его спугнули. Помнишь, Джонни, Грег
посоветовал тебе воспользоваться грузовым лифтом? Видимо, позже он со-образил, что первая часть разговора, до того как ты поднял трубку, осталась
на автоответчике, и попытался избавиться от улики. Я это сообщение потом
прослушал и сделал на всякий случай копию. Хладнокровный мерзавец! Его, конечно, отпустят, — с сарказмом продолжал О’Нил, — если он сумеет внятно объяснить, зачем убрал запрещающий знак и ограждение от неисправного лифта и
перенес их к нормально работающему. Там камера… маленькая такая стояла.
Они у них в здании во всех коридорах после сентябрьских событий установлены.
— А то, что ты мне сказал… ну, про эту машину времени… Это, конечно, шутка? — спросил, улыбаясь, детектив, крепко пожимая Джону руку на прощание.
— Ну, кто в такие сказки верит в наше время! — обводя засмеявшихся
коллег озорными глазами, ответил Джон.
Когда детектив вышел, Джон продолжил:
— Не зная, как отреагирует время на изменения, внесенные в его ход, я
решил не искушать судьбу и не мешать планам Грегори. Я попросил детектива, и он позаботился о том, чтобы блокада этажа была снята, и мой «помощник»
мог беспрепятственно появиться сегодня в лаборатории и проделать свое шоу
с календарем и сидением в кресле. Поэтому он и… припозднился. Вот и вся
история.
169
После этого все вернулись в лабораторию, оживленно обсуждая про-исшедшие события. Когда доставили заказанное их щедрым боссом шампан-ское, ребята разлили его по бокалам и радостно бросились поздравлять друг
друга с успехом. Раскрасневшаяся и счастливая Джойс обняла под аплодис-менты Джона. На ее пальце чуть тусклее, чем ее сияющие глаза засверкало
камнем обручальное кольцо. Дата на календаре была 3-е января. Время на
часах — 11:30 утра.
— И это ученые??? Тупаки! И он, и я!
Все удивленно повернулись к Джону.
— Мог ведь сразу догадаться, в тот же день! А еще учу вас обращать
внимание на детали и мелочи!
— Что ты имеешь в виду, босс, объясни, — зашумели ребята.
— 31-го декабря этот… кретин носил веселенький красный с зелеными
елочками галстук, а я видел его в строгом черном, соответствующем моменту!
Не мог же он припереться сюда на чтение завещания одетым, как на Новый год!
А сменить галстук на красный, когда сел в кресло, видимо, забыл!
В это же самое время…
Люди, одновременно начавшие свой бег со стартовой линии жизни, с
теми же лицами и именами, но… живущие в прилежащих друг к другу вселен-ных. Как далеко разойдутся их пути по устремляющейся от настоящего в разные стороны кроне дерева времени?
С высоты пятидесятого этажа ночной Лос-Анжелес выглядел как ги-гантский аэродром, разделенный огнями на мириады взлетных полос. Летаю-щими шариками светлячков неутомимо мерцали в плотном, как туман, воздухе
вертолеты полиции и новостей. Они медленно, лениво и, казалось, бессмысленно перемещались в мутном пространстве задыхающегося от смога города.
Джон отошел от окна и, пыхтя на каждом шагу, вернул в лабораторию
свое почти двухсоткилограммовое тело. Подготовка эксперимента подходила к
концу. Завтра о Джоне узнают все!
Продолжение альтернативного окончания следует…
170
сМерть длинною в жизнь
Джимми Нортон летал уже более 35 лет. Он любил свою работу, а компания за это любила его. Опытный пилот никогда не отказывался от дальних
рейсов. Ждать скитальца было некому, и парадокс времени его не волновал.
Встречаться с новыми людьми после каждого такого перелета стало привычным и даже в какой-то степени желанным. Интересные вещи, приспособления и
игры, появившиеся за время отсутствия капитана на Земле, страшно забавляли
его, и он не жалел галактической валюты на их приобретение. Джимми мог в
любой момент оставить полеты и успокоиться на одной из хорошо колонизированных планет со всеми воображаемыми удобствами, но решил гонять свой
грузоход до тех пор, пока тот совсем не устареет. Ждать, если быть честным, осталось не так уж много.
Для получения этого полетного задания капитана почему-то вызвали
в Центр. Обычно сроки и координаты ему сообщали привычным, электронным
путем. Когда Джимми заглянул в кабинет своего начальника, тот сам вышел к
нему навстречу, обнял и предложил присесть.
— Здравствуй, старина! Полазил тут по твоему делу, пока ждал…
— Начальство заглядывает в рабочий файл, чтобы или наказать, или
наградить, — шутливо перебил своего босса Джимми. — Наказывать меня, насколько я знаю, не за что. Для экономии времени и зная вашу занятость… Где
моя награда?
— Поэтому тебя так любят на флоте! Всегда шутишь. А дело действительно есть, и серьезное. Чтобы не обидеть, вызвал тебя с глазу на глаз. Нам
нужно послать судно на 56D7.
У Джимми сжались челюсти, как будто он только что перекусил зубами красный провод от взрывного устройства вместо синего и теперь ожидал
взрыва. — Да, именно 56D7. Знаю, что больно! Поэтому не приказываю, а прошу. Руду на планете в найденном нами месторождении, согласно последнему
рапорту, всю выработали. Мы послали туда два экипажа забрать оборудование, но ни один из них не вернулся. У нас не такой большой парк грузовиков, и мах-нуть рукой на потерю… В любом случае надо выяснить, что произошло! Оба
экипажа возглавляли опытные капитаны! Непонятно!
Начальник лукаво посмотрел на Джимми.
— Я связался с Томом Хадсоном, и он сразу согласился пойти с тобой
помощником.
171
— Вы действительно хорошо меня знаете! Старый, верный друг Том.
Мы не виделись с ним уже несколько лет. Вот и награда, которую я требовал.
Когда лететь?
Грузовичок был старый, но исправно таскал свое карго от указанных
в маршруте планет до Луны. Пока он неспешно разгружался, Джимми Нортон
летал на Землю, где с детским интересом гонял по магазинам. Его возбуждали
происходящие в его отсутствие перемены, и жизнь казалась заслуживающей
того, чтобы он ее лично и с удовольствием прожил. Много хорошего, а иногда
и страшного встретилось на его пути за эти годы. Награды, потери, любовь.
Джимми ни о чем не жалел… или почти ни о чем.
Грузоход медленно двигался, согласно правилам движения в преде-лах Солнечной системы. Экипаж готовился к переходу в режим световых скоро-стей, а капитан — к самому тяжелому воспоминанию из своего прошлого.
— А она была красивая, — нарушил тишину Том, как всегда безошибочно
читая мысли и настроение своего друга. — Мы все были влюблены в нее, но выбрала девчонка тебя! Сколько вы были женаты? Хм… Лет 5, наверно. Откуда
этот… появился? Помню только, что с разведчиками! Может, ее романтика по-корила? Не то, что таскать руду и посылки на рассыпающемся грузовозе!
— Мы прожили 10 лет, и он был ученым-биологом. Трепло!
— Ну вот! — обрадовался Том. — Иначе из тебя ничего не вытянешь. При-ходится хитрить! Не
