Черная Роза неоднократно одерживал верх над новыми французскими властями.
Вне всякого сомнения, гражданин Малло был послан в Англию, чтобы найти и захватить преступника, бросившего вызов революционному правительству. Тот факт, что многие из спасенных аристократов оказались в «Приюте изящества», заставил этого человека вести свои поиски именно здесь.
Джон пытался развеять свое мрачное настроение, поддерживая непринужденный разговор с Синдреаками, которые хмурились на своем конце стола и бросали на посла полные смертельной ненависти взгляды. Джон не знал, что именно Малло нес ответственность за то, что братья лишились родового поместья.
Ходили слухи, что теперь Малло жил в замке Син-дреаков, конфисковав его в пользу государства. Многие считали, что он подписал смертный приговор молодым людям просто потому, что жаждал получить их удобно расположенное поместье.
Братья готовы были разорвать этого человека голыми руками. Время от времени один из них порывался вскочить со стула и броситься на врага. И только суровый взгляд Мориса Шевано удерживал Синдреаков на месте.
— Вы слышали, что на следующей неделе лорд Иверсли устраивает большую стрижку овец? Я ужасно люблю это зрелище. Подумать только, такие милые пушистые комочки! — Перси прочувствованно вздохнул. — В раю должно быть отведено специальное место для овечек.
Джон поперхнулся.
— Почему? — непроизвольно вырвалось у него. Он не понимал, зачем задал этот вопрос, но слова слетели с его губ прежде, чем он успел сдержать себя.
— О! Подумайте обо всей одежде, сделанной из шерсти этих очаровательных животных. Если вдуматься, именно они являются краеугольным камнем моды.
Джон едва сдерживал смех. Теперь, когда он знал…
— Ты поедешь туда, Джон? — спросила Хлоя.
— Думаю, нет.
— Ну конечно, какой в этом смысл? Его сиятельство и так уже острижен.
Замечание Перси вызвало дружеский смех сидевших за столом гостей.
— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Джон.
Перси в ответ молча отпил вино из бокала, на губах его заиграла улыбка.
Джон повернулся к Хлое.
— Что он хочет этим сказать?
Хлоя пожала плечами и с деланным безразличием стала рассматривать противоположную стену зала.
— Я там обязательно буду, — заявил Снелсдон, хотя его об этом никто не спрашивал.
— А вы, Малло? — Перси снова взмахнул носовым платком и подмигнул Хлое.
— На свете существуют более важные вещи, чем стрижка овец, — с усмешкой ответил посол.
— Неужели? — Перси не сводил с него глаз. — И какие же?
— Вряд ли человек, подобный вам, сможет понять меня, сэр Сэсил-Бэзил. Меня интересует Черная Роза.
Ну вот, наконец все и открылось, подумал Джои.
— Он всех интересует! — воскликнул Перси, взмахнув унизанной перстнями рукой прямо перед крючковатым носом Малло. Казалось, он демонстрировал тому свои украшения. — Необыкновенно ловкий парень.
Джон закашлялся.
— Я написал о нем стихотворение. Хотите послушать?
— Разумеется, нет, — ответил Малло и проглотил большой кусок пирога со свининой.
— О-о, — разочарованно протянул Перси.
Уголки губ Джона дрогнули. Хорош!
— И зачем же вы ищете Черную Розу, Малло? — мрачно спросил Морис.
— Я разыскиваю его для того, конечно, чтобы предать суду.
— Чьему суду? — Графиня де Фонболар была вне себя оттого, что этот человек сидел за ее столом.
— Суду Франции, мадам, — ответил он, намеренно не произнося ее титул.
Морис смерил взглядом Малло.
— Из-за него вы, наверное, лишились сна?
Малло покраснел.
— Я найду его, и он умрет — это неизбежно. Такие люди рано или поздно ошибаются. И когда он допустит промах, я буду тут как тут.
— У вас есть какие-нибудь предположения? — Хлоя хотела бы знать, кого посол подозревает, чтобы иметь возможность предупредить этого человека.
— Конечно. — Малло с подчеркнутой неторопливостью осушил свой бокал. — Несколько предположений.
Он повернулся и бросил на Синдреаков испытующий взгляд.
В ответ они обратили к нему встревоженные лица.
— Семь братьев… хотя арестовано было шесть. Теперь их опять семеро. Интересная загадка. Похоже, никто не может точно сказать, который из братьев оставался на свободе.
Синдреаки хранили молчание. Малло повернулся к маркизу:
— Или вы, месье… Вы, конечно, немного староваты для подобных подвигов, но тоже могли почувствовать желание избавить своих друзей от справедливого наказания.
— От справедливого наказания? — усмехнулся Морис. — За что? За преступление родиться в семьях, чья родословная уходит корнями в глубь веков?
Малло не обратил внимания на явную неприязнь маркиза к нему самому и к власти, которую он представлял.
— Он может оказаться и англичанином, — продолжал посол. — Что не имеет никакого значения, если его поймают на французской земле или каким-либо образом доставят туда.
В его словах слышалась скрытая угроза. Малло не остановился бы перед тем, чтобы выкрасть этого человека с целью подвергнуть его наказанию.
— Англичанином? — Хлоя и сама обдумывала эту возможность.
— Да. Возьмите, к примеру, нашего хозяина. — Малло злорадно посмотрел на Джона.
Зеленые глаза лорда Секстона сверкнули холодным огнем.
— Виконт имеет репутацию дерзкого человека. Известно, что он способен бросить вызов обществу, и он постоянно нарушает общепринятые нормы морали. Лорд Секстон прекрасный наездник, искусный фехтовальщик и, по слухам, отличный стрелок. Его любовные приключения известны даже во Франции.
— Благодарю вас, — пробормотал Джон, вскинув брови. Сидящие за столом гости рассмеялись.
— Его жена наполовину француженка, его дядя француз, — ничуть не смутившись, продолжал Малло. — Отсюда нетрудно сделать соответствующие выводы.
— И каковы же ваши выводы? — спросил Джон, кладя себе на тарелку кусок говядины.
— Вы можете чувствовать ответственность за осужденных французских аристократов. Ваше прошлое хорошо известно, лорд Секстон.
Джон принялся резать мясо.
— Не все, — ответил он, и стальной блеск в его глазах на мгновение сменился веселыми искорками.
— Где вы были в то время, когда совершались эти побеги? — напрямую спросил Малло.
Гости замерли, пораженные его грубостью.
— Я не обязан отвечать вам, Малло, но так и быть: я был со своей женой.
— Но не все же время?
— Все. Мы молодожены.
Хлоя покраснела. Ему не следовало быть таким откровенным!
— Тем не менее я убежден, что Черная Роза сидит за этим столом.
«Я тоже, — мысленно согласился с послом Джон. — Почему бы не позволить этому негодяю считать меня Черной Розой?»
