просто выматывает. И тут вы такая яркая, живая, вы просто лучитесь энергией. А я как выжатая и пустая — и она снова улыбнулась мне этой своей печальной улыбкой.
Да я-то тут при чем. Вот не надо меня спрашивать.
— А еще когда твой муж так невозможно привлекателен очень сложно порой сдерживать себя в рамках приличия — и она вздохнула, и мне показалось, что она сейчас заплачет.
Всё. Силы кончились. Я честно старалась.
— Так и не надо сдерживать. Вы так вообще в пушинку превратитесь. Дунь и вы улетите. Может нужно повыдергивать слишком ретивым поклонницам косы? И все сразу встанет на свои места. Вы фехтовать не пробовали? А кулачный бой? Хорошо помогает от,… ну… просто помогает.
— Вы предлагаете мне драться со всеми подряд?
— Нет. Со всеми, пожалуй, не надо. Но вот с теми, кто руки протягивает, куда не нужно, определенно стоит попробовать. Пока смотрят и ладно. Пускай завидуют. Даже гордится, что среди всех именно вы его жена. И пару драк вам не повредит.
— Вы серьёзно? — и она широко раскрыла свои невозможно прекрасные прозрачно-голубые глаза.
— Ну, да. В следующий раз, когда за ужином эта наглая тетка, что сидела слева от вашего мужа решит подложить ему салатик в тарелку, попутно потрогав за ладонь, просто запустите в нее этим салатиком. И сделайте вид, что вы тут ни при чем.
— Вы про Балаури Берилл?
— Не помню, как там ее звали, но за ужином она только и делала, что дотрагивалась то до его локтя, то до ладони. Не удивлюсь, если под столом было еще интереснее. А вы сидели вся такая невозмутимая. Только иногда глаза вас и выдавали.
— Но как же…
— Ну, скажем вчера на моем официальном представлении, было и в самом деле не с руки. Но позовите её на чай? И тортиком в декольте? Ну, или выше? А потом метелкой под филейную часть из дома. Желательно что бы все видели.
— Что бы все видели? — её глаза стали еще больше, хотя казалось куда еще.
— А зачем вам несколько раз устраивать показательное выступление? Одного раза с самой нахальной будет вполне достаточно, что бы остальные уяснили. Вы свое отдавать, не намерены, и делить тоже. Вы же дракон! Дракон сокровище не разбазаривает.
— Я как то не думала.
— А вы подумайте.
— Я же и в самом деле дракон? Почему я об этом забыла? — и в её глазах снова появился этот яркий блеск.
А не натворила ли я дел то? Поздно. Судя по высоко поднятой головке, мысли я зародила самые что ни на есть решительные.
И этот Азур сам виноват. Развел тут сонм восхищенных поклонниц и обожательниц. Нет, вряд ли он изменяет жене, но все равно султан недоделанный!
И надо бы еще добавить. Говорить так уж до конца!
— И еще. Хватит вам зацикливаться на наследнике. Дети, в смысле дракончики это прекрасно. Но и о себе не стоит забывать. Вот пусть муж за вами и бегает. А не вы за ним. И наследник тогда с большей вероятностью появится. Это не вы должны его ему подарить. А он должен добиться права иметь от вас драконят.
Ее плечи еще больше расправились, глаза горели ярче любого аквамарина. Ох и натворила я дел. Кажется, в ближайшее время Азуру будет не сладко. Ну, так она говорила, что между ними сложные отношения уже несколько лет? Ничего. Будет восполнять.
— Золтону с вами невероятно повезло, Балаури Вайолет.
— Ему со мной? Вот уж не сказала бы. Он только и занят тем, что рычит на меня. То не так. Это не эдак.
— Вы будете очень красивой парой.
— Что? Парой? Какой парой?
— Вы же поженитесь после вашего оборота в дракона? Это еще при Тинусе было договорено. Он пообещал отдать Золтону в жены первую белую драконицу, что появится в роду. А Золтон, пообещал тоже самое сделать для него. Вы не знали?
Я так и плюхнулась в кресло. Без меня — меня женили.
— Лично я ни с кем не договаривалась и никому ничего не обещала! — запальчиво возразила я.
— Но это ведь драконья клятва. Вы должны её соблюдать.
— Вот уж дудки.
— Какие дудки? При чем тут духовой инструмент?
— Это в том смысле, что еще посмотрим, кто на ком женится. Мне пора. Нужно заняться фехтованием. Углубленно. А то мало ли что!
И я встала и решительно направилась к двери.
Глава 17. Уважение — это когда в разговорах с другими людьми с тобой здороваются их демо… драконы
— Соль — это белый яд.
— Погоди, сахар же белый яд!
— Сахар это сладкий яд.
— А корица?
— Давай сойдемся на мысли, что у меня в Доме Дракона всё яд.
Снова дни были заполнены учебой, фехтованием и снова учебой. А еще резерв после стабилизации Мельницы вырос. И сильно. Мне бы ни за что не пробудить дракона, если бы не та волна магии что каждый раз ударяет в меня. Это сильно увеличивает резерв и заставляет дракона просыпаться. У меня есть все шансы для того что бы он пробудился уже к концу года.
Так прошли еще два месяца, в постоянной учебе. Единственным отличием было каждодневное присутствие Золтона. Он снова нас тренировал и вдалбливал в меня и Гарба древне-драконий.
Нашу с ним возможную свадьбу или помолвку я благоразумно решила не обсуждать. Мало ли что там двести лет назад решили два друга? Как решили, так и отменили. Для меня вообще это какие-то очень далекие величины.
Мы возвращались после тренировки, мокрые, злые и уставшие. С твердым намерением вымыться, поесть, поспать и отдохнуть. Но едва мы переступили порог нашей общей гостиной, как на нас обрушилась какофония звуков и гул разговоров. Вся комната была заполнена служанками всех мастей, которые гладили, перетряхивали и раскладывали. А посредине этого хаоса гордо стояла уже известная нам особа, способная одеть нас в броню драгоценностей за час.
— Где вы ходите? Вы должны были вернуться с тренировки час назад! — её скрипучий голос ударил и так по моим не очень крепким драконьим нервам.
— Но…
— Императорский большой прием через два часа. Гости будут съезжаться и того раньше. У нас времени в обрез.
— А почему нас не предупредили? — подал голос Гарб, у меня так слов не было.
— Что бы вы сбежали? Или скрывались от меня по всему дворцу? Нет уж. А так теперь не скроетесь, и не потеряете драгоценное время.
