынужден выставить два сильных отряда, что бы перекрыть проходы в ущельях, ведущих к теро. Пару отрядов кочевников разгромили у Линта а один отряд, по слухам, добрался аж до Бартхеша, где и сгинул.
А землянину пришлось заняться Альбиносом, к которому у него было свои счёты. После разгрома кочевников, он по-прежнему грабил караваны, пользуясь удачным расположением своих владений.
Все глухо ворчали на этот разбой. Но как, то всё время не было сил, да и проход, в горах ведущий к его владениям был хорошо укреплён. Поводом к этой карательной экспедиции стало то, что он дал приют разбитому отряду кочевников, с которыми он впоследствии устраивал свои вылазки.
Наконец бойцы установили баллисту на новое место, минут десять ушло на её центровку, а ещё через пять очередной булыжник полетел к крепости. Довольно удачно, он перелетел через верхнюю площадку ворот и угодил, куда-то в проход. Судя по яростным крикам, бандитам это им явно не понравилось.
Начальник баллисты, вопросительно взглянул на Сергея, тот разрешающе качнул головой. Один из кувшинов осторожно уложили в ложку, командир поджёг факел от горевшей жаровни и пожег, пропитанную селитрой веревку, привязанную к кувшину. Отскочил, торопливо давая рукой отмашку и кувшин, вместе с фитилём полетел к башне.
Несколько секунд ничего не происходило, потом вдруг из-за стены с гулом взметнулся высокий фонтан пламени.
— Давай ещё туда ещё пару кувшинов и готовь ребят к штурму! — приказал Сергей.
Когда воины, приставив длинные лестницы, перевалили через парапет башни, защитников там не оказалось, только десятка два обгоревших трупов лежали в нишах, остальные бежали.
Перевалив через стену, часть воинов, быстро пробежала по проходу и осталась его охранять, остальные разобрали завал перед воротами и вытащили массивный слегка обгоревший брус. Двери со скрипом отворились, и объединённое войско Шестиградья ринулась вперёд.
Ещё один бой произошёл в селении, где было логово Альбиноса. Сейчас оно напоминало растревоженный улей, часть банды готовилась к сражению, но большая часть бежала к лесу.
С ходу смяв тех, кто стоял в заслоне за хлипкой сделанной на скорую руку баррикадой, арбалетными стрелами, войско быстро окружило поселение.
С теми, кто засел в этих бараках особо не церемонились, двери быстро вырубались топорами и секирами, затем следовал залп в открытую дверь. Те кто кидал оружие быстро вязали, тех кто сопротивлялся, убивали на месте.
Главаря схватить не удалось. Части кочевников вместе с Альбиносом, удалось вырваться из селения, кочевников вскоре всех перебили, а вот главарю шайки удалось бежать с несколькими верными людьми, захватив с собой всё наиболее ценное.
Правда пару месяцев спустя, в одном из притонов Ка-Абуро, нашли его труп, уж слишком многим он перешёл дорожку в этих краях. Да и такой приметной личности было не так просто затеряться.
* * *
Последние три месяца, после возвращения из Великой Степи, для Никитина, выдались очень суматошными. В эту местную Ойкумену, как в муравейник сунули зажженный факел, и понеслось….Кочевники безуспешно осаждали Висс-ано, город пока держался, но вот его окрестности кочевники разорили весьма основательно.
В Ка-Ато вновь начались разборки среди нобилей, после того как его, не так давно занявший престол, владыка попытался не пустить его по Большому тракту. После чего престол вновь стал вакантным. Теперь, если судить по доходившим до него слухам, там объявилось сразу три владыки, и началась междоусобица.
Глядя на своих соседей и в Хебо начались волнения среди знати… Вновь поднялись цены на найм наёмников и всякие тёмные личности по тавернам вербовали всех обиженных умом, но наделённых мускулами парней.
Цвет кожи и к какой расе эти парни относятся, как то вдруг стал мало волновать работодателей, нанимали всех — главное, что бы не калека…
По дорогам в сторону Ка-Ато потянулись небольшие отряды наёмников, которые, по дороге, не прочь были пошалить на тракте. Никитин вдвое увеличил количество патрулей в зоне своей ответственности на Большом Тракте. За последний месяц его ребята трижды перехватывали такие банды и уничтожали их без пощады.
У командиров был строгий приказ — в сражения не ввязываться, разбойников расстреливать из арбалетов, а оставшихся в живых вешать на ближайшем дереве, желательно при скоплении народа и описании их преступлений.
После этого число нападений на этом участке тракта, резко пошло вниз. Наемники, проходящие мимо повешенных, с описанием их преступлений… проникались моментом и
