потом выйдет замуж?
– Бей! – крикнул Харскуль. Я вздрогнул и начал с простого выпада. Чжан Лан отклонилась в сторону, не сходя с места. Что ж, тогда я перешел к сплошному каскаду ударов, в любом случае у меня было преимущество в дальности. Она уворачивалась, изгибаясь, как змея, то пропуская удары мимо, то отскакивая назад, я же увеличивал скорость так, что от последнего выпада она не смогла уклониться, и тогда в ее руках распустился железный веер, остановивший копье, но она на этом не остановилась. Пока я не успел отдернуть хуа цян, Чжан Лан поднырнула под древко, скользнула вниз и взмахнула веером, располосовав мне штаны и поцарапав кожу. Если бы она не сдержала руку, то распорола бы ногу до кости. По сути, это был мой проигрыш.
– Продолжайте!
Теперь я действовал осторожнее, зная ее скорость и ловкость. И снова хуа цян показался мне неуместно тяжелым и медленным, хотя дело не в оружии, а в мастерстве того, кто его держит.
Мы сходились несколько раз. Я обзавелся несколькими порезами на щеке и груди, а она начала прихрамывать и оберегать левую руку, когда Добряк остановил бой.
Умение Чжан Лан сражаться при помощи веера вызывало истинное восхищение. Она то закрывала его и использовала как короткую палку, то разворачивала и тогда могла блокировать удары и наносить раны, и все это она выполняла, не задумываясь, на скорости.
Я поклонился девушке. Она вернула мне поклон и еле слышно шепнула:
– Харскуль хорошо тебя натаскал.
Потом Чжан Лан повернулась к Байсо:
– Ну что, ты согласен учиться у меня?
– Прошу научить меня, Лан-джиджи, – улыбнулся ей Байсо так светло, как еще не улыбался со дня похищения.
И разницу между подходами к нашему обучению братишка почувствовал уже на следующее утро, когда Чжан Лан пришла его будить с первыми лучами солнца и погнала бегать. Девушку назначили не только наставником Байсо, но и его личной служанкой, и теперь она должна будет ходить за ним целыми днями, а также сопровождать за пределами дома.
Я не смог пропустить такое зрелище и тоже потащился во двор. Там Чжан Лан заставляла Байсо бегать кругами по двору:
– Прежде чем сможешь взять свое первое оружие, ты должен научиться жить в собственном теле!
– Да я в нем уже давно живу! – пропыхтел Байсо. – Пока неплохо получалось.
– Нет. Сейчас ты сидишь в самой маленькой темной вонючей комнате и думаешь, что видел весь дом. А на самом деле там сотни комнат! Есть и уютные с мягкими кроватями, есть комнаты с накрытыми столами, с кучей игрушек и ворохом одежд, огромными окнами и фонтанами. И все это может быть твоим, если ты преодолеешь лень, страх, привычки и выйдешь из своего угла.
Скорее всего, Байсо пожалел, что отлынивал от физических нагрузок в Цай Хонг Ши.
К нам подошел Джин Фу, непривычно строгий в белых одеждах, и госпожа Роу, как всегда, красивая и очень домашняя даже в траурном наряде.
– Держитесь, мальчики. Нам предстоит тяжелый день! – сказала она, взяв за руку Байсо.
Я немного волновался, хотя утром в дом Джин Фу приехал посыльный от каравана и рассказал, что там да как. Что почти всех раненых вылечили, причем многих еще до прихода подмоги, и даже Шрама перестали держать в бессознательном состоянии после того, как его раны немного затянулись, что нападений больше не было, не считая мелких стычек с местной фауной, что лекарь полностью восстановил запас сил, что Летящий показал себя неплохим руководителем, и ему можно доверить больший участок дел.
Встреча была подготовлена заранее, и все знали свои роли. Но я немного жалел, что не смог остаться вместе с теми людьми, рядом с лекарем, Шрамом, Шваброй, и пройти с ними этот тяжелый путь до конца.
У меня было ощущение, что я убежал от своего прошлого, но оно потихоньку начало настигать меня. На днях Джин Фу позвал нас с Байсо и сказал, что Мастер, тот самый Мастер из Черного района, согласился работать на него и в ближайшее время может прилететь в столицу. И для меня это прозвучало так странно, словно Мастер жил не в соседнем городе, а где-то на другом конце мира. Я не мог представить Мастера здесь, в Киньяне, в ухоженном дворике, за богатым столом. Он принадлежал Черному району, старым пустующим домам, каменным улочкам, площади с кострами, огромным деревьям, чьи макушки поднимались выше городской стены.
Учитель Фу добавил, что в Черный район уже приехали его люди с припасами, необходимыми товарами и первыми поселенцами. Первоначально Фу планировал отправить караван из столицы, но после больших потерь среди своих людей он изменил планы и собрал все необходимое в городе Сяньшань Ши, который был всего в десяти днях пути от Цай Хонг Ши. Его людей там было немного, но Джин Фу и не планировал подгребать Черный район лично под себя, он рассчитывал на вложения в данное мероприятие всего «Золотого неба».
– Кстати, Ци Лонгвей просил передать привет от некой Пинь. Говорил, что она сильно ему помогает в работе, – добавил в конце Джин Фу, и мы с Байсо заулыбались, вспомнив ту маленькую, но отважную девочку, которая не стеснялась гонять нас обоих.
Ворота Даймень распахнулись, и перед нами предстала толпа людей. Мужчины, старики, женщины, дети. Они плакали, смеялись, выкрикивали имена родных…
– И это тоже «Золотое небо»! – тихо сказал нам Джин Фу и пошел вперед. Мы последовали за ним.
Толпа расступилась, и я увидел первые повозки, знакомых вилорогов, Летящего с привычной улыбочкой, а за ним ехал почерневший от солнца, обросший густой черной бородой, худой Шрам. Я часто заморгал, пытаясь прогнать подступившие слезы, рядом запыхтел Байсо, его тоже проняло.
К сыхэюаню приехали не все. Часть людей отправилась вместе с товаром напрямую к складам «Золотого неба», например, я не видел Швабру и некоторых других охранников. Но лекарь был тут, сидел на краю повозки, не поднимая головы.
– Добро пожаловать домой! – Джин Фу поклонился прибывшим. – Рад, что вы благополучно добрались. «Золотое небо» и я в долгу перед вами. Каждый, – возвысил голос учитель, – знает, что ходить с караваном – опасное дело, и смерть там подстерегает любого, будь то опытный воин или юноша-первогодок. Зачем тогда нужны эти поездки? Ведь гораздо безопаснее сидеть дома. Неужели только ради обогащения торговых домов отцы, сыновья, мужья и братья рискуют своими жизнями? И я вам отвечу: не только ради денег! Караваны – это ниточки, связывающие города нашей страны воедино. Благодаря караванам люди могут ездить
