целей. И если эти три могут быть неосуществимыми, то вот четвертая успешна в любом случае. Нападение на столицу покажет слабость их защиты. Они стянули слишком много войск в кулак для сражений с нами, и обороняться им почти нечем… Когда они осознают это, вкупе с тем, что не смогут атаковать нас в Альтераке, им придется просить перемирия.
Тишина в помещении стала густой и давящей.
— Война истощает. Даже если армию содержат сразу все королевства, это может очень быстро сломить даже такую продовольственную вольницу как Лордерон. Стромгард уже не может производить еду из-за войны, Гилнеас прокормит разве что себя, Альтерак на нашей стороне, а Лордерон еще не скоро оправится после осады. Кул-Тирас я тут даже не рассматриваю. Если война затянется, то Альянсу придется пойти на переговоры с нами. Если у нас будут заложники и будет убит король Теренас, то условия могут быть любыми, но нам они не так важны.
Да, планы внутри планов.
— Заставив Альянс временно отступить, мы сумеем вернуться к Порталу, и тогда я заявлю свои настоящие права на пост Военного Вождя Орды, и остальные кланы не смогут мне отказать. И уже с таким подкреплением мы вернемся и раздавим всех наших врагов.
Да, это было еще одной причиной такого плана.
Чтобы доказать остальным кланам, оставшимся на Дреноре, что Оргрим достойный вождь свей Орды, он должен покрыть себя славой, победами и почетом. Компания в Кель’Таласе принесла ему немало как материальных, так и военных заслуг, ведь в том отступлении армия все же винит Зул’Джина, а не Молота Рока, их же отход воспринимается как грамотный тактический ход. Также такие ненавистники как Рендал и Мейм не смогут подкопаться.
Потому даже если кампания у столицы провалится, то само действие уже отпечатает Оргрима как величайшего вождя Орды и ни один клан не посмеет оспорить это. Песнь Войны, Костеглоты, Громоборцы, Призрачная Луна, Изувеченная Длань, Веселый Череп, Костедробители и даже те несчастные больные, никто не посмеет сказать что-то против. А те, кто все же разинет пасть, будут вызваны на Маг’гора и убиты его молотом.
Он приведет Орду на богатые, плодородные земли Штормвинда и тогда у Альянса будет выбор — сражаться уже с полноценной Ордой или продлевать мир, но уже на условиях Оргрима.
— Сила — вот что управляет миром, но не сила личная, а то какую мощь ты можешь противопоставить своим врагам. Один факт твоей угрозы, которую никто не сможет остановить заставит врагов думать и опасаться, а потому искать повода для переговоров. Альтерак уже доказал это, а потом и остальным придется или склонить головы, или откупиться. Наша победа — вопрос времени!
Закончил свою речь вождь…
Глава 27. Глаза дикаря
Стоя у самой столицы Лордерона Оргрим обдумывал детали.
Этот город очень хорошо защищен. Осада идет вторую неделю. Пусть с трудом, но армия продвигается. Альянс не ожидал атаки прямо в свое сердце и не имел достаточно войск, чтобы защитить его. Впрочем, из этого положения они вышли довольно …творческим методом, набрав ополчение из горожан спешно «спасенных» от толпы жителей окрестностей. Учитывая, что в столице на случай голода были построены буквально гигантские зернохранилища и проблемы с едой им не грозят несколько месяцев, ход беспроигрышный с точки зрения военных перспектив… Но абсолютно безжалостный к людским ресурсам. Необученное мясо десятками гибло «за Свет и Корону», но, к сожалению, нередко успевало унести с собой в могилу невезучего орка.
Такова уж специфика осады, чтобы приложить между ушей взбирающегося на стену врага не надо ни особого мастерства, ни даже боевого опыта. Даже калека с простым камнем может быть опасен на высокой стене или на крыше дома, откуда он этот камень сбросит. Орда выучила сей кровавый урок во время осады Шаттрата, когда, казалось бы, неостановимая армия, получившая сомнительное, но все же действенное «благословение» Чаши Единения, едва не была сломлена кровавым штурмом и городскими боями. Если бы на острие атаки был кто-то менее доблестный, чем Песнь Войны и Громмаш, если бы их не поддерживала магия Гул’Дана, если бы орки не были так воодушевлены Черноруком… История объединённой Орды могла закончиться прямо там.
У Оргрима не было харизмы Чернорука, да и Адского Крика с Гул’Даном, увы, не было тоже. Зато он мог использовать более разумные стратегии, чем «завалить телами», а людской город и близко не стоял с творениями дренейских зодчих.
Впрочем, это не означало, что он не был крепким орешком. С точки зрения фортификаций, столица Лордерона несомненно уступала дренеям, ибо, как любой большой город, нуждалась в поставках даже больше, чем в обороне. И, как и Верховный Молот и, наверное, легендарная Гория, имела для оных поставок удобные маршруты, нарушающие любые оборонительные периметры. В общем, имела обычные слабости, присущие поселениям тех, кто не умеет доставать еду практически из неоткуда…
Однако для победы этих слабостей не хватало.
За всю историю много кто осаждал город и порой даже прорывались за стены и ворота, но взять город пока ни у кого не получилось. Все дело во внутреннем устройстве.
Сам город поделен на кварталы-сегменты, разделенные стенами, радиально исходящими от внутреннего города. Казалось бы, захвати один сегмент и потом вволю штурмуй центр… Вот только захваченный сегмент превращался в арену для городских боев с постоянными вылазками из «боковых» соседей, засадами на путях снабжения, завалами на дорогах и прочим удовольствием городской войны.
Войны, разменивающей людей на время.
— Были бы дренеи такими, мы бы вряд ли так быстро их победили, — хмыкнул вождь.
Да, дренеи были могучими противниками.
У них было все — выверенное веками боевое мастерство, подкрепленное невероятной выносливостью, превосходящей даже орочью, великая магия и непревзойденное ремесло. Орки до сих пор с завистью смотрят на дренейские металлы, которые даже близко не удается повторить…
Но вот чего у них не было, так это решимости убивать и умирать. Их города были построены, чтобы защитить жителей, а не чтобы перемолоть противника. Стоило вскрыть их сколь угодно крепкую оборону, и о дальнейших боях не было смысла говорить — дренеи не сражались, они бежали. Раз за разом бежали из всех своих городов, пока не остались запертыми в лабиринтах Аукиндона… Сражались лишь те, кому было некуда бежать, или те, кто прикрывал отход других.
Люди были другими. Люди просто хотели перегрызть оркам глотку — и у них нередко получалось.
«Драконов здесь очень не хватает… Выжечь бы тут все к гоблинской матери.»
Увы, всех наездников и
