В этот момент поднялся Чарльз с подносом, заполненным разнообразными ароматными закусками и свежими бокалами с напитками.
— Ладно, ты сама напросилась, — проследив, как мужчина разложил тарелки и собрал пустые кружки, подняла лукавый взгляд на Паймон, которая уже протянула руки к еде, забыв обо всем напрочь.
От моих слов навострила уши не только фейка, которая успела сцапать два куриных шашлычка, даже Барбатос резко обернулся, прекратив сверлить взглядом бокал в моей руке.
— Запомни фразу «In vino veritas, in aqua sanitas». С одного древнего языка переводится как «истина — в вине, здоровье — в воде». Смысл сей фразы прост — если что-то было задумано во время пирушки, то обязательно обдумай на трезвую голову. Если на пиру держал совет, то с чистой головою дай ответ, — наставительно произнесла, вскинув палец.
— Ой… кажется, Паймон поняла! — девочка распахнула глаза в озарении. — Нет! Не надо петь! Паймон передумала!
Но было поздно.
Хотела? Получай!
Постукивая пальцами по столу для ритма, я с легким прищуром запела.
Как жаль, что не научилась за свою жизнь играть хотя бы на гитаре, как самом распространенном инструменте. Два дворовых аккорда в далеком подростничестве, когда собиралась с компанией у подъезда, — не считаются. Вряд ли сейчас даже выйдет повторить их.
Одна принцесса мечтала о принце, [Сны Саламандры — In vino veritas]
О том самом принце на белом коне.
Но принцы не едут, и кони не скачут…
Да, этот сюжет знаком вам и мне.
Устала принцесса сидеть в старом замке,
Открыла бутылку хмельного вина,
Глоток за глотком, бокал за бокалом
И в небе с драконом кружится она!
In vino veritas,
Крутится-вертится,
Шаг за шагом, глоток за глотком.
In vino veritas,
Даже не верится,
Что лучше принца — обычный дракон!
Один славный рыцарь объездил пол мира,
Молва пронеслась об успехах его,
И злато! И слава! Но где же любовь?
Не мог себе рыцарь найти никого.
Однажды он встретил злую колдунью,
(Но ей тоже очень хотелось любить)
В вино ему приворотное зелье
Она подлила и просила испить…
In vino veritas
Крутится-вертится,
Шаг за шагом и поворот,
In vino veritas,
Даже не верится —
Рыцарь теперь от нее не уйдет.
К нам присоединился Дилюк, успевший умыться и переодеться, оставаясь в рубашке и жилетке, да чистых брюках. Он, подхватив стул с соседнего стола, присел напротив меня, кинув острый взгляд на Кэйю, который оказался по правую руку от мужчины, и придвинул ближе тарелку с мясным ассорти, цепляя вилкой один кусок.
Кэйя усмехнулся и откинулся на спинку стула, слушая мое исполнение.
По-моему, самым счастливым был Барбатос, который от удовольствия аж зажмурился, покачиваясь в ритм.
Одна королева устала от власти,
От мужа, престола, аж жизнь не мила
Спустилася в погреб, открыла бутылку
И выпила залпом.
Такие дела.
И вот король не такой уж и гадкий,
Богатства несметные радуют глаз!
Смотрит король и смеется украдкой,
«Вот дура чумная, и так каждый раз!!!»
In vino veritas
Крутится-вертится,
Шаг за шагом, играй свою роль!
In vino veritas,
Даже не верится —
Королева пьяна, а смеется король.
Я слегка понизила голос, вглядываясь в искрящиеся от веселья глаза ребят.
In vino veritas,
Множество истин,
Множество истин, а правда одна:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Если тебе очень грустно и плохо —
Просто возьми и выпей вина.
Легко улыбнулась и окинула взглядом людей.
Было заметно, что, несмотря на концовку песни, атмосфера заметно разрядилась и все расслабились, переключаясь на напитки и еду. Не было ощущения угнетения, что витало ранее, как и опаски. Они выглядели… свободней. Дышали легче.
Отдыхали.
— Паймон так и знала, что ты споешь о вине, — фыркнула девочка, ткнув в мою сторону пустой шпажкой от шашлычка.
Я поджала губы и развела руками. Мол, такие дела.
— Так нечестно! — она топнула ножкой по воздуху. — Паймон хотела что-нибудь веселое, раз о еде спеть не можешь.
— Много хочешь, мало получишь, — пожала я плечами и придирчиво осмотрела стол на еду, раздумывая — мясо или… мясо?..
Какой сложный выбор.
Вздохнула и подцепила сэндвич с мясом, помидором и зеленью.
