— Эм… вакцину, — наивно предположила я. — Да ты не расстраивайся, она почти свежая, не успела полностью пропечься. Уверена, в недрах, хм… объекта ты найдешь все необходимое для создания вакцины.
Роуз умильно потрясла короткими ручками в воздухе и, погрозив мне пухлым кулачком удалилась, тихо рассуждая сама с собой, каким именно образом следует со мной расправиться, когда все закончится.
Закрыв Гиро в стеклянной камере, я подошла к отсеку Якуба. Выглядел тот совсем плохо. Бледная кожа была сплошь усыпана белесыми волдырями с ярко-красной каймой. Якуб уже не мог вставать с постели. Он лежал с закрытыми глазами, прерывисто дышал и обливался потом.
— Якуб, ты слышишь меня? — позвала я, нажимая клавишу переговорного селектора. — Якуб?
Он не реагировал. В соседнем помещении Роуз колдовала над хирургическим столом. Я устало опустилась на слегка прогнувшийся подо мной пластиковый стул. Как же я устала от этой глупой бестолковой игры.
Запах кофе, исходивший от стоящей передо мной дымящей кружки, сводил с ума. Я сделала глоток и не почувствовала ничего.
— Вы завершили испытание. Общая сумма штрафных баллов — восемьдесят шесть.
Для меня закончился еще один этап. За стеной боролся за жизнь Якуб. За стеклянной перегородкой Роуз торжествующе закричала, вскинув вверх руку в окровавленной перчатке. Теперь и у этих двоих появился шанс на успешное прохождение испытания.
Я откинулась на спинку стула и попыталась расслабиться. Впереди меня ждало очередное погружение в безумие. Какое именно — я не желала гадать. Еще несколько минут, и я это узнаю.
***
За отворившейся со скрипом дверью обнаружился пустырь. Впервые за последние часы Эмили позволила себе немного расслабиться. Дрожь, поселившаяся в ее руках в тот момент, когда пистолет выплюнул сгусток плазмы, а в груди незнакомого мужчины розой распустилась дыра, не желала покидать своего облюбованного места. Измученная девушка, с ног до головы вымазанная в техническом масле с прилипшими поверх него барашками свалявшейся пыли, едва переставляла ноги. Эмили страшно хотела пить, но воды не было.
Кусты, уныло помахивающие ветвями на ветру, были жидкими и не заслоняли открывающееся перед девушкой пространство. Где-то там, впереди, был космопорт — ее единственная надежда. Эмили устало опустилась на колени. Пара десятков километров для здорового отдохнувшего человека — не расстояние. Но не для нее.
Ужасно болела раненая рука. Тот, кто в нее стрелял, оказался не столь метким, и это спасло Эмили жизнь. Еще он был нерасторопным, за что поплатился уже своей жизнью.
Девушка с жадностью вдыхала свежий воздух, но еще совсем недавно она задыхалась на нижних уровнях, где почти не было кислорода, а затем со свистом проталкивала в горящие от натуги легкие миазмы, заполнившие зону переработки. Там ее едва не схватили. Помогла чудо — один из металлических мостков не выдержал веса преследователей. Мужчин поглотил чан с щелочью — уйдя на дно, на поверхности они больше не показывались.
Эмили делала все, как ей велел загадочный голос. Она доверилась ему без остатка, и раз за разом его наставления спасали девушке жизнь. Теперь оставался последний этап. Эмили безумно тянуло домой. Она могла бы выбраться на шоссе и доехать до своей уютной квартирки, где ее ждала любимая кошка и замороженная лазанья. Однако Эмили не станет этого делать. Голос велел добраться до порта, и она доберется.
В неглубокой продолговатой канавке что-то блеснуло. Эмили глухо застонала. Снова опустившись на колени, она рыбкой нырнула вниз и с жадностью припала губами к небольшой лужице. У девушки от наслаждения подрагивали руки. Скажи ей кто-то, что однажды Эмили придется лакать грязную воду с земли, словно дворовой псине, девушка бы высмеяла этого человека, однако от реальности не уйти.
Вода кончилась слишком быстро, и Эмили разочаровано помотала головой. Больше медлить было нельзя, корабль уходил на рассвете, а впереди нн ждал долгий путь.
