— Левка, прости… — обернувшись, шепнула Лиза, когда они спускались с галереи — гномы шествовали впереди, следом шла Лиза с клеткой, а Лёвушка с подчеркнутой церемонностью отстал на полшага.
— Ладно уж, ты тут ни при чём, — прошипел он, потирая ссадину на щеке. — Нет, ну надо же — паж Её Высочества!
Они спустились в зал и остановились на краю круглого бассейна. Гномы обступили их, но близко не подошли, а потом вдруг разом молча поклонились Лизе, да так низко, что бороды их коснулись каменного пола. Лиза обвела взглядом склоненных гномов и поняла: надо срочно что-то сделать. Она потерла нос, но все равно мучительно покраснела, потому что совершенно не представляла себе, чего от нее ждут эти кряжистые кузнецы, широкоплечие, как штангисты-тяжеловесы. Пауза явно затягивалась — было слышно, как гудит огонь в горнах и тихо плещется вода в бассейне.
«Ну что я молчу! Столько всего спросить надо… Ой, а как же мне их называть? Ну не подданными же! — Лиза в панике пыталась собраться с мыслями, которые разбегались, как мыши от кота. — Да и вообще — почему принцесса? Что за чушь? За кого они меня приняли?»
А гномы, отвесив глубокий поклон, устремили на Лизу выжидающие взгляды и замерли, как каменные. «Ладно, главное, что Филина они приняли за кого надо. — Решила Лиза и перевела дыхание. — А со всем остальным потом разберемся. Как говорит в таких случаях Бабушка, настоящие принцессы держатся достойно в любых обстоятельствах», — тут в голове у Лизы словно что-то вспыхнуло. Голос Бабушки зазвучал у нее в ушах, повторяя на разные лады:
«Настоящие принцессы, Елизавета…»
«Лиллибет, в таких случаях настоящие принцессы…»
«Принцессы…»
«.. настоящие…»
«Лиллибет…»
Лиза прижала ладони к пылающим щекам и едва не уронила клетку. Эрин тотчас подхватил её и очень осторожно поставил на широкий мраморный парапет. Молчание прорвал дружный смех гномов. Лиза почувствовала, что краснеет ещё больше. А можно ли принцессам краснеть?
Но гномы улыбались! Гномы смеялись! И это было ни чуточки не обидно!
Лиза перевела дыхание и тоже попыталась улыбнуться в ответ, но получилось неважно.
— Гномы, миленькие, выговорила она наконец, — пожалуйста, откройте эту клетку. Надо Филина выпустить.
Но на этом запас слов почему-то кончился. Доблестный рыцарь Лео сопел за правым плечом. «Ну что он молчит! Хоть бы что нибудь сказал…» тоскливо подумала Лиза.
Гномы, однако же, тоже молчали и даже перестали улыбаться. Они переглядывались и начали перешёптываться, и Лиза подумала, что это не очень-то вежливо: стоять в кольце гномов было куда как неуютно. Перешёптывание переросло в гул.
Внезапно гном Эри а шмякнул по ладони кулаком и громко воскликнул:
— Кирн!
— Точно! — шумно обрадовались гномы.
— Где он?
— Вон, в углу сидит, карты свои чертит!
— Кипуча руда, да ведь до него же не доорёшься!
— Он даже гостей не заметил!
— Позор на его бороду!
— Было бы что позорить!
Из дальнего угла зала выступила на диво субтильная для гнома фигура.
— Кирн! — дружно рыкнули гномы. Кирн близоруко посмотрел по сторонам, не замечая гостей, а потом аккуратно вытащил из ушей восковые затычки и подошел поближе. Лиза сразу прониклась к нему симпатией: она-то знала, как нелегко быть самым маленьким и тощеньким среди крепких и сравнительно высоких.
Ясные глаза Кирна наконец уперлись в Лизу. Он пригладил пушистую просвечивающую бородку — и впрямь несерьёзную для гнома — и приветливо сказал:
— Вечер добрый, Лиллибет.
Гномы опять зашумели, а кое-кто даже похватался за голову.
— Добро пожаловать, мой стер Филин, — Кирн коротко поклонился клетке с пернатым волшебником и кивнул Левушке:
… Привет. Ага, — продолжал он, присев на корточки возле клетки и осторожно трогая затейливо изогнутые прутья тонкими пальцами, перепачканными в чернилах. — Красивая, дрянь такая… И дверцы нет… Не открывается, так? — он снизу вверх поглядел вовсе не на принцессу — на Левушку. Тот закивал. — Ребята, — обратился Кирн к соплеменникам, — кто у нас тут за Болли поработает? Ньяли, наверное? Ньяли, вы где?
Поклонившись, от толпы отделился гном с седой бородой и чёрными усами. За ним вышли ещё трое, помоложе.
— Принято считать, что среди наших сородичей мы лучшие ювелиры, Ваше Высочество. — Каждое слово старого гнома падало медленно и гулко, словно камень в глубокий колодец. — Мое имя Ньяли, эти трое — мои ученики, Верно, Мори и Ньярви. Мы постараемся освободить досточтимого мага и призовём на помощь всё наше искусство. — Он поклонился Филину в клетке. Филин кивнул, не открывая глаз.
Гномы-ювелиры взялись задело. Они осмотрели и прощупали клетку со всех сторон — даже приподняли и оглядели дно. Ньяли, качая седой головой, простучал все узлы решетки крошечным молоточком. Лёвушка незаметно подобрался поближе к клетке и присел на корточки. Никто ему и слова не сказал, что немало озадачило Лизу — наоборот, Ньяли время от времени подавал ему подержать какие то инструменты, а Лёвушка благоговейно смотрел на гномскую работу.
— Вы уж простите, Наше Высочество, сказал у неё над ухом картограф [1Сирн]. Проворством мы не отличаемся, сами видите. Присядьте, Лиллибет, добавил он мягко, указав глазами на парапет, обрамлявший бассейн. Лиза с облегчением плюхнулась на каменный бортик и только сейчас поняла, как она устала. Кроме того, захотелось есть, но Лиза строго приказала себе об этом не думать — не до того сейчас.
Уже и Лёвушка устало сел рядом и тяжело вздохнул, а гномы всё возились, постукивая инструментами и переговариваясь. Лиза заёрзала: она-то ожидала, что история с клеткой разрешится куда проще.
— Что у вас тут вообще творится? — спросил между тем картографа Лёвушка.
— Сейчас объясню… — начал было Кирн.
Но тут Ньяли как раз закончил обследовать клетку сквозь алмазную лупу, выпрямился, горестно крякнул и печально взглянул на Лизу из-под кустистых бровей. Прочие гномы, посовещавшись, оттащили клетку в уголок потемнее.
— Ваше Высочество, эта вещь зачарована, — заговорил Ньяли своим каменным голосом. — Нам не под силу ее открыть. Только один из нас мог бы это сделать, но его с нами нет.
Сердце у Лизы упало и полетело в бездонный колодец.
— А… а как же… а кто же… — пролепетала она и умолкла.
— Болли, сын Болли, наш старейшина, умеет управляться с такими вещами. Но его обманом увели от нас, — обстоятельно объяснял Ньярви. — Болли, сын Болли, понадобился тому магу, который сейчас заправляет наверху, и его заманили в ловушку. Правда, среди нас находится Дис, дочь Альдура, внучка Болли…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