— А по мне так, очень веселая песня, — высказал свое мнение Беннет, который, хоть и присутствовал с нами, но стеснялся влезать в чужие разговоры.
— Лучше бы снова сказку попросила, — печально пробормотала Паймон, хватая рыбный шашлычок и заедая свое горе.
Я на это весело фыркнула и покосилась на элементаля, который незаметно уселся около моей руки с кружкой. Заметив мой взгляд, он невинно и мило улыбнулся, на что хмыкнула с пониманием. Только, не-а, я вижу все твои ходы, и у меня ты в посуду не нырнешь. Так что не строй глазки.
— Значит, ты не только странствующий сказитель, — каким-то особым тоном заметил Кэйя, между делом обмакивая кусочек говядины в соус, — но еще и певец?
— О, это по настроению, и если плата устроит, — хмыкнула я и уткнулась в кружку, отпивая сидра, а после цепляя шашлычок, пока фейка все не заточила.
— Хм-м, я бы послушал какую-нибудь… историю, — с прищуром посмотрел на меня капитан кавалерии. — Допустим, на две бутылки лучшего вина. Как тебе такая плата?
Я задумчиво нахмурилась, потерев подбородок.
Под рукой активно закивал Барбатос, явно, чтобы я согласилась, не раздумывая. Дилюк оторвался от еды и с подозрением покосился на сводного брата, явно подозревая, что эти бутылки ненароком заберут из запасов винокурни. По-братски.
— Что-нибудь… о ветре, раз уж мы из Королевства Ветров, — дополнил Кэйя.
Я вскинула бровь.
Это он так пытался манипулировать, или что? Или после той истории на собрании, подумал, что я еще какие-либо факты из прошлого вытащу, которые никто не знает?
Не-а, хитрый капитан.
Я расскажу историю, которую только что сочинила! Точнее, расширила одно поверье.
Ощущала себя коварным демоном, который любыми способами пытался юлить, чтобы заиметь выгоду и чужую душу, хах. Но все-таки никак не работать честно, любыми способами трактуя договор, как ему удобно.
Так что в следующий раз, господин капитан, будете говорить конкретней и прямо. А то вы с Дилюком как два сапога пара.
Допив сидр, задумчиво посмотрела в пустую кружку и подняла взгляд на ожидавшего ответа или рассказа Кэйю.
— В одном небольшом порту на берегу огромного моря каждое утро на пристани стояла юная девушка, сжимая в руках кулон с обещанием, — начала я легким и спокойным голосом. — Все ее знали в тех краях. Как и знали, кого с тоской ждала. Ежедневно с самого рассвета она приходила и смотрела на восход, в надежде, что сейчас на горизонте покажется корабль, что увез ее любимого, на которого пал Взор Божества. Юношу, что ушел на войну на чужой земле по воле богов. Но день подходил к концу, а знакомые паруса не показывались. Так было изо дня в день. И сердце юной девушки не выдержало. Она пришла на высокий утес, обдуваемый всеми морскими ветрами, и, упав на колени и вскинув руки, в отчаянии взмолилась богам. Но боги были глухи к ее мольбам и боли, воюя между собой, — у руки будто по волшебству оказался новый бокал с сидром, который я поспешила глотнуть, чтобы промочить горло, и продолжила рассказ. — В тех скалах обитал маленький дух ветра — Бриз, любивший играть в расставленных на сушку сетях, звонить в развешенные колокольчики у домов и наполнять паруса рыбаков силой. Он услышал отчаянный зов юной девушки и решил помочь ей. Из благородства ли, или жалости, а может потому, что она делала красивые и яркие ветряные мельницы, расставляя те на заборе у дома своего, и с которыми он любил часто играть, но Бриз бросился за море, на чужую, опаленную чернотой войны, землю, найти возлюбленного несчастной девушки. Но как бы он ни спешил и ни старался, нашел разбившиеся о скалы корабли после бушующего шторма. Победив в чужой войне, они проиграли природе, утонув в морской пучине. Боги бросили их. Бриз вернулся ни с чем, мазнув по щеке девушки легким ветерком. Неимоверное горе охватило сердце девушки, а душу разорвало на сотни кусочков. Не зная себя, она бросилась со скалы, и волны приняли ее как родную. С тех пор одинокая чайка летала над морями, провожая заблудшие корабли до дома к их семьям, спасая моряков из шторма и указывая дорогу до Грани утопленникам. А маленький Бриз трепал перья чайке, сопровождая всюду ее. Крик чайки — есть плач ее по погибшему возлюбленному, которого бросили боги.
