Пусть Алинэ никогда и не была особенно глупа или наивна, – как бы она ни старалась убедить всех в обратном в начале нашего пути, – но события в Гостевом дворце однозначно оставили отпечаток на её душе…
Сворачиваю её послание отцу, оставленное в старых покоях, и убираю в рукав. Второе письмо я решила не открывать, выказывая тем самым уважение герцогу, но первое послание, оставленное ещё до нашей разлуки в тронном зале, я должна была прочесть, – в конце концов, мне необходимо знать, кто был рядом всё это время!
Тут же вспоминается, как Алинэ попросила не спрашивать её о том, что происходило с ней во время моих тренировок у Второго генерала…
Бедное дитя.
Она попала в самый центр политических интриг, и единственное, чему я могла безусловно радоваться, это что жестокость хозяев дворца не перекочевала со слуг на герцогиню.
Её не трогали. Физически. Но на её глазах лишали жизней тех, кто приехал на север в её подчинении и на её ответственности.
Медленно выдыхаю, прикрывая глаза… и резко их распахиваю: крытая повозка, в которой я ехала, в очередной раз подскочила на очередной кочке и затряслась так, словно вот-вот развалится. Если учесть, что путешествие моё только началось… страшно подумать, что будет через два дня, когда я доберусь до герцогства. Тем не менее, это был лучший вариант. Во-первых, вряд ли беглую наложницу будут искать в старой повозке с бочками пива. Во-вторых, хозяин повозки и сам не знает, что я сижу в щели между двух пузатых бочек: я запрыгнула, когда он уже тронулся с места!
Теперь осталось лишь продержаться два дня без еды и воды… или воспользоваться тем, что предоставила мне сама судьба.
С лёгкой ухмылкой кошусь на свою пузатую соседку, уже составив нехитрый план будущих действий.
***
В итоге, большую часть времени провожу в беспамятстве, избежав встречи с болью на трезвую голову. А когда добираюсь до герцогства Дарон-Гицы, куда по счастливому совпадению направлялся торговец, незаметно выпрыгиваю из повозки и направляюсь в первый же попавшийся трактир. За пару монет снимаю комнату и прошу подать горячий ужин. А также – привести ко мне посыльного с утра.
Я не планировала посещать герцога. Его недовольство в связи с моим возвращением без Алинэ может вылиться в неприятную сцену с самыми непредсказуемыми последствиями. Поэтому мне нужно как можно скорее покинуть герцогство, умудрившись удостовериться, что послания доставлены кому следует.
Отмокнув в горячей воде и расслабив все, настрадавшиеся за путешествие-без-удобств, мышцы, накидываюсь на еду, которую мне успели принести. А затем заваливаюсь на скрипящую кровать, моментально погружаясь в глубокий сон.
Утром передаю оба письма худому парнишке и незаметно следую за ним до самого дворца герцога. Сочтя свой долг выполненным, без зазрения совести краду лошадь из конюшни какого-то богатого купца, которому не повезло жить рядом, и скачу в Цай. Этот путь займет ещё одни сутки, если я сокращу время остановок на отдых...
И я, наконец, буду дома.
Любопытно, что день моего возвращения совпадет с днём съезда дипломатов в Холодном дворце. Я так боялась этого события; переживала о том, в каком свете предстану перед всеми знатными лордами, которые соберутся в северной столице. Представляла, как случайно встречусь с кем-то из Цай…
Лёгкая улыбка появляется на моих губах.
Судьбе было угодно вернуть меня на родину и избежать этих волнений. Возможно, я и впрямь любимица богов.
***
Когда добираюсь до ворот в столицу на следующий день рано утром, то едва не сваливаюсь с седла от усталости. Желание как можно скорее вернуться домой сыграло со мной злую шутку, но я не жаловалась: вид столичной брусчатки и стены домов, проглядывающиеся за воротами, давали мне ощущение защищенности и спокойствия.
