пустили корни. Вот уже больше часа она жила и действовала под их влиянием. Как еще объяснить, что Стас не вышел с ней на контакт? Только обманом соперницы. Это же просто и ясно, как выкройка носового платка! Менеджер Анна, как следователь, у которого нет улик, но есть интуиция, решила выбить из подозреваемого признание. Обычная практика. Кристина Анатольевна и Надежда Алилуевна стояли, завороженные новой сценой. Две Ани стояли напротив друг друга, как две кошки одной масти. Хвост и челка против хвоста и челки, футболка поло против футболки поло, черные джинсы против черных джинсов. Казалось, еще чуть-чуть и они выгнув спины, начнут издавать страшное утробное мяуканье, которое так часто пугает прохожих, идущих по темному двору, когда воет ветер, деревья бешено машут ветками, в окнах гаснет свет, и не слышно ни единого человеческого голоса, даже пьяной ругани или песен. Впрочем, одно различие между Анями все-таки было. Существенное различие. В руках у «просто Ани» ничего не было. А вот в руках у менеджера Ани было. В ее правой руке замер, как хомяк, которого схватили за шкирку, Дюша. Рожденный под знаком рыбы так и не добежал до родной водной стихии. Он с удовольствием бы притворился мертвым, но боялся еще больше разозлить свою недавнюю мимолетную любовь. Дюша даже не пытался сбежать, когда увидел Анну в корридоре. Она резким жестом подозвала его к себе, не говоря ни слова, взяла за шкирку и так не отпускала до магазина. Хотя в магазине она его тоже не отпускала.
– В чем тебе признаться? А? В чем? – «просто Аня» отбросила субординацию и отвечала менеджеру Анне грубо, как равной. – Ты с горя что ли спятила?! После того как он тебя бросил? Не гуляла я с твоим Стасом, понятно. Я его в глаза не видела после концерта! Не знаю, почему он тебе не звонил. Я ему не звонила. Повторяю для непонятливых: НЕ ЗВО-НИ-ЛА! Хочешь верь, хочешь не верь. Ему, кстати, Эльдар звонил, когда майку твою с телефоном нашел. Бегал – ловил его по всему торговому центру. Тоже от ревности. Даже поймал тут одного хмыреныша. Пошел продюсера Стаса на бабки разводить.
– Какого еще хмыреныша, какого еще продюсера? Что ты несешь? – менеджер Анна поддалась на коварную перемену темы.
Она чувствовала, что проиграла – признание никак не выбивалось из соперницы. Тогда она направила всю свою агрессию против жалкого предателя, который был у нее в руках, и с которым она до этого не разговаривала.
– А ты, сволочь, зачем джинсы украл? Тебе кто разрешил их брать,а? Я тебе, что приказывала? Ты, хоть понимаешь, что ты наделал?
Дюша слабо кивнул, хотя он точно не понимал, что своим мелким проступком сломал гениальный план мести. Месть, которая не осуществилась бы все равно.
– Куда товар дел, предатель?! – Анна впервые повернулась к Дюше.
– Чего молчим? Сейчас охрану позову, с тебя штаны ворованные снимут, и заговоришь как миленький. Смотри ка, себе джинсы со стразами взял!
И тут Анна поняла, что за страза валялась под окном склада, и как она туда попала: «Такой же гад напялил на себя наши джинсы и пытался спуститься вниз. А джинсы-то не для скалолазов, вот стразы и посыпались. А вдруг это те самые джинсы?!» Анна незамедлительно решила проверить свою догадку. Она дернула Дюшу за штаны, так чтобы осмотреть стразы на задних карманах. Маневр был понят бывшим соратником превратно, как желание снять с него ворованные джинсы. Он вяло засопротивлялся.
– Ну, это слишком, – возмутилась Надежда Алилуевна, которая, как человек возвышенный, не любила людей без штанов и прочую физиологию.
Кристина Анатольевна промолчала.
– Ты спятила что ли со всем?! Ну, точно, спятила! – возмутилась «просто Аня». – Он все джинсы со склада сюда принес. Его, наверное, Эльдар нанял. Вот он в нашей фирмЕ и ходит. А ты не в курсе. Как обычно. У тебя совсем крыша поехала. Хотя у него тоже не все в порядке.
– Кто его нанял? Это я его… – чуть не выдала свой коварный план мести менеджер Анна.
Смысл сказанного «просто Аней» не сразу, но дошел до Дюши. «Он принес джинсы куда надо! Склад, который он обчистил, принадлежит этому магазину. Форма на продавщице такая же, как на Анне. Вот почему он их чуть не спутал!» То, что он считал катастрофой, было на самом деле его спасение! Он хотел расцеловать продавщицу, которая открыла ему глаза, но грозный вид прежней хозяйки его чувств и мыслей остановил его.
– Я, пожалуй, пойду. Меня начальник того… по делам отправил, – впервые за долгое время промямлил Дюша и повторно рванул в сторону родной водной стихии.
32
Лиза лежала раненная в углу подвала. В луче света, который лился из тусклого окошка, плясали пылинки и блестели стразы на ее джинсах. Левая нога была перевязана носовым платком выше щиколотки. Луч света, как прожектор на сцене, выигрышно выделял ее бледное лицо и большие томные глаза. Тень удачно скрывала излишки ее фигуры. Послышались шаги из за двери. Тяжелый, чеканный топот угрожающе приближался. Вдруг к шагам одного человека добавились шаги второго. Дверь аккуратно открыли. Вошли двое. Впереди Стас. На Стасе была окровавленная футболка, ожерелье из пупсиков и барби. С боку, на поясе болталась голова куклы Маши. Из за стасова плеча выглядывал самозванец Вася. На его голове развевалась порванная фата от свадебного наряда. Лиза испуганно забилась в угол.
– Спокойно, Лиза. Я вас не съем. Вы мне больше нравитесь живой. Приятно, что есть человек, который думает обо мне с такой всепожирающей страстью. Даже если эта страсть, – Стас сделал длинную мхатовскую паузу, которую позволял себе разве что сам Станиславский, когда забывал текст, – даже если эта страсть – УЖАС!
Стас хищно ухмыльнулся. За ним повторил ухмылку самозванец. Под их взглядами Лиза засуетилась, она пыталась усесться то так, то этак. Любая поза ей казалась слишком эротичной и провоцирующей маньяков. Маневры не остались незамеченными. Самозванец с горящим взором выдвинулся вперед и чуть не грохнулся. Лиза съежилась в углу.Самозванец откашлялся и начал декламировать:
– Всадник не отвечает за дрожь коня. Меня подводит собственное тело. Его обуяла дрожь напряженная желаний. Весь день я ждал этого тайного свидания. Обдумывал речь. Все представлял, как назову вас своей московской царицей. Да, у меня есть план. Я решил завоевать столицу! Но момент настал, а я не нахожу затверженных речей. Красивых слов, как у Пушкина. Лиза! Хочешь ли ты знать, кто я таков на самом деле? Я обычный служащий на заводе. Скучал
