Это самое настоящее чудо!
Сердце останавливается ненадолго, а затем начинает с силой биться в груди. Господи! Спасибо тебе за это счастье! По щекам текут слёзы счастья, я улыбаюсь, а Иван вытирает мокрые разводы на моих щеках и шепчет:
— Тише-е! Всё будет хорошо! Теперь лучше, чем когда-то.
* * *
Мы проводим с Мирой в постели бог знает сколько времени, и я готов остаться там жить, но голод одерживает верх. Я беру на себя готовку, но так как могу сделать только яичницу с беконом после такого бурного воссоединения, а ингредиентов нет, останавливаюсь на бутербродах. Мира присоединяется ко мне и потихоньку помогает. Она нарезает сыр тонкими ломтиками, а я украдкой любуюсь ею.
Женщина надела мою рубашку. Думал ли я, что такое произойдёт со мной снова?
— Знаешь, я согласен переехать к тебе, — вдруг говорю я и ловлю на себе её взгляд. — Ну, а что? Я понял, что квартира пропитана прошлым, от которого следует избавиться… Поэтому лучше всего будет переехать к тебе! Я продам свою квартиру, и тогда мы уже подумаем, что лучше всего купить, а пока поживём тут.
— Ты принял мудрое решение, — смеётся Мира. — Учитывая тот факт, что эти стены не хранят никаких воспоминаний…
На секунду её взгляд наполняется грустью, но я подхожу и обнимаю.
— Эй! Всё хорошо! Скоро у нас родится малыш! А о Еве позаботится Лена. Я уверен в этом…
Мира улыбается сквозь слёзы, застывшие в глазах, и обвивает руки вокруг моей шеи.
Наутро мы приезжаем вместе на моей машине. Мне не хочется ехать на работу, но сегодня предстоит важное совещание, а Мире нужно что-то решить с Валентиной. Которой я, к слову, обязан выплатить премиальные, как минимум.
Мы заходим в офис вместе, не обращая внимания на косящихся в нашу сторону сотрудников. Нам хорошо вместе, а остальные… Да пусть что хотят, то и думают. Я, конечно, был против смешивания работы и отношений, но сейчас просто не могу прятать чувства внутри. И понимаю, что запрет был глупейшим. Надо бы пересмотреть свою политику…
К нам практически сразу подлетает Илья с бумагами, и мы с Мирой застываем на месте. Она хлопает глазами, с непониманием глядя на инженера.
— Иван Александрович, я, наконец, созрел! Ой! Простите! Доброе утро! — он жмёт мне руку и только потом смотрит на Миру: — Бога ради, простите! Доброе утро! — кивает он ей.
— Доброе! — улыбается она.
— Я нашёл тот проект, который долго зрел в моей голове! Вот же он! — показывает он мне свои наброски.
— И что это? — спрашиваю я.
— Мы можем сделать на пустом этаже зону отдыха для работников! Это будет стимулировать работу! За границей во многих офисах так делают! Мы с Викой всё обдумали!
— С Викой? — спрашиваю, потому что не помню в штате девушек-инженеров с именем Вика.
— Ой! Она секретарь у Мирославы Евгеньевны. Мы всю ночь думали… — Илья осекается и немного краснеет. — Извините! В общем, мы набросали макет, и если вы одобрите, то проработаем его детально… Вот тут можно поставить хорошую вентиляцию, а тут разместить что-то вроде тренажёрного зала…
Дальше его восторженные слова размываются в голове. Я понимаю, что Илья был одержим не Мирой, а идеей сделать этот этаж. И ему действительно пришла в голову дельная мысль.
— Я одобряю! — киваю я и смотрю на Миру. Она тоже кивает и этого достаточно, чтобы подписать макет и позволить им делать зону отдыха. — А Вику, наверное, следует повысить на должность помощника инженера, — предлагаю я и вижу азарт в глазах Ильи.
— Эй! — подталкивает меня Мира. — Не отнимай у меня сотрудников!
Мы вместе начинаем смеяться.
Эпилог
— Чего вы так боитесь, папочка? — спрашивает мужчина, водящий по округлившемуся животику Миры приспособлением, названия которого я не знаю. — Ну не рожает же она ещё. А вот скоро ребёночка своего вы увидите.
Я сижу на диванчике с ватными ногами. Тело отказывается подчиняться мне. В висках пульсирует кровь. Мне страшно. Так страшно, что… Я увижу своего ребёнка! Думал ли я, что он когда-то будет у меня?
— А вот и ваш малыш! — говорит доктор.
Я слышу сердцебиение из динамиков и вижу маленькую мордашку, ручки… Всё размыто, но я всё равно вижу. На глаза наворачиваются слёзы. Мира шмыгает носом, любуясь нашим ангелочком.
— У вас будет мальчик! — произносит доктор, недолго глядя в экран, и принимается разглядывать ребёнка, делая какие-то замеры и записи, а я пока любуюсь им, замерев. — И развивается он очень даже прекрасно.
Сын. У меня будет сын! Мой маленький сын! Наш с Мирой сын! Господи, какое же это счастье — ребёнок от любимой женщины!
«Спасибо», — мысленно благодарю я Бога.
Как только процедура заканчивается, нам отдают снимки малыша и бумаги со всеми сведениями и отправляют на оплату. Мира садится на скамейку недалеко от регистратуры и смотрит в телефон с иронической улыбкой на лице.
— Что там? — спрашиваю я.
— Мама сообщение прислала. Читай! — протягивает она мне телефон.
«Спасибо. Вольский сделал ДНК и теперь уверен, что ребёнок его. Мы с Кларушкой переезжаем за границу, ведь ей нужно будет помочь с малышом, ну, а ты сама справишься, ты же сильная. Да и у тебя отец теперь есть. В общем, удачи, дочка!».
Более сухого послания от матери я и представить себе не мог, но ту женщину язык бы не повернулся назвать матерью… Поэтому…
— Всё хорошо! — я сажусь рядом, сжимаю руку Миры и целую её в висок.
— Уже хорошо, — улыбается она.
— Сейчас я всё оплачу, и поедем к твоему отцу! — говорю я, не в силах больше держать сюрприз в тайне.
— Зачем к нему? — хмурюсь я.
— Я решил сделать тебе предсвадебный подарок… Купил два шикарных дома в пригороде на одном участке. Один чуть поменьше, но твоему отцу хватит. Поставим ещё вольер для Ласки с щенками и детскую площадку для сына!
— Господи! — прикрывает
