шесть часов подряд обстреливала дворец, прежде чем нам удалось заставить её замолчать ответным огнем …»
Но об этом он позаботится позже.
— Я желаю говорить с вашим вождем! — произнес Теренас с помощью усиленного магией голоса.
Орда тут же повернулась к нему и посмотрела наверх, где король стоял рядом со своими защитниками. Кто-то из троллей даже прицелился копьем, но его осадили другие.
Толпа монстров начала затихать и вперед вышел… их лидер.
Этот орк был крупнее остальных и в отличие от них облачен в достаточно искусно выкованную броню. Черных доспех с бронзовыми и золотыми элементами ярко выделялся на фоне остальных. В руках он сжимал жуткого вида массивный молот, которым даже дворфу было бы сложно использовать.
Шел он грузно, но в тоже время достаточно плавно для своих габаритов.
Он поднял голову и Теренас посмотрел ему в глаза.
К его большому удивлению он не увидел там кровожадного безумия. Его карие глаза не светились багровым как у остальных, да и сам он, несмотря на то, что только вышел из битвы, выглядел спокойно и собранно.
— Я — Голос Орды, — произнес орк тоже усиленным магией голосом. — Оргрим Молот Рока! Вот мы и встретились, Король Теренас Менетил!
— Вы многое знаете обо мне, — ответил человек несколько растерянный таким четким и хорошим произношением общего языка. — Я, так понимаю, ваши союзники из Альтерака многое поведали вам.
— Кто знает, — пожал он плечами.
Не говорит прямо. По крайней мере, осторожен.
— Как долго ты собираешься продолжать эту войну, вождь? Ты не хуже меня должен понимать, что убитый крестьянин не вспашет поле. А если Альянс настигнет голод, он в равной мере настигнет и Орду, ибо на этой земле вы едите трофейное зерно и трофейное мясо. Я видел много варварских народов, но даже гноллы не превращают набег в годичную резню, а вы не кажетесь мне глупее гнолла.
— Альянс начал готовиться к войне с нами задолго до нашего нападения, король, — насмешливо ответил Оргрим. — Война была предрешена, я лишь нанес первый удар. И, чего бы этого не стоило, нанесу и последний.
— Но можно же было поступить иначе! Можно было обойтись без всей этой войны! Столько жизней можно было сохранить! Нас, в конце концов, разделяют пол-континента, можно сколько угодно не доверять нашим мирным намерениям, но вы могли бы доверять банальной жадности! В разоренном вами Штормграде не осталось ничего, что могло бы оправдать такую экспедицию. Ничего, кроме вас. И если бы вы показали готовность сесть за стол переговоров…
— И я за него сяду, — хмыкнул вождь орков. — Но позже и на своих условиях. Разве не так ваши предки всегда делали? Если я правильно помню историю Лордерона последних ста лет, то вы немало расширялись, оторвав солидные куски Гилнеаса и Альтерака. А потом как раз закрепили завоевания за столом переговоров, заставив противника подписать нужные бумажки. Забавная традиция, кстати, мне нравится. Хороший повод полюбоваться обиженной мордой побежденного.
Окружающие орки поддержали слова вождя громким издевательским смехом.
Менетил промолчал. Тут он ничего возразить не мог, ведь правду отрицать глупо.
Да, ранее Лордерон вел активные военные действия. Порой, сам провоцируя конфликты, чтобы отнять территорию соседей. Отец Теренаса и дед были благородными людьми, но их понимание процветания было весьма агрессивным. Потому, когда Теренас взошел на престол, то приложил немало сил, чтобы постараться унять конфликты и достичь компромиссов с соседями. Это было сложно, годы работы дали результат, но, судя по тому, что случилось не полностью. С Гилнеасом удалось найти общий язык, а вот Альтерак помнит обиды и не может забыть то унижение, какое пало на них после поражения и то, как много их земли отошло победителям. Нельзя сказать, что те войны были необоснованными и каждый виноват в них по своему, но все же…
— Сильный поедает слабого. На Дреноре — это закон, это природа, это сущность, а потому мы можем понять тех, кто стремится завоевать слабых и неспособных себя защитить. Слабому не место на карте мира и если он не может выдержать ударов судьбы, то лучше ему сгинуть и не стоять на пути других!
Оргрим Молот Рока посмотрел Теренасу в глаза.
В этот момент король Лордерона понял, кто именно перед ним.
Теренас понял… он осознал, что именно делает этот орк и почему так отвечает на все вопросы.
Теперь картина сложилась в его голове.
А значит, он знает, что делать дальше:
— Тогда мы примем этот бой!
С этими словами король и его свита удалились, поспешив покинуть опасную зону. Маги уже сказали, что те существа в балахонах, что сопровождали вождя, готовили что-то и нужно уходить.
Добравшись до тронного зала, король сел на свой трон и тяжко вздохнул.
— Это было очень рискованным, ваше величество, — сказал ему советник. — Переговоры зашли в тупик.
— Это не были переговоры, — покачал головой Теренас. — Они и не могли бы случиться.
— Вы говорили с этим варваром…
— Нет, не смей так думать! — повысил голос король. — В тот момент, когда ты подумаешь, что говоришь с дикарем, ты тут же будешь убит им самым неожиданным образом. Нет. Орки — это дикие и кровожадные создания. Но их вождь не такой. Оргрим Молот Рока — это не тупой дикарь… Нет… мы имеем дело с настоящим тактическим гением, явно хорошо владеющего политическими навыками. Он очень умен и все его действия имеют весьма глубокий смысл. Стоило мне поговорить с ним, как я понял, в чем была ошибка Альянса.
— Ошибка?
Советники, маги и рыцари были ошарашенны услышанным.
— Да, мы с самого начала воспринимали Орду как просто толпу дикарей, как тролли, а те старательно притворялись дураками, чтобы все это время обводить нас вокруг пальцев. Не смотрите на них как на тех, кто глупее вас. Их вождь легко заткнет нас всех за пояс. Разговор, фактически, был просто декларацией намерений. Они пришли сюда не завоевывать крепости и не убивать ради убийств. Их цель — обезглавить Альянс, а также внести ужас остальным королям, заставив тех поддаться панике и… искать с ними мирного соглашения.
— После того что они сделали?! — возмутился один из рыцарей.
— Да. Навязанный силой мирный договор на их условиях. Убив меня — они уберут главное командование Альянса и того кто мог примирить и найти компромиссы в интересах королей. Заставив тех больше думать о спорах, чем о деле. А затем, когда междоусобица обескровит всех, они просто добьют остальных.
— Междоусобица? — не поверил советник. — Но как? Если они убьют вас, то остальной Альянс объединится и
