— Приношу извинения, милорд. Вы сказали «письме»?
— Именно, — скривился Наргал. — Посыльный коршун принес листок бумаги. Некоторые офицеры прослезились от такой архаики.
Вернувшись на ставший привычным бастион, Аласдиор подкрепила силы легким завтраком, заодно забрасывая дорогого кузена вопросами. Война развивалась не совсем так, как предполагалось пару месяцев назад. Хаканы не стали делить свои силы, предпочтя нанести один сильный удар, поддержанный несколькими второстепенными. Каким образом они решали проблемы снабжения, оставалось непонятным, но армия кочевников продолжала действовать едино. Она сковала почти все свободные ресурсы светлых и плотно осадила слабейшую пограничную крепость — Седьмой Камень. Орки надеялись в скором времени взять крепость штурмом и, кажется, были близки к осуществлению своего замысла. Тогда зеленошкурые получили бы возможность беспрепятственно проникать в центральные районы сразу нескольких княжеств, наносить удары в слабое, незащищенное подбрюшие Благих Земель. Допустить этого Ариаллен не мог и потому собирал все возможные и невозможные резервы, надеясь предотвратить падение Седьмого Камня.
Поэтому полки темных покидали крепость. Изначально Наргал собирался оставить символический заслон — сотни две тяжелых пехотинцев, но после обращения к прорицателям изменил свое мнение. Мистический транс выдал слишком высокую вероятность появления крупных сил противника, заявление же леди Аласдиор окончательно убедило командующего поделить силы. Теперь в долине оставался целый полк регулярной армии, а также драконы, которых сознательно не использовали в первом сражении. Дроу любили придержать лишний козырь. Остальные войска Темного Леса отправились на встречу с полками светлых. В числе уходящих оказался и лорд Итирран, чьи услуги почти наверняка потребуются в намечающейся битве.
Аласдиор осталась в относительной защищенности крепости. По единодушному мнению штабных офицеров, здесь она подвергнется куда меньшей опасности, а заодно усилит своим присутствием гарнизон. Серая Охотница принадлежала к сонму великих духов, справиться с ней один на один сумело бы разве что Чудовище, да и то ценой гибели носителя. Правда, для полноценного воплощения великого духа в реальном мире требовался либо сложнейший ритуал, доступный только сильнейшим шаманам орков, либо полное напряжение сил Аласдиор, после которого ей в течение полугода потребуется восстанавливать надорванную энергетику организма.
«Неплохо мы их потрепали, — с мрачным удовлетворением осматривала стяги подошедшего отряда шаманка. — Решимость вернуться в место поражения, дабы сразиться со своим страхом, достойна уважения. Пусть немногие выжили в первом бою — из воинов Шавкана уцелело тысяч шесть, — вождь нашел способ отомстить. Интересно, откуда появился такой крупный отряд под знаменем Белого каганата? Три полных тьмы, тридцатитысячный отряд, принадлежащий одному роду. Очень неудобный противник: знает слабости дроу и имеет представление о дисциплине. Они многому от нас научились. Сумеют ли учителя окоротить зарвавшихся учеников?»
— Не забывай обо мне, дитя.
— Помню, матушка, — улыбнулась Аласдиор. — Но даже медведь не может справиться с целой стаей.
Волчица недовольно заворчала. Она ненавидела любые намеки на свою слабость.
— Среди них есть лишь один враг, достойный меня, остальных растерзают мои дети. Передай тем недоделкам, которых ты по недомыслию считаешь равными себе, — пусть воздвигнут алтарь из тысячи черепов в мою честь и окропят его жертвенной кровью сильнейших воинов, тогда я щедро награжу их!
— С радостью, великая!
Шаманы темных воодушевились, услышав волю Охотницы. Возможность получить доступ к новым силам и знаниям заставила их засуетиться, забегать по крепости, выбирая наиболее убойные ритуалы из имеющегося арсенала. Страх гибели сам по себе является неплохим стимулом, в соединении же с «пряником» предложения великого духа повышает работоспособность до невероятного уровня. В каждой сотне состояло не менее трех магов: классических школ, шаман и посвященный во Тьму, всего же в крепости оставалось двенадцать шаманов. И все они, исключая Аласдиор, желали привлечь внимание великого духа, заработать его благосклонность, войти в число доверенных слуг.
Следующим утром враги начали постепенно снимать Покрывало Богини. Складывалось впечатление, что они не торопились, рассчитывая самое меньшее на неделю подготовки. Белый каганат усвоил, что в сражении с темными необходимы терпение и собранность. Воины дроу не упустят своего шанса, воспользуются малейшей оплошностью, с холодной змеиной беспощадностью найдут тончайшую щель в обороне и нанесут туда смертельный удар. Осторожность — вот девиз каждого, кто сражается против Тьмы и слуг ее. Ждать подкрепления гарнизону было неоткуда, в свою очередь, время играло на стороне орков, которые надеялись на скорое взятие Седьмого Камня.
Оставайся в крепости гвардейцы или хотя бы сотня теней, можно было бы делать вылазки и постоянно беспокоить зеленошкурых, ежечасно откусывая от яблока их армии кусочек за кусочком. Увы, все гвардейцы ушли, оставшиеся же серые копья с задачей, очевидно, не справятся — подготовка у них недостаточная. Слишком многих сторожевых духов призвали орки. Осажденным приходилось вести магическую дуэль да ждать добрых вестей с основного театра военных действий.
Медленно, по одному исчезали ловушки дроу. Покрывало Богини ослабевало — ведь сложное плетение не успели сделать постоянным, и теперь оно постепенно разрушалось под атаками орочьих шаманов. Одновременно с этим вождь белых сумел почти без потерь продвинуться к первому равелину, затем дроу оставили и второй. Оставили, не приняв боя. Командир гарнизона счел возможные потери слишком высокими, а приобретаемые выгоды — сомнительными и предпочел установить рубеж обороны по третьему, последнему равелину. Достаточно близко, чтобы крепость могла поддержать обороняющихся всей своей силой и одновременно дать им возможность успеть отступить в безопасное убежище при необходимости.
Первая атака на равелин последовала поздним утром. Около трех тысяч конных всадников внезапно сорвались с места, чтобы на всем скаку, визжа и завывая, лавой ринуться к равелину. Кто-то попался в немногие уцелевшие ловушки, кто-то пал под ударами магов дроу, но большая часть успела вплотную подобраться к проходам в северной части защитных сооружений. Где и завязла в плотных рядах тяжелой пехоты, подвергаясь непрерывному обстрелу стоящих поверху лучников. Видя неприятное развитие событий или же рассматривая первый бой как своеобразную пробу сил, вождь орков отдал приказ отступать. Оставив у равелина около семисот убитых и раненых, лава откатилась назад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
