и беседами с ней он пытался убедить себя в обратном. Сыщица терпеливо отвечала на его вопросы – одно и то же, но каждый раз разными словами.
Капитан-бельгиец вроде бы поверил в басню об арабских подрывниках, сочиненную Настей, однако спускать перестрелку на борту своего судна безнаказанно не собирался. Беспокойную троицу не арестовали и даже не переселили из кают, но командир «Борея» решительно заявил, что лайнер они покинут в первом же порту, а таковым была столица Румынского княжества. Все попытки Анастасии переубедить его натыкались на глухую стену молчания – капитан Жан Санскье был непоколебим в уже принятых решениях. Ни обаяние девушки, ни логические доводы на него не действовали. Оставшиеся дни круиза маленький русско-британский альянс провел в жилом корпусе, стараясь меньше попадаться на глаза другим пассажирам – во избежание излишних расспросов.
У румынско-венгерской границы «Борей» встретился с эскортом. Утлый сторожевик арабской постройки догнал лайнер, обменялся с рубкой световыми сигналами, поднялся выше катамарана и прямо на ходу, по веревочным лесенкам, высадил на прогулочную палубу два десятка солдат в синих мундирах. Николай, Джейн и Анастасия наблюдали за десантом из-за круглого столика в дальнем углу палубы. Там, в стороне от большинства попутчиков, они коротали день за игрой в карты и холодными коктейлями.
– Агентство Лаваля, – опознала новоприбывших сведущая в подобных вопросах Джейн, держа свои карты так, что у Насти не было ни единого шанса «случайно» в них заглянуть. – Хозяин – француз, но базы размещены в Румынии. Месье Лаваль выкупил у болгарского и румынского правительств несколько списанных боевых кораблей, с их помощью за плату эскортирует суда в регионах, где встречаются воздушные пираты. Расценки достаточно низкие – почти вдвое ниже, чем у нашей фирмы за те же услуги. Впрочем, у нас и корабли куда более современные. Настоящие корветы новейшей конструкции, с английских верфей, – с толикой гордости добавила британка. – А еще мы можем провести клиента от Лондона до Дели. Корабли Лаваля на такое не способны – их паровые машины слишком изношены для дальних перелетов.
Николай, уже успевший проиграться в пух и прах, с любопытством рассматривал парящий над «Бореем» сторожевик. Дело в том, что кораблик был ему знаком: точно такое же суденышко они с Сашей некогда угнали из Ташкента. Может, чуть менее ветхое. Сторожевик имел веретенообразный корпус и два двигателя, а вооружение его состояло из носовой пушки, способной стрелять лишь вперед и вниз, и нескольких пулеметных точек, обеспечивающих круговой обстрел.
– Ну, если надо, такое суденышко вполне может покрыть приличную дистанцию, причем очень быстро. – Анастасия, видимо, тоже вспомнила ту историю. Избавляться от украденного соратниками корабля тогда пришлось именно ей. – Зато управлять им легко, даже неопытная команда сладит.
Высадив бойцов, сторожевик поднял пары и ушел вперед, продолжая держаться выше лайнера. Солдаты же выстроились двумя шеренгами, а их командир в сопровождении матроса «Борея» скрылся внутри правого фюзеляжа. Отправился на доклад капитану, скорее всего.
Николай поинтересовался:
– Ну что, теперь прямиком в Бухарест?
