Попытавшись пошевелиться, я поняла, что у меня болит живот. Нет, он не просто болит. А после того, как я попыталась ощупать рукой больное место, чуть не взвыла. Все ясно: вчерашний выстрел не прошел даром. Готова спорить, что если снять платье, то на моем бедном, почти лишившемся жировых запасов животике окажется огромный синяк.
Преодолев себя, я повернулась на бок, чтобы полюбоваться на храпуна. Дей спал все в той же одежде, в которой я увидела его в тронном зале. То есть в одних штанах. Правда, открытых ран уже почти не было. Зато весь торс в синих и желтых разводах. Синяки. Осторожно дотронувшись до них, я ощутила тепло его тела и улыбнулась.
– Здорово тебя отделали...
Я сказала это достаточно тихо, но храп перешел в сопение. Проснулся? Да вроде нет. Хотя, кто знает, может притворяется. С кряхтением я заставила свою тушку приподняться и занять сидячее положение верхом на распластавшемся кнерте.
– Вставай, зараза, скандалить будем.
Я пробежалась пальцами по его бокам, щекоча самые чувствительные места. Дей зашевелился и улыбнулся.
– Лина, а может не будем скандалить? Ну честно, я больше не буду...
Он поймал мои руки и поочередно поцеловал, вызвав короткое замешательство.
– Чего ты больше не будешь? - спросила я нарочито медовым голосом.
Дей завозился, но шансов сбежать я не оставила.
– Не буду больше устраивать твою судьбу, не предупредив об этом тебя.
Он сказал это с таким серьезным видом, что я закипела.
– Ах, значит не предупредив! Неправильный ответ! Меня надо спрашивать. Со мной надо советоваться! Ты, ты... да ну тебя, на фиг. Все, делай что хочешь, а я сматываюсь.
Далеко уползти мне не дали. Стоило дернуться, как я оказалась прижатой к кровати немалым весом демона. Дыхание перехватило. Проклятый ошейник! Я судорожно схватилась за сей брачный атрибут, пытаясь освободить горло. Дей заметил это движение и горько ухмыльнулся.
– Не волнуйся, подобные вещи реагируют только на сам акт измены. Поцелуи, объятия, заигрывания - это дозволено, я тебе честно говорю.
– Может и дозволено. Но лучше не стоит. А то увлекусь - и все зайдет слишком далеко. А моему незадачливому любовнику придется еще и труп прятать.
Он снова усмехнулся и провел рукой по моей щеке.
– И ты собираешься всю жизнь соблюдать верность этому маскару? Он того не стоит.
– Тебе не кажется, что мы отклонились от темы? Когда я собиралась уйти, обсуждались наши с тобой взаимоотношения, которые подошли к логическому концу. Ты теперь снова темо. Как я понимаю, Целестин скоро станет Императором, а ты займешь место наследника. Все будет тип-топ, а я, наконец, уберусь из этого дурацкого мира.
Он снова улыбнулся, что я посчитала угрожающим знаком. Какого хрена он улыбается? Так радуется, что скоро отделается от меня? Или надеется, что перед отъездом я не стану утруждать себя местью за навязанный браслет? Ага, щаз. Месть - это святое.
Дей наклонился к моему уху и легонько выдохнул, отчего по телу побежали мурашки. Ой, я же сейчас забуду про ошейник, и придет мой конец.
– Я тебя никуда не отпущу, - ласково прошептал кнерт.
– Что-о-о?
Уловив мое возмущение, Дей скатился с кровати, вцепившись обеими руками за самое сокровенное. Но на этот раз я не собиралась с ним драться. Меня захлестнула обида:
– Не смей, Дей! Не смей так говорить! Я не твоя собственность! Я сама распоряжаюсь своей судьбой. И раз я решила вернуться домой, я вернусь! И никто меня не остановит! Не смей вставать на моем пути...
Я кинулась к двери, сдерживая слезы злости. Что-то плаксивая я в последнее время стала - не к добру. У двери Дей меня перехватил, схватив за запястья и опасливо косясь на коленки.
– Дура! Дура ты! Выслушай меня! Я люблю тебя! И если бы ты не была сейчас замужем за этим грязным маскаром, то стояла бы рядом со мной на нашем свадебном пиру! Не смей лягаться, я тебя все равно не отпущу! Ты мне нужна... уй, зараза...
Лягнув его еще раз, я вылетела из комнаты, пылая гневом. Вот ведь, тоже мне темо - даже в любви толком признаться не может! Не отпустит он меня, ага. Да кто его спрашивать будет? Тоже мне самая громкая жаба в дворовой луже. Так я его и послушалась. Сказала "уеду", значит уеду. Пусть рискнет меня остановить.
– ...Лина, ты чего такая злая? С Деем поскандалила?
Целестин перехватил меня в коридоре, загородив собою проход. Чтобы успокоиться, я принялась разглядывать бывшего заключенного. В отличие от своего брата, он уже с утра оделся во все новенькое и чистенькое, а следы побоев на лице и руках удачно замаскировал пудрой. Волосы были тщательно прилизаны и убраны в косу.
– Привет, Целестин. Неплохо выглядишь. Хотя растрепанный и в обычной рубашке ты мне нравился больше. Как дела?
Он улыбнулся и подал мне руку, смутив этим неимоверно. Нашел, блин, леди: встрепанную, неумытую, с размазанной косметикой, в мятом платье, да еще и с пятном от вина и дыркой от пули! Кстати, пора бы бронежилетик снять, а то все тело болит от него.
– Дела идут своим ходом. Тебя наверно надо проводить в лечебное крыло дворца? Пойдем.
Он подхватил меня под локоть и потащил по коридору, мило улыбаясь и ожидая, пока я перестану пыхтеть. Ждать ему пришлось необычайно долго. Аж пятнадцать минут.
– Успокоилась? Вот и прекрасно. Так из-за чего вы с Деем поцапались? Неужели все еще из-за браслета? Ну, Лина, ты же взрослый человек...
– Твой брат - свинья, каких мало! Возомнил, что вправе решать, как я буду дальше жить. Тоже мне, нашелся, понимаешь ли. Правильно говорят: добрые дела наказуемы.
Он остановился и положил свои теплые руки мне на плечи.
– Лина, мой брат всего лишь не привык общаться с такими девушками, как ты. Он действительно любит тебя, уж поверь, я знаю. Просто это новое для него чувство, и он не знает, как его выразить. Хочет защитить, а в итоге ограничивает твою свободу. Хочет сказать что-то хорошее, а брякает такое, будто его не учили дипломатическому языку. Ты много для нас сделала, и я не вправе просить тебя еще о чем-то, но все же, может ты дашь ему шанс? А я его научу правильно выражать свою любовь.
Я скривилась. Любовь некоторых опасней ненависти.
– Целестин, я очень хочу домой. И пусть я почти уверена, что долго там не смогу жить после всех пережитых здесь приключений, но мои родители! Я должна их увидеть, сказать, что со мной все в порядке. Так что при всем желании я не могу остаться. Я вернусь домой - и не факт, что смогу попасть обратно.
Он мягко улыбнулся и вновь потащил меня куда-то за руку.
– Ну, раз ты твердо решила, то возвращение твое мы обеспечим. Об этом не волнуйся. И у меня к тебе несколько просьб все же будет. Первая: не уходи от нас, не попрощавшись. Вторая: останься на мою коронацию, а лучше всего и на свадьбу, которая будет на следующий день после коронации. И третья: обязательно к нам возвращайся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
