– Мне что делать? – спросила Энджи и приготовила пистолет-автомат.
– Побудь пока здесь, у входа. Если опасности не будет, мы тебя позовем.
Мы зашагали по лестнице с оружием наготове, остановились напротив блестящего стального люка, похожего на корабельный, где красовалась табличка, не испорченная временем: «No admittance», правее нее была ручка в форме руля. Пригоршня ткнул в табличку:
– Что тут написано?
– Посторонним вход воспрещен, – перевел я. – Значит, нужно внутрь.
– А как открывать?
Закинув винтовку за спину, я принялся крутить руль из стороны в сторону. И вскоре мои усилия были вознаграждены: дверь тяжело открылась внутрь помещения. Кроме того, вдоль стен затрещали люминесцентные лампы – автоматически сработал генератор. Вообще автономное электричество в Зоне – роскошь. Выброс выводит из строя все, оставшееся на поверхности земли.
Пригоршня привалился к люку, открыл его, и мы вошли в небольшой предбанник, выложенный белой плиткой. На вешалке висели медицинские халаты и костюмы, за стеклом – верхняя одежда.
– Очччень интересно, – проговорил Пригоршня, толкнул белую дверь.
Лампы дневного света озарили секретную лабораторию.
Операционный стол, железный, как в анатомическом театре, не пустовал. На нем железными обручами на запястьях и лодыжках был надежно зафиксирован мумифицированный труп (то есть, в момент операции, возможно, не совсем труп). Наркозная маска валялась на полу вместе со скальпелями и лотком для использованных бинтов и инструментов. Надрез на черепе, очень характерный, выдавал будущего желдака. Труп разинул рот, демонстрируя ровные белые зубы, что намекало на молодость подопытного.
Троих его мучителей в зеленых брючных костюмах и масках возмездие настигло тут же. Один натовец лежал.
Видимо, эксперимент проходил во время Изменения, и человек погиб под ножом.
– Что там? – донесся голос Энджи. – Вы живы?
– Все нормально, – отозвался Пригоршня. – Тут лаборатория. Можешь спускаться.
Так вот, где их производили – идеальных солдат Америки.
В подвале, надежно заэкранированном от аномального излучения Зоны.
Вспомнилась история психиатрии: когда только отрыли лоботомию, по Америке колесили фургончики, в которых врачи быстро и дешево делали эту операцию. Подросток неуправляемый – добро пожаловать, сделаем тихим! Теща достала? Давайте к нам, больше не вмешается в ваши дела.
Хирургическим вмешательством в мозг пытались изменить желдаков. Изменили. Сделали послушными дебилами.
– Вот уроды, – возмутился Пригоршня. – Ты посмотри на его форму! Это ведь не зэк, а наш брат-сталкер, из группировки «Воля».
Сразу подумалось о том, сколько пропавших сталкеров сгинуло в аномалиях и погибло от лап мутантов, и сколько пали жертвами натовцев. Удобно устроились, натовцы. Не факт, что всех жертв эксперимента оставляли в живых, как желдаков. Себе я пожелал бы смерти. Представлю, что превращусь в дебила, и волосы дыбом встают.
Энджи задумчиво уставилась на подопытного, обхватив себя руками.
– Совсем оборзели.
– Ты что! – деланно возмутился я. – Они несут свет демократии нам, варварам.
– Ну его, – вздохнул Пригоршня. – Даже утки расхотелось.
Мы обыскали помещение, нашли еще несколько подсобок, в одной стояли автоклавы, во второй хранились медицинские инструменты и приборы, поросшие пятнами плесени.
– Ничего полезного, – резюмировал Пригоршня и громко чихнул. – Пойдем отсюда, сыростью воняет.
По лестнице мы поднялись наверх. За стенами гудел ураган. Барабанный бой капель дождя слился в монолитный гул.
– Рябят, – позвала Энджи, – мальчики, гляньте-ка!
Она сдернула тряпку, закрывающую дальнюю от двери стену, и за ней обнаружился арсенал. Мы, как во сне, подсвечивая фонариками, подбрели поближе. Аккуратно, рядами, стояли винтовки. На полках, как на витрине, разложены были пистолеты. Отдельно, в ячеистых ящиках, лежали гранаты.
И ножи, ножи на подставках…
И камуфло – «мультика́м», натовское родное, не что-нибудь, аккуратными стопками. Ботинки расставлены по размеру.
Пригоршня шумно сглотнул слюну:
– Мальчики и девочки, мы – в раю.
Даже мне, не армейскому, не фанатику разнообразного оружия, было видно, насколько все качественное. Да, наши «эмки» – очень и очень достойные образцы, наверное, лучшее, что можно купить за деньги в Зоне. Но здесь было собрано то, о чем мы только читали – натовцы не продают оружие на нашей территории. Были здесь штурмовые модульные винтовки «SCAR» бельгийского производства, с подствольным гранатометом и без, длиннодульные, изящные, черные. И для ближнего боя – с укороченным хищным стволом. И британские Enfield SA-80, длинноствольные, удобные в руках, выглядящие футуристически. И немецкие модульные карабины HK416, внешне похожие на бельгийцев, и американский «Бушмастер», в девичестве – «Массада», и пистолеты Heckler-Koch USP, универсальные, на американский рынок ориентированные, сорокового калибра, ничуть не хуже любимого моего «глока»; и американские Smith & Wesson «Military and Police» – тезки знаменитого, легендарного даже револьвера. И осколочные ручные гранаты M67 американского же производства… Были и немецкие гранаты – ручная наступательно-оборонительная DM51. И не по одной единице. Все это оружие я знал, но только по картинкам в сети и горячим обсуждениям на форуме…
– Богато живут натовцы, – пробормотал Пригоршня. – Ты смотри! «Бушмастер»! Клевая вещь!
– Ну не знаю, – пожал плечами я. – По-моему, громоздкий он какой-то. «Булл-пап» мне больше нравится.
– А! – махнул рукой Пригоршня. – Много ты понимаешь, штафирка! Компоновка «булл-пап» – вчерашний день!
– А «Таворы»? – съехидничал я.
– «Тавор» – вещь, – согласился Пригоршня. – А «Энфильды» – говно. Их еще после «Бури в пустыне» сами англичане материли. Песку нажрутся – и заклинят.
– Откуда у нас песок? Чай, не пустыня!
– Зато грязищи хоть отбавляй! А вот «Бушмастер» – он же по надежности, как «калаш»! Ни грязь его не берет, ни вода!
– Ну так и таскай «калаш», если он тебе так нравится, – предложил я.
– «Калаш», конечно, гениальный автомат, – согласился Пригоршня. – Но свое отслужил. Морально устарел. Неудобный он, вот. Дешевый – да, простой – да, любого папуаса можно научить за полчаса, но дизайн… Сейчас в ходу модульный дизайн. Вот смотри: я ж из «СКАРА» за пять минут и без всякого инструмента могу сделать десять разных винтовок. Надо снайперку – ствол длиннее поставлю, приемник под натовский патрон семь шестьдесят два с утяжеленной пулей, оптику сверху. Надо штурмовую – ствол короче, патрон от «калаша», коллиматор. Надо для ближнего боя – фонарик повешу, ствол еще короче, приклад сложу. Конструктор, блин!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
