собственной тёщей.
– Фёдор! – удивлённо произнесла дама в шляпе, украшенной целым букетом искусственных цветов.
– Раиса Витальевна, – чуть поклонился Новиков. – Добрый вечер.
– Ты как тут? – требовательно спросила тёща.
– Мы по делу, – ушёл от ответа Новиков, кивая на отца Павла. – А вы?
– А мы с общиной к Пасхе готовимся. Да, у меня холодильник что-то гудит. Надо бы поправить.
Новиков, не привыкший отказывать тёще в её невысказанных просьбах, уже приготовился сослаться на важность дела, приведшего его поздним вечером в монастырь, но тут неожиданно выступил отец Павел.
– Вы поезжайте. Встретимся утром.
Новиков и сказать больше ничего не успел, как монах уже смешался с толпой людей в таких же длинных чёрных одеждах, идущих длинной колонной вдоль монастырской стены.
– Ну, пойдёмте, посмотрим, что там у вас с холодильником. – Новиков взял тёщу под руку, и они вместе зашагали к его машине, припаркованной за стеной.
Ехать до тёщиного дома было минуты полторы, но Раиса Витальевна, разумеется, рассмотрела следы земли на его руках. И пакеты на заднем сиденье заметила. Хорошо хоть он лопату в багажник убрал.
Пока Новиков переобувался в сенях, Раиса Витальевна уже во всю шуровала на кухне. Когда вошёл зять, она перемешивала крупы в кастрюле и сыпала туда сухофрукты.
Новиков подошёл к холодильнику и отодвинул его от стены. Задел кружевную занавеску, которая колыхнулась и открыла подоконник и окно, рама которого по периметру была забрана можжевеловыми и вербными ветками.
Глава 17. Злыдни
Проблему тёщи с холодильником Новиков решил в пять минут – оказалось, у задней стенки просто немного разболтались шурупы, и агрегат стал жутко дребезжать. Подтянув шурупы, Новиков убрал отвёртку в кладовую и вернулся на кухню.
– Раиса Витальевна, а зачем вам можжевельник на окне? – не сдержал любопытства Новиков.
– Ты разве не слыхал, что у нас тут нечисть буянит? – невозмутимо спросила тёща, бросая луковую шелуху в кастрюлю с водой.
– Н-да. Нечисть, – тихо произнёс Новиков, глядя в окно, где стилизованные под старину фонари приятным жёлтым светом разгоняли весеннюю ночь.
– Ты своим-то позвонил? – спросила Раиса Витальевна. – Не забудь, Пасху все вместе у вас на новом месте празднуем.
– А, ну да, – пробормотал Новиков. Он напрочь забыл о том, что надо ещё позвонить родителям и пригласить их на праздник в Покрышкино. А до праздника желательно истребить ту самую нечисть, что разбуянилась в окрестностях.
– Говорят, вам туда и священника прислали. – Раиса Витальевна опускала в кастрюлю куриные яйца. – На службу, значит, пойдём.
– Там церковь-то махонькая. Из сарая сделали.
– Ничего, поместимся.
У Новикова зазвонил телефон.
– Надо возвращаться, – прохрипел в трубку отец Павел. – На детей напали.
– Каких детей? – вполголоса спросил Новиков, выйдя в сени.
– На ту девочку, которая нас пирогом угощала. Забыл, как зовут.
– Это внучка Ядвиги Мстиславовны?
– Ну да. Они с мальчиком в музее были. Там теперь разгром. Мне Антон звонил. В общем, надо ехать.
– Я вас заберу от монастыря, – сказал Новиков и обернулся, чтобы вернуться в кухню и сказать тёще, что не останется ночевать. Но это было лишним – Раиса Витальевна, как оказалось, стояла у открытой двери.
– Так сразу и уедешь? – подозрительно спросила тёща.
– Да, придётся. Там ситуация, – уклончиво ответил Новиков.
– А Ядвига одна-то не разберётся?
– Вы знаете Ядвигу Мстиславовну? – глупо спросил Новиков.
Раиса Витальевна только усмехнулась.
– Надо помочь, – решился-таки Новиков. – А то скоро Катерине и Василисе переезжать, а там такое дело…
– Ладно, можешь не рассказывать. – И Раиса Витальевна ушла обратно в кухню.
Новиков переобулся, попрощался с тёщей и поехал за отцом Павлом. Священник залез в машину, пристегнулся и как обычно перекрестился. Хорошее дело, правильное.
Когда они выехали из города, отец Павел как будто что-то вспомнил.
– Вот, – показал он Новикову листок, исписанный именами. – Это все священники, которые служили в Покрове с конца семнадцатого века.
– Где служили? – не понял Новиков.
– Покрышкино раньше так называлось. Большая церковь, которая сейчас разрушена, посвящена Покрову.
– Ясно, – сказал Новиков. Вернее, солгал. Но разбираться с названиями пока не было времени. – Есть что-нибудь интересное?
– Да вроде нет, – покачал головой отец Павел. – Просто сельские священники. Жили, служили. Кто-то там же и умер, кто-то переехал.
– Как же нам узнать, кто именно заколол упыря? – Новиков смотрел, как ровный асфальт, подсвеченный фарами, исчезает под машиной.
Отец Павел только пожал плечами.
Новиков, хотя и вёл машину, попытался слегка расслабить ум. Раньше ему в этом очень помогали пазлы, да теперь не до мозаик. И жена против. А как хорошо было детальки подгонять.