Спокойно пересекаю границу и оказываюсь на небольшой торговой площади. На последнюю оставшуюся монету покупаю лист бумаги у писца и прошу дать немного чернил, после чего пишу записку Аэрону:
«Брат, я в столице. Передай, чтобы меня впустили. Аяне Тэра»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Подписываюсь под письмом и складываю его пополам; затем иду к стражнику у ворот.
– Отправьте с гонцом в Солнечный дворец, – говорю устало.
Тот косится на меня, не понимая, какое дело может быть у простой служанки в главном дворце столицы, но поручение исполняет. Сеть шпионов Палаты Внутренних Дел велика настолько, что запомнить всех посыльных просто невозможно… а упустить шанс передать важную информацию вовремя никто не хочет.
Что касается адресата послания – для подобных записок, смысл которых никто из простых служивых понять не может, существует особый чтец. Он занимается перенаправлением всех посланий, идущих в Солнечный дворец, и в его обязанности входит знать не только имена членов правящей семьи и всех приближенных лордов, но и их почерк.
Выдыхаю с облегчением, проследив за тем, как моя записка исчезла в кармане посыльного, оседлавшего лошадь и направившегося во дворец. После чего начинаю медленно идти в ту же сторону.
Конечно, можно было попросить брата прислать за мной экипаж прямо к воротам в столицу, но я предпочла дойти до дома на своих двоих. Во-первых – это возможность размять уставшие ноги. Во-вторых… я давно не видела этот город в свете дня. В последние годы я выбиралась за стены дворца исключительно ночью, очищая столицу от опасных банд или психопатов с неограниченными возможностями в виде связей рода или полного кошелька, доставшегося от родителей.
А теперь я могла просто идти и наслаждаться прекрасными видами.
Шумные улицы, наполненные запахом свежей выпечки, яркие от цветных торговых палаток и находящиеся в постоянном движении из-за непрерывного потока горожан… наполняли моё сердце радостью.
Цай должен выстоять.
Восток должен сохранить эту бурлящую энергию жизни – несмотря ни на что. В истории нашего государства было много правителей, навлекавших гнев соседей на родные земли, но ещё ни один не сдавал назад и не позволял врагу притеснять жителей великого материкового гиганта.
Но одна лишь мысль о том, что Каян может привести своё безумное от жажды отмщения, войско к нашим границам, не встречая никакого сопротивления на землях дружного нам герцогства… заставляла меня хватать воздух ртом, испытывая головокружение.
А, может, всё дело в усталости, которая валила меня с ног.
Я утомилась не только физически. Я так утомилась от тяжких дум. За последний месяц я взвалила на себя слишком многое...
Но не от меня зависит мир на всём материке: это мой дядя должен быть гарантом целостности восточных земель, а не принцесса без права унаследовать трон. Наследницей меня зовут лишь номинально: истинный преемник власти – мой брат Аэрон, сын дяди. И это он сейчас должен придумывать, как защитить Цай, а не я.
Эта простая логическая цепочка ещё некоторое время крутилась в сознании, словно змея, кусающая себя за хвост. А потом я просто устала думать. И таким нехитрым способом сняв с себя всякую ответственность, я почти бессознательно добрела до высокой стены, отделявшей Солнечный дворец от жителей столицы.
Однако, у бокового входа для слуг поняла – что-то не так.
Точнее, даже не то, что «поняла»: я увидела, что меня встречает не Советник, не начальник стражи и даже не управляющий крылом наследной принцессы...
Меня встречал вооруженный отряд элитной охраны, переодетой в штатское.
– Что здесь происходит? – спрашиваю почти без сил.
– Самозванку, посмевшую назваться именем принцессы Цай, велено взять под стражу и отвести в допросное отделение, – бесстрастно произносит один из отряда, глядя куда-то поверх моей головы, затем добавляет, взглянув в глаза, – лучше вам не сопротивляться: не стоит привлекать внимание горожан и сеять смуту в столице.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– И кто решил, что я – самозванка? – без особого интереса уточняю, оценив, как хитро они ограничили меня в действиях.
Да, настоящая принцесса Аянэ Тэра никогда не станет сеять смуту в столице. Она не навредит своей семье и благополучию Цай – в целом.