– Нет, – качнула головой Настя, вытягивая из колоды новую карту. Играть с Джейн стало ее новым развлечением последнюю пару дней, когда сыщица из случайной обмолвки выяснила, что зеленоглазая британка знает множество карточных игр. Телохранитель, похоже, не получала от игры ни малейшего удовольствия и составляла ей компанию исключительно из вежливости, поставив одно условие: игра без ставок и счета. Привычка сохранять каменное лицо в любой ситуации, разумеется, делала англичанку серьезным противником, потому скучающая без дела Анастасия от нее и не отставала. – Между нами и Бухарестом – хребет Южных Карпат. «Борей» без труда преодолел бы их поверху, но ты же помнишь – это круиз, а не переброска войск. Капитан не будет подвергать пассажиров риску в горах. Мы сейчас начнем забирать к западу. Аж до самой австрийской границы. Граница идет по Дунаю, а Дунай разбивает хребет ущельем Железных Врат. Вот через него корабль и пройдет. Там к тому же есть на что полюбоваться – ущелье красивое, старинный замок, как его…
– Голубацкая крепость, – сказала Джейн по-русски. Название она произнесла на удивление верно. Вообще, даже говоря на родном английском, телохранитель часто произносила «у» там, где полагалось говорить «ю», и всегда очень четко выговаривала «р» в каждом слове. Видимо, это и был йоркширский акцент, характерный для ее родного графства.
– Точно! – обрадовалась Настя. – Я видела рисунки – сказочное место. Жаль, что остановки там не будет…
– Ничуть не жаль, – хмыкнул Дронов. – Круиз тут у всех, кроме нас. У нас – задание. Время дорого.
– Если не уметь получать удовольствие от службы, быстро станешь или сумасшедшим, или скучным пруссаком вроде дядюшки, – возразила сыщица. – У тебя, Коля, я начинаю подозревать симптомы второго типа. Чуть-чуть расслабься. Доверься мне. Просто доверься. А сейчас… раскрываюсь!
Она выложила карты на стол. Джейн молча сделала то же самое. Настя выругалась вполголоса…
Этой же ночью, уже перед рассветом, их разбудили голоса в коридоре. Доу, по-прежнему несущая свою ночную вахту, остановила вестового матроса, собиравшегося постучаться в дверь каюты, кое-как прилаженную на место корабельным плотником. Переговорив с посыльным, стукнула в створку сама.
– Что такое, Джейн? – Успевший натянуть штаны и рубашку Николай впустил девушку внутрь. – Что-то случилось?
– Боюсь, что да, – хмуро кивнула телохранитель. – Капитан требует всех нас на мостик, немедленно.
– Вооруженный конвой прислал? – спросила Анастасия, застегивая пряжку на ремне. Одеваться она начала одновременно с Дроновым.
– Нет.
– Значит, не так все плохо, – усмехнулась сыщица.
Ходовая рубка «Борея» размещалась не в отдельной гондоле под корпусом, как у многих небольших дирижаблей, а прямо в носу правой «сигары». Самый кончик продолговатого фюзеляжа был застеклен, давая экипажу на мостике прекрасный обзор во все стороны. Переступая через порог вслед за вестовым, Николай в первую очередь обратил внимание на караул у входа. Снаружи, в коридоре, дежурили два наемника при карабинах, внутри же рубки дверь охраняли матросы с короткими тесаками на поясах. «Интересно, так и положено или это ради нас расстарались?» – подумалось майору.
Капитан Санскье встретил гостей, стоя около капитанского кресла. Он довольно сдержанно приветствовал их, словно бы с неохотой отвесив поклон девушкам и не подав руки Дронову. Сказал:
– Вынужден извиниться, что разбудил вас столь рано, но у меня возник к вам срочный вопрос. – Капитан щелкнул пальцами. – Опустить перископ!
Медная, украшенная серебряным тиснением штанга перископа опустилась с потолка под негромкое шипение гидравлики. Капитан разложил ручки, взялся за них. Прильнув к окулярам, немного повертел штангу влево-вправо, выискивая какую-то цель, – похоже, за кормой лайнера. Найдя, зафиксировал перископ и отошел в сторону. Жестом пригласил Николая занять свое место:
– Извольте посмотреть.
Майор выполнил просьбу бельгийца. С минуту он таращился на звезды, пытаясь сообразить, чего от него хочет командир «Борея», пока не различил наконец два черных силуэта далеко позади