Чуть поодаль, вдоль пустоши шла дренажная канава, теперь наверняка заполненная жидкой грязью. Эмили придется преодолеть первые несколько километров едва ли не ползком. Затем ее встретит забор и пост охраны. Она уже знала, как поступит с теми, кто может попытаться ее задержать. В лесу будет легче. Возможно, будет. До рассвета еще есть немного времени. Она успеет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
***
Казалось, прошла вечность с того момента, как прекратился допрос. Лаэс сидела на жестком табурете в абсолютно пустой комнате. Она отчаянно хотела курить. Ей задавали сотни вопросов, но не желали отвечать на ее собственные.
Лаэс беспокоилась о судьбе Бьерна. Девушка попыталась увязаться за группой реанимации, увозившей ее подопечного в операционную, но в коридоре Лаэс грубо оттеснили в сторону. Перед ней, как по волшебству, появился Аттис Кори. Он усадил ее на этот треклятый табурет, и начался допрос. Вопрошающий голос звучал из-под потолка. Он резал слух и ввинчивался в мозг незримым буром. Наконец, ее оставили одну.
Металлическая дверь приоткрылась, и в комнату просочился невзрачный тип. Мелькни такой в толпе, и взгляд соскользнул бы с него, как с пустого места, не сумев зацепиться за что-то особенное.
— Вы свободны. Пока что. Можете ехать домой, если понадобитесь, вас вызовут, — тихо проскрежетал незнакомец. — Настоятельно советую дом в ближайшие дни не покидать.
Стараясь не сорваться на бег, Лаэс максимально быстро покинула недружелюбный этаж. В лифте, стремительно поднимающегося к парковочному уровню, она позволила себе немного расслабиться.
Лаэс пыталась понять, во что она умудрилась на этот раз вляпаться, но ничего путного в голову не приходило. Она оказалась жертвой обстоятельств, и выпавшая ей роль совершенно не нравилась девушке. Лаэс тряхнула головой, отгоняя дурные мысли.
Лифт мелодично звякнул, и выпустил ее в просторную бесконечность парковки. Ее маленький, но весьма не дешевый кар весело мигнул, отозвавшись на команду с браслета. Лаэс была не в состоянии управлять шустрой механической малюткой самостоятельно, а потому, передав управление искусственному интеллекту, с облегчением откинулась на мягкую спинку кресла.
Кар начал медленно выруливать с парковки, постепенно набирая скорость. Лаэс показалось, что она успела задремать, когда кар резко остановился.
Снаружи светило яркое солнце, приглушаемое настраиваемой тонировкой стекол. Лаэс уже успела забыть, что такое солнечный весенний день. Последнее время она в основном прозябала на роботе, не поднимаясь на поверхность. Отгоняя дремоту, девушка не сразу осознала причину остановки.
Кар успешно преодолел пропускной пункт и мирно катил к городу, но теперь дорогу ему преградил массивный черный грузовик с непрозрачными стеклами. К дверце водителя кара подошел высокий человек. Он что-то говорил, но Лаэс его не слышала. Она опустила стекло, и в этот момент в ее лицо из компактного пульверизатора ударила струя. Лаэс вскрикнула, и потянулась руками к лицу. Она испугалась за свое зрение, но жидкость, попавшая на кожу, здоровью девушки не угрожала.
Движения Лаэс потеряли четкость, и девушка почувствовала сильную сонливость. Мужчина, тем временем, бесцеремонно просунул руку в окно кара и нажал на кнопку открытия дверей. Лаэс попыталась этому воспрепятствовать, но руки ее уже не слушалась, она лишь впустую мазнула пальцами по панели управления. Уже проваливаясь в сон, девушка почувствовала легкий укол в предплечье.
Лаэс выволокли с водительского сидения и без особых нежностей потащили к грузовому отсеку перекрывшей дорогу машины. На водительское сидение кара скользнула рыжеволосая девушка. Приложив свой браслет к панели управления, она долго возилась с кодом доступа. Наконец, кар признал ее. Развернувшись, рыжеволосая направила шуструю машинку к боковому съезду с дороги.
Постояв еще пару минут, грузовик зарычал мощным двигателем и, поднимая за собой пелену сизой пыли, двинулся в противоположную от города сторону. Лаэс заснула, чтобы проснуться в новом и совершенно незнакомом для богатой и избалованной девушки будущем.
